- Она не смогла пережить того, что я с тобой сделал. Не знаю, как это получилось, - он встал с дивана и подошёл к столу. – Я забрал Лину с планеты, долгое время держал здесь. Ломал, калечил психику, делал всё, чтобы она показала результат.
- Результат? – шокировано спросила Ануш.
- Да, я должен был убедиться, что вирус сделал своё дело, не потревожил генетическую карту людей слишком сильно. К счастью, этого не было, и я отпустил её.
- Подожди! Она была беременна, когда её нашли, родила она меня… Ты что её?..
- Я её пальцем не тронул! – крикнул он. – Я сказал, что отпущу её при одном условии – она выносит моего ребёнка, а когда родит – отдаст. Твоя мать согласилась, но выставила встречное, чтобы я не смел к ней прикасаться.
- Искусственное оплодотворение? – догадалась Ануш.
- Именно. Поэтому она и сторонилась тебя, она видела в тебе меня…
- Я отказываюсь в это верить.
После таких откровений хотелось только забиться в угол и зарыдать, как маленькой девочке. Ткач отказывалась верить во всё вышесказанное, но откуда-то росла уверенность в том, что всё сказанное – правда.
- Можешь верить, можешь не верить, но это истина. Она не отдала тебя, а я почувствовал сильный ментальный всплеск, когда ты вошла в контакт с тем яутом, полагаю, что ятжа, сидящий в тюрьме именно тот, который тогда помог тебе.
- Да, - ответила она. – Но всё-таки почему? Почему ты сделал это?
- Мне нужен был сильный псионик. Моих способностей хватает лишь на создание непроницаемого щита. Твой друг попытался сквозь него проникнуть, несмело и осторожно, но всё-таки… Твои же возможности позволяют тебе общаться с представителями другой расы, если научиться это контролировать, то тебе не придётся выучивать их язык и на контакты идти проще.
- И у тебя появится профессиональный шпион. Но провернуть ты это мог, только если это передастся по наследству, - сказала девушка. – Да как ты посмел?! Как ты посмел распоряжаться моей жизнью?
Нити хлестнули его по лицу, на маске появилась ровная отметина, через всё лицо. Плети обвились вокруг шеи и рук Архонта, он даже не сопротивлялся, когда оружие Ануш проникло под кожу, доставая до нервных окончаний. Позвоночник ткача начало жечь, но пока ещё не слишком сильно. Симбионт никогда не причинит вреда своему носителю, но и будет делать всё, лишь бы не покалечить другого. Пока что существо просто предупреждало девушку, стараясь уберечь от опрометчивого поступка.
Глава Ордена стоял на месте и не шевелился, не делал попыток сопротивляться, смиренно ждал её решения. Ведь если она просто срубит ему голову, то симбионт не успеет ничего сделать, не сможет лишить её сознания.
- Давай, - прошептал он.
Она смотрела на повреждённую маску, сжимая нити, готовясь дёрнуть их и лишить этого человека головы. Он растерзал её жизнь, искалечил душу, ей и её матери. Но вместе с тем в голове роились тысячи мыслей - одна сумбурнее другой. А что будет потом? Что случиться, когда она убьёт Архонта? Тогда и её дни будут сочтены, ей не простят этого поступка. И ещё: Ануш не сможет ничего вернуть, ничего изменить. Его смерть не решит её проблем, не убьёт горе, не залечит раны.
Снова взгляд на Архонта, он всё так же стоял опутанный нитями, не шевелился и ждал её решения. Девушка опустила глаза и ослабила давление. Красные плети вернулись в руки, а сама девушка отступила на два шага и тяжело села на пол. Мужчина подошёл поближе, присел рядом и погладил её по волосам. Ануш подняла на него взгляд, отметина от нитей на маске медленно исчезла.
- Почему? – спросил он.
- А что это изменит? – потускнувшим голосом ответила девушка. – Твоя смерть не вернёт мне мать, не вернёт жизнь, не вытащит из меня симбионта. Она ничего не изменит! Остаётся только принять это, как есть.
Архонт едва заметно кивнул, а потом Ануш закричала, рисунки на руках засветились.
- Соледад! – крикнул глава Ордена.
Женщина мигом вбежала в кабинет, готовясь отгонять ткача от хозяина, но вместо этого, мужчина поднял корчащуюся от боли девушку и приказал телохранительнице помочь довести до Колонны.
Ноги у Ануш подкашивались, большую часть дороги её приходилось тащить волоком. В глазах темнело от боли, разрывающей позвоночник, она ползла вверх, поднимаясь к шее и лицу, сковывая, разрывая изнутри. Кажется, её провели к той части Колонны, что была на вершине цитадели. Она сияла белым светом, но глаза уже практически ничего не видели.
- Давай, - кажется, это сказал Архонт.
Он с Соледад прислонил её к источнику энергии крепости, кажется рядом с ней был ещё кто-то, по крайней мере, она разглядела две непонятные фигуры. Пол словно начал пропадать, исчезать, а всё вокруг заливать ярким белым светом. Боль начала уходить, сменяясь каким-то непонятным ощущением, шею стало колоть, а зрение угасать, кожу на лице что-то стягивало, но она так и не могла понять что именно.
- Почему, Архонт? Ты сильно рисковал! – закричала на него телохранительница, когда тело ткача скрылось в чреве Колонны.
- Она должна была пройти Испытание Скорби, и она его прошла.
Через несколько минут весь зал заполнился ярким белым светом.
========== Эпилог ==========
Иннар сидел в клетке вот уже несколько часов, он пытался запустить энергосистему, но не выходило, что-то блокировало сигнал. Один раз яут бросился на энергетическую стену, но жрецы и архонты пришли быстро, усмирили, включив электрический пол, едва не выбивший жизнь из тела
Хотелось умереть, взорвать всё это место, чтобы уйти из жизни с честью, но как на зло наруч не работал. У него не отобрали оружие, будто насмехались над ним. Проклятые Пьюдо Амехда решили показать своё превосходство, поиздеваться, опозорить. Ничего, у него ещё будет шанс, будет возможность. Они не смогут держать его здесь вечно. Оставалось только догадываться, почему не убили сразу, а лишь отключили. Но ещё больше его волновала судьба ткача, он боялся за неё, что с ней сделали. Она ведь вернулась из Дан Моры без маски…
Одна из стен вдруг замерцала и исчезла. Хищник склонил голову на бок, не понимая, что происходит и почему его вдруг решили выпустить, что-то было не так. Разложив запястные лезвия, Иннар глянул на энергосистему - она работала. Яуту это очень сильно не нравилось, схожий дух витал в Дан Море. Словно притаившийся за углом зверь опасность скалила зубы, клацая когтями по полу, она ждала, когда растерявшийся воин придёт прямо к ней в лапы.
Тепловых сигналов не было видно, но он уже был научен, что зрению в таком месте доверять нельзя, здесь могут помочь только инстинкты. Он осторожно вышел за пределы камеры. Озираясь по сторонам, он активировал скрытие и пошёл по длинному коридору. Он помнил путь по которому его доставили сюда, в цепях, как дикого зверя, а потом бросили в эту клетку: невыносимо хотелось разорвать кому-нибудь пасть, вырвать позвоночник, да даже просто раскроить череп. Пока что никого не встречалось, что очень сильно удивляло. Яут медленно крался в сторону выхода, тут он заметил, что от стены отделилась фигура.
Он не стал стрелять только потому, что его могли услышать и поднять тревогу, из этих же соображений он не стал рычать вслед добыче. Метнувшись следом, охотник хотел только одного – нагнать и растерзать, содрать кожу, наслаждаться криками умана. Коридоры изгибались словно змея, несколько раз он едва не поймал ускользающую фигуру, но она каждый раз исчезала у него из пальцев, слышался характерный хлопок.
Танцор уже уверился в том, что это была его напарница, но чего она хотела, почему делала это? Зачем бежала? В конце концов, он смог поймать ускользающего умана у самой верфи, но даже не обратил внимание на корабли, что стояли неподалёку. Развернув к себе лицом беглеца, Танцор занёс руку, успел только заметить белую маску и красный треугольник по центру лба. Соледад незамедлительно выстрелила транквилизатором. У Иннара сразу потемнело в глазах, но сознание тот не потерял. Тант’ер упал на одно колено, руки не слушались, став ватными, а ноги не держали ставшее тяж1лым тело.