***
Она проснулась, но долго не могла понять, где находится. Глаза никак не могли сфокусироваться, темнота не желала уходить, но через пару минут девушка всё-таки разглядела окружающую обстановку. Просторная комната, напоминающая больничную палату, хотя по сути это и была она.
Стены, пол и потолок – всё в белых цветах, даже кушетка, бельё на кровати, ночная рубашка, в которую была одета пациентка, и приборы, висящие на стене, имели белый цвет. Одна из стен – огромное окно с видом на какую-то планету, имеющую оранжевый оттенок. Видимо, местность там была либо пустынной, либо гористой, каких-либо других цветов не наблюдалось.
Противоположная – огромное зеркало, только у угла была дверь. Взглянув на себя, она силилась узнать, кто же на неё смотрит. Пышные иссиня-черные волосы, черные глаза, смуглая кожа, телосложения она была достаточно хрупкого. Вот только на руках были какие-то непонятные татуировки, похожие на переплетающиеся изогнутые линии, идущие от локтя, до запястья, в этих местах сильно чесалась кожа.
Дверь отворилась, заставив её вздрогнуть. Внутрь вошла женщина лет тридцати, на ней был одет медицинский халат, брюки и простая обувь. Одежда имела темно-серый цвет, резко контрастировавший с окружающим пространством. Она улыбнулась и подошла поближе.
- Как ты себя чувствуешь? – спросила врач, пытаясь проявить участие.
Пациентка почему-то ощутила наигранность, что-то не давало ей покоя, это участие и эта улыбка – фальш. Женщина выглядела немного уставшей, в глубине карих глаза томилась плохо скрываемая ярость. Но вот только на кого она была направлена? Короткие тёмные волосы были зачёсаны назад и имели красноватый оттенок, в голове всплыла ассоциация с запёкшейся кровью, лоб скрывала длинная чёлка.
- С тобой всё хорошо? – спросила доктор.
- Да, - поспешно ответила девушка. - Да, только руки чешутся.
- Это нормально. Всё скоро пройдёт. Ты хоть что-нибудь помнишь?
Пациентка пыталась вспомнить что-нибудь, но в голове возникали картины только лишь этой палаты. Кроме этого – никаких образов или воспоминаний, просто темнота, чистый лист.
- Нет, я не могу вспомнить, - девушка запаниковала, но женщина успокаивающе положила руки ей на плечи.
- Всё хорошо, не волнуйся. Мы знали, что может так случиться, Ануш.
- Ануш? – спросила она, не узнавая этого имени.
- Твой корабль сломался, когда ты заходила на посадку. Тебе пришлось совершать аварийный спуск, шаттл загорелся после удара об стыковочную палубу, ты практически вся обгорела и получила множество травм, в том числе и головы. Нам пришлось долго выращивать тебе новую кожу, было сделано множество операций. Хирурги смогли, в буквальном смысле, собрать тебя, но, к сожалению, болевой шок и травмы привели к амнезии.
- Кто же я тогда? – спросила она.
- Ты ткач.
- Ткач?
- Отдыхай. Через десять минут тебе принесут еду и некоторые материалы из твоего досье. Поешь и изучишь, а пока я возьму анализ крови.
Пациентка увидела, что женщина достала из кармана пробирку. Щелчок, маленькая иголка проткнула вену, и из прокола стала быстро проникать кровь, заполняя стекляшку. Врач обработала практически незаметную ранку и ушла.
Через десять минут Ануш принесли поднос с едой. Девушка ещё какое-то время лежала, но потом чувство голода всё-таки заставило её встать с постели. Там же оказался небольшой прозрачный кристаллик, видимо, он и был носителем информации. Но справку о себе она успеет посмотреть после того как поест.
========== Глава 1. Честь ==========
KHOR’JAA Иннара рассекал космическое пространство недалеко от границ Аттура. Сендар был обеспокоен тем, что соседи начали проявлять подозрительную активность в секторе Эйн’ген. Здесь не было каких-то стратегически важных объектов или же чьих-то охотничьих угодий. Авар – небольшая система, освещаемая белым карликом, вокруг него крутилось всего пара больших планет и ещё три мелких, размером не больше умановской Луны.
Однако аттурийцы стали появляться здесь достаточно часто, крупный MAN’DAKA увидел один из Воинов Чести, когда возвращался с охоты, через эту систему. Он успел скрыться за одной из мелких планет и с судна его не заметили. Хоть между их народами и не было открытого противостояния, но об осторожности никто не забывал. Мир с соседями был очень шаткий, стоит кому-то оступиться, как начнётся война.
Иннар прибыл сюда из любопытства и просто, чтобы быть подальше от клана, по крайней мере, сейчас. Два си’нтра назад Танцор смог добиться статуса Воина Чести и получить личный корабль, сохраняя за собой право охотиться в одиночку. Слишком быстро он вырос, с памятной охоты, когда ещё Окровавленному удалось добыть голову мурвина, прошло всего три си’нтра. Слишком молодой для такого статуса, но всё-таки вход в Старшую Касту надо заслужить. Приглушив двигатели, когда корабль зашёл в тень планеты, Хищник погрузился в воспоминания, тяжёлые и давящие. Он смог обмануть их, добиться своего и сбросить душащий поводок со своей шеи.
Перед «Циенринд-эк-Гуаном» показался огромный Материнский корабль, плавучая крепость в бесконечной пустоте космоса. Судно прибыло в один из множества отсеков, тут же была вызвана команда медиков - раненому Корв’еину срочно требовалась помощь. Тиконд тогда ушёл, приказал Молодой Крови не покидать корабль, Окровавленные же могли свободно перемещаться по громадине JAG’D’JA, но чтобы через полтора оборота все были на месте и готовы к отлёту.
Иннар тогда тайком выбрался с корабля и пошёл вслед за Вожаком. Первый помощник прекрасно понимал, что рискует расстаться не только со статусом, но и стать изгнанником, но выбора у него не было. Ему хотелось свободы больше всего на свете. Идти за спиной Кар’клея – привлекать к себе лишнее внимания и потом Вождь тоже был умелым охотником, он мог в любой момент заметить слежку. Иннар ещё на корабле настроил свою энергосистему так, чтобы можно было отслеживать путь Жнеца.
Поэтому при первой же возможности Танцор спустился в трущобы. Это было, по меньшей мере, глупо и чрезвычайно опасно. Здесь обитали изгнанники, которые могли напасть в любой момент, разорвать на части и отобрать аву’аса. Существовала вероятность набрести и на арбитров, решивших провести рейд. Убить не убьют, но от вопросов не отделаться и информация дойдёт до Вождя. Тиконд сразу догадается, что первый помощник что-то задумал и уже не станет выпускать его из виду.
Поэтому спустившись на нижние ярусы судна, Иннар включил режим слежения за энергосистемой Вождя и убрал все блоки, что стояли в его разуме. Здесь ему надо быть быстрым, как никогда, изгнанниками порой становились и выходцы из Старших каст, а это говорило об опыте охот. Многие сбивались в стаи и нападали из-за угла или в спину, для них уже не существовало понятие о Чести. В распоряжении Танцора была только его телепатия, которая здесь могла сыграть решающую роль.
Голографическая карта время от времени включалась, показывая, куда пошёл Кар’клей. Тесные и тёмные коридоры петляли, некоторые трубы с азотом и охладителями были повреждены, но, ни один Хищник из операционной команды, в здравом уме не спустится сюда для починки оборудования, разве что, обговорит это с арбитрами, когда ремонт будет неизбежен.
Тиконд тем временем уходил всё дальше, в коридоры, он не стал идти к торговцам или Учёным-аттурийцам. Похоже, его встреча должна была остаться тайной, а значит, это то, что нужно было Иннару. Точка на карте замерла и первый помощник Кар’клея бросился туда. Услышав голоса, Танцор остановился и сосредоточился на разговоре, весь обращаясь в слух.
- Слышал, твой ученик добыл голову мурвина, - говорил знакомый голос, но вот только Танцор не мог вспомнить, где он его слышал.
- Да, похоже, пора затягивать ошейник туже, - с сожалением произнёс Кар’клей.
- Тиконд, ты ведь можешь просто задушить юнца или он сорвётся. Поверь, накопленная ярость порой способна дать невообразимую силу.