Светящиеся чётки неприятно покалывали руку от приближающейся демонической энергии, и Анна вытянула шею, высматривая в тёмно-синем небе с россыпью бесчисленных звезд гигантскую тень посланника преисподней. Йо же, заметив ее напряжение, дал знак Рену, Хорокею и Чоколаву, засевшим в кустах на противоположной стороне от пятых ворот Колизея. Раздался первый удар.

— Где же Нэмид? — шёпотом спросил Рю, поправив распахнутое на груди юката и закинув на плечо деревянный меч. — Часы уже начали бить. Жертва вот-вот появится.

— А вместе с ней и демонический ворон, — поддакнула Джун, бросив взгляд на своего верного хранителя Ли Пайрона. Едва ли эта тварь окажется страшнее мутантов из дома её отца. К тому же, у птиц от природы весьма хрупкие кости. Пайрону наверняка удастся переломить Рё крыло, если удар придется в нужное место.

— А вот и жертва, — шикнула Анна, придирчиво разглядывая выплывшую из Колизея рыжую девицу с толстой косой, разодетую в светлое кельтское платье. Воровато оглянувшись, она выудила из небольшой сумочки сигарету с зажигалкой. — Кейко-сан, конечно, обложила предполагаемый квадрат нападения печатями, но они не сработают, пока демон не коснётся лапами земли. Чего может вообще не случиться, если он схватит эту мадам и унесет с собой.

— Ну, он же ворон, а не чайка, — осторожно заметил Манта. — Они обычно едят на месте.

— А еще вороны едят падаль, а не живое мясо, как этот, так что не жди от демона особых биологических точностей, — медиум перевела взгляд с неба на всё еще пустую землистую аллею. — Кто-нибудь считает удары?

— Это четвертый, — подал голос Фауст, и одновременно с его ответом послышался сначала короткий вороний вскрик, а затем и ритмичный стук копыт о землю. Главные действующие лица стремительно приближались к месту действия.

Рю выудил листья из прически, выпрямился, отдернул юката и с наиважнейшим видом проследовал к незнакомке, чтобы предупредить ту о грядущей опасности. Та встретила его появление настороженным, опасливым взглядом, ведь появился Рю не абы откуда, а из густых зарослей близлежащих кустов.

— О, прекрасная дева, — он чуть склонил голову в почтении, — не соблаговолите ли вы встать под мою защиту в эту чарующую ночь?

Рен, наблюдавшим за всем действием из засады, закатил глаза.

— Она же сейчас примет его за маньячину и начнет визжать. Почему нельзя было напрямик сказать, чтобы валила, пока ее демоны не сожрали?

— Вот сам бы и выходил с ней разговаривать, раз такой эксперт, — справедливо заметил Хорокей.

Взгляд рыжей, однако, не задержался на Рю и соскользнул куда-то сквозь него, и она, ошалело вынув сигарету изо рта, указала рукой за его спину. Следящие за происходящим шаманы сразу же посмотрели в указанном направлении, и Чоколав неволей присвистнул. Дымящийся синим фуриоку огромный чёрный конь мчался прямо к ним, неся на широкой спине алого ангела смерти — Нэмид с развевающимися назад волосами и летящими следом кроваво-красными шелковыми поясами.

— Хвала духам, она успела, — прошептала Кейко, сжимая крепче в вспотевших ладонях очищающие обрядные печати.

Кадзе испарился прямо под шаманкой, не доезжая до освещенной единственным фонарем площадки, и Нэмид, ахнув, спустилась на землю, ступая по остаточным всполохам фуриоку. Осторожно расправив складки кимоно, она глубоко вдохнула и, сложив дрожащие руки в замок, зашагала вперед, настороженно всматриваясь в небо.

— От нее так и веет несобранностью, — покачала головой Анна. — Рё на это определенно не купится.

Словно в подтверждение ее слов, Нэм наступила на длинный подол и едва не полетела носом вперед, но вовремя восстановила равновесие. Ее губы снова беззвучно зашептали самовнушение, в то время как часы произвели свой десятый удар. Огромная чёрная тень скользнула по небу, и Рю вселил Токагеро в деревянный меч, спрятав незнакомку за своей широкой спиной.

— Бегите внутрь, — бросил он, обернувшись. — Здесь становится небезопасно.

К своей неудаче именно в этот момент девушка заметила два горящих красных глаза, стремительно несущиеся на нее с небес, и завизжала, вцепившись в его юката. Ворон ответил на ее зов, широко разинув пасть с длинным синим языком, и камнем устремился вниз. Шаманы стремглав выпрыгнули из укрытия, держа оружие наготове, и разделились: Рен, Чоколав и Джун бросились на подмогу Рю, а Йо, Анна, Хорокей и Фауст встали по левую и правую руку от Нэмид. Тяжелые и острые как бритва когти обрушились на выставленный шаманами блок, пытаясь добраться до жертвы то спереди, то сзади, не давая им провести незнакомку в каменные стены колизея.

— До чего ж огромный, — содрогнулся Манта, наблюдая за происходящим со стороны вместе с Кейко и Торуми. — Как такого обездвижить?

— Для этого и нужна Хоши, — фыркнула кицунэ и раздраженно покосилась в сторону Нэмид, — которая стоит столбом и нихрена не делает. Только зря с ней мудохались.

Словно расслышав замечания Руми, Анна повернула голову к целительнице и выжидающе приподняла брови. Нэм взглянула на нее со странной смесью обреченности и ужаса. Перспектива обратить внимание монстра на себя сжимала грудь с такой силой, что сердце, казалось, перестанет биться оттого, насколько ему стало тесно. Наступая на горло своему страху, пытаясь внушить себе мысль о мнимой безопасности, она крепче сжала руки в замок перед собой, возвращая взволнованный взгляд к демону и сделала шаг вперед. А затем еще один и еще, чтобы выкрикнуть короткое:

— Стой!

Ворон взвился в воздух, перестав атаковать щит из шаманских техник, и развернулся, цепляясь безэмоциональным птичьим взглядом в фигуру в кимоно, и прогремел:

— Nisemono.

«Фальшивка». В расширяющихся от ужаса глазах Нэмид отразился размах его черных, блеснувших в полумраке исполинских крыльев, и она крепко зажмурилась. Теперь она — его цель, идеальная жертва, и он чует ее отчаянный страх, втягивает его глубоко через ноздри вместе с ночным воздухом. Четверка шаманов сомкнула перед ней ряды, держа оружие наготове, и демон бросился к ним, не видя ничего, кроме замершей за их спинами обманщицы.

Манта взволнованно прижал руку ко рту, когда Нэм окликнула ворона, и тот подлетел вверх. Он неволей ассоциировал себя с ней — единственной шаманкой без хранителя, неспособной за себя постоять, и следил за поведением целительницы особенно пристально. Потому Оямада сразу заметил, как что-то в ней переменилось. Вот Нэмид крепко зажмурилась, сжав ладони в кулаки, а уже через секунду ее глаза распахнулись, потемнев и не оставив ни намека на былой страх и нерешительность. Она изящно вытянулась, приподняв подбородок, и губы дрогнули в торжествующей полуулыбке.

Траектория движения ворона изменилась мгновенно. Вместо того, чтобы броситься на шаманов, он взял высоту и, пролетев над их головами, приземлился чуть поодаль, широко расставив крылья и издав угрожающий вопль в сторону тропы. Воздух задрожал, заискрился, и в том месте, куда смотрел демон, материализовалась красная когтистая лапа с мирно сидящем на ней Хао, а затем и весь Дух Огня целиком.

— И что ж ты за братец после такого, — хмыкнул он, скучающе подперев щеку кулаком. — Устраиваешь приватные вечеринки, а меня не зовешь.

Ворон попятился назад, не складывая крыльев, пока полностью не заслонил собой Хоши. А в том, что добродушная Нэмид больше не Нэмид вовсе, уже не сомневался никто — настолько иная энергия шла от всё, казалось бы, той же девушки в кимоно. В ней не чувствовалось игры — лишь уверенность, продиктованная тысячелетним существованием.

— Знали, что ты такую вечеринку не одобришь, — в тон брату подметил Йо. — Твои методы решения проблем весьма… негуманны.

— Ты только что ловил демона на живого человека. Не так уж и различаются наши с тобой методы.

— Потом обсудим вопросы этики, — Анна покосилась на гигантскую птицу, превратившуюся из безжалостного монстра в курицу-наседку, и на лице медиума отразилось смесь недоверия с презрением. Глаза у ворона так и остались голодными до крови, так что если его что и сдерживало, так только клятва Рё, данная роду Токугава. Немудрено, что его демоническое альтер эго так старательно пыталось уничтожить Хоши прежде, чем та начнет ему приказывать.