— Конечно, профессор Кавендиш.

И включил киноаппарат.

Я сначала удивился — вроде бы маггловские устройства в Хогвартсе ломаются, да и откуда тут взялось электричество? Домовик тут же ответил на мой вопрос, начав крутить расположенную сбоку киноаппарата ручку. Аппарат затрещал, из-под потолка опустился белый экран и на нём замелькали кадры Хиросимы. Само собой, чёрно-белые, но и в таком варианте зрелище было жутковатое. Все чистокровные смотрели на кошмарную взрывную волну, сносящую постройки, чудовищной силы пожары, обугленные тела и заполненные изувеченными людьми госпитали, с открытыми ртами и ужасом во взоре.

Магглорожденные реагировали на зрелище спокойнее, хотя проняло и их. Вряд ли сцены уничтожения Хиросимы и Нагасаки входили в программу английской начальной школы. Я же эти кадры видел, и не раз, ещё в прошлой жизни, когда были в моей школе такие чудные предметы, как ОБЖ и НВП*.

Да простят меня жертвы Хиросимы, но меня в данный момент больше заинтересовал киноаппарат. Кто его умудрился так переделать, что он перестал нуждаться в электричестве?

Хотя… не знаю, как насчёт Англии, а во времена детства моей мамы (не Лили, конечно) в СССР существовало такое понятие, как кинопередвижка. Киномеханик грузил банки с фильмами и такой вот аппарат на телегу, в коляску мотоцикла или в старенький газик, и отправлялся в одну из глухих деревень, где не было ни клуба, ни магазина. Вместо магазина туда ездила автолавка, а окультуривала местное население как раз кинопередвижка.

Население деревни ждало этого, как праздника, а чтобы не зависеть от капризов электросети (электричество в деревнях вырубалось только так) и были придуманы такие вот аппараты. Их не нужно было подключать в розетку, но весь сеанс необходимо было крутить ручку, уж не знаю, что там было внутри, но аппарат исправно крутил бобины, светился и показывал кино.

Понятное дело, что киномеханик не мог крутить ручку два-три часа, поэтому народ зрелищем обеспечивали мужчины и подростки, крутя ручку по очереди. Так что я чуть не прослезился от ностальгии, узрев это древнее изобретение. Как аппарат оказался в Хогвартсе — непонятно, но ведь работает же старичок, скрипит, но работает.

Нет, пора Сири подсказать насчёт открытия бизнеса по зачаровыванию маггловской техники. Старые семьи заплатят за такое развлечение без писка, а вот Хогвартсу можно купить несколько технических новинок за счёт Попечительского совета. А то прямо стыдно за такой уровень технической обеспеченности учебного процесса.

Как следует шокировав чистокровных, профессор Кавендиш продолжил:

— Нельзя недооценивать гомо сапиенс. И не стоит к ним относиться предвзято, ведь в своё время это маги спрятались от них за Статутом Секретности. Но более подробно вам расскажут об этом на истории магии, я же позволю себе вернуться к происхождению магов.

Думаю, что первые люди, давшие начало современным магам… я позволю себе именовать магов «гомо магикус»… так вот, такие люди появились ещё в древние времена. Их способности дали им возможность стать значимыми людьми в племени, рассказывая соплеменникам о том, что они видят неких существ, именуемых богами и духами. Именно с древних времён гомо магикус стали отделяться от гомо сапиенс. Постепенно различия между ними нарастали, и если сначала между сапиенс и магикус были возможны браки, то в настоящее время эти два человеческих вида стали слишком разными, и родителем мага может быть только маг или сквиб.

— Но профессор, а как же магглокровки? — спросил кто-то из слизеринцев. — разве их родители не магглы?

— Нет, — покачал головой Кавендиш. — Я поэтому и пошёл работать в Хогвартс, что понял одну вещь. Современным магам неведома одна простая истина — никаких магглокровок не существует. Те волшебники, что считаются магглорожденными, на самом деле потомки сквибов, когда-то оставшихся в маггловском мире. Маг может вступить в брак с обычным человеком, но это будет бесплодный брак.

Народ зашептался, обсуждая эту сногсшибательную новость. Спокойными осталось только несколько человек, явно бывших в теме. Профессор Кавендиш наблюдал за классом с лёгкой улыбкой. Когда шум чуть-чуть улёгся, он заявил:

— А теперь разберём следующее базовое понятие Теории магии…

Вторым уроком была ЗОТИ с Грюмом. Первый урок я пропустил, хоть и по уважительной причине, так что на второй шёл с чувством некоей настороженности, что-то описанный в каноне урок с показом на пауках Трёх Непростительных меня не впечатлял.

Однако Грюм оказался вполне вменяемым преподавателем, Круцио и Империо не демонстрировал, вполне интересно рассказывал о разных видах мелкой нечисти, которая может быть опасна и от которой маг нашего возраста может отбиться самостоятельно.

— Знаете, чему вы должны научиться в курсе ЗОТИ? — вопросил он, сверкая искусственным глазом.

— Борьбе с разными тёмными существами? — пискнул кто-то из райвенкловцев.

Грюм покачал головой:

— Этот результат промежуточный. Главное в другом. Есть предположения?

— Чтобы поступить в аврорат… — предположила Падма Патил. Грюм снова покачал головой.

— ЗОТИ нужно знать, чтобы работать разрушителем проклятий, — заметил ещё один райвенкловец. Но и на этот ответ Грюм снова покачал головой.

— Может быть, у кого-то ещё есть догадки? — спросил он.

Народ безмолвствовал, как статисты в последней сцене «Бориса Годунова». И тогда Грюм заявил:

— Среди нас находится тот, кому удалось пережить Непростительное заклятье. Как это произошло — до сих пор загадка. Загадка это и для меня, но я хочу спросить о другом. Скажи, Гарри, как ты думаешь, а для чего вам всем нужен предмет ЗОТИ?

— Думаю, — выдал я, — что главная цель ЗОТИ состоит в том, чтобы реально оценивать свои силы, не вступать в поединок с превосходящим тебя противником и таким образом сохранить свою жизнь. То есть вовремя унести ноги.

— Правильно, мистер Поттер, — одобрительно кивнул Грюм. — Именно так. Поэтому самым лучшим для всех вас будет непременно иметь при себе аварийный портключ, который в случае опасности перенесёт вас в безопасное место. Я должен вам дать базовые понятия ЗОТИ, для первого курса этого достаточно, вы выучите несколько несложных заклинаний и сможете отбиться от парочки пикси, а вот если вам попадётся целая стая… Немедленно активируйте свой портключ и даже не думайте геройствовать.

— Но разве пикси так опасны? — с некоторым недоумением спросила Фэй Данбар.

— Скажите, мисс Данбар, а комары опасны? Или, к примеру, мухи? — поинтересовался Грюм.

— Они могут переносить разные болезни… — неуверенно ответила Фэй.

— Безусловно, — кивнул Грюм. — Но я сейчас не об этом.

Старый аврор взмахнул палочкой и перед нами возникла объёмная иллюзия какой-то неприятного вида мошки.

— На вашем ногте, мисс Данбар, может уместиться два-три десятка этих малюток. Они опасны?

— Не думаю… — отозвалась Фэй.

— В молодости я был в России, — протянул Грюм. — В том числе в той её части, которая называется Сибирью. Так вот, местные магглы когда-то имели такой милый обычай — раздевать того, кому хотели причинить серьёзный вред и страдания, и привязывать его в местах скопления этих милых насекомых. Местные называют их «гнус». Эти мелкие мошки не просто пьют кровь. Их ротовой аппарат устроен таким образом, что они отхватывают крошечный кусочек человеческой плоти. А скопления этого гнуса могли достигать такой плотности, что можно было с трудом различить окружающие предметы. Представляете, что происходило с беспомощным связанным человеком, которого оставляли среди тучи этих мелких тварей? Если помедлить несколько часов — он превращался в окровавленный кусок мяса. Русские рассказывали мне, что были случаи, когда гнус объедал человека до костей. Но я думаю, что это уже перебор.

Народ сидел позеленевший. Большинство одиннадцатилеток обладало живым воображением и представило себе столь живо описанную Грюмом картину. И тут аврор-параноик не соврал. Бывали такие случаи в Сибири во время гражданской войны. Даже казнь такая была. Это называлось «поставить на гнус».