–Колька, ты как!?

Домовой радостно улыбнулся:

– В порядке я. Сам-то цел?

–Ну, цел, коль ты жизнь спас мне, – дрожащим, чуть ли не плачущим голосом произнес Серега и, разжав кулак, протянул Коле пять пуль и столько же гильз.

– А зачем это ты мне даешь? Где ты это взял? – Не понял Домовой.

– Рядом с тобой и взял. Когда это все из тебя вылетело.

По словам Сереги, пули прошили Колю, когда тот его закрыл. В доказательство того, что он в ходе боя не чокнулся, друг заставил Домового снять рубашку и продемонстрировал ему пять красных точек, сходных с комариными укусами. Пораженный странными обстоятельствами, Коля просил Сергея «никому чухотени такой не болтать». Но друг в состоянии нервного возбуждения, сбегал в лазарет, все врачу рассказал. Доктор, потратив на Серегу лошадиную дозу успокоительного, сказал, что тот ошибся. Сам же, осмотрев Колю, тоже пришел к выводу, что пять красных точек – следы от пулевых отверстий. Вернее, уже заживающие шрамы. Врач не стал пытать Домового о ранениях, полученных где-то с полгода назад. Что пытать, если вчера, во время бабусиного массажа, никаких шрамов на Коле не было! Зато на сделанном Домовому рентгене выяснилось, что у него…остеохондроз.

– Ну вот! – почему-то обрадовался врач. – К военной службе вы теперь не пригодны.

–И что же мне теперь делать? – возмутился великолепно себя чувствовавший Домовой.

–Как это что!?– не сказал, а почти пропел радостный врач. – Вы летите домой и занимаетесь мирным трудом. Я вам напишу в заключении, что воинская служба противопоказана.

– Шутите, доктор? – спросил не поверивший врачу Домовой и вскоре про этот разговор забыл.

На следующий день оба президента враждующих островов встретились. Тот, кто желал отхватить себе часть дополнительной территории, подписал документ, что ни на что не претендует, а, наоборот…просит президента некогда враждебного государства и его остров просит под свою власть принять. Домовому же, перед демобилизацией женщины подарили трубки для курения. 30 разных трубок. Каждая из них была произведением искусства. Поэтому, Коля, несмотря на предупреждение Серегиной бабули, решил, что коллекцию сохранит…Вернувшись из армии, Домовой женился, а после медового месяца явился в военкомат и сказал, что снова готов ехать в «горячую точку». Взявший Колины документы военком, поблагодарил его за прошлую службу и сказал, что, во-первых, таких командировок в ближайшее время не предвидится. Во-вторых, остеохондроз, зафиксированный в его личном деле, совершенно исключает участие в любых конфликтах. При упоминании об остеохондрозе Коля сначала хотел покрутить пальцем у виска, но вовремя спохватившись, что со старшим по званию так себя не ведут, он стал доказывать военкому, что здоров, а запись «о хандрозе» в его дело внесена по ошибке.

– Если по ошибке – делай снова рентген, – сказал военком и счел нужным еще раз напомнить. – Только, если это из-за поездки в «горячую» точку – не торопись. Командировок пока не наблюдается.

– Мне-то что в мирной жизни делать, если я только драться умею? На сантехника что ли переучиваться? – поинтересовался Коля.

–Сразу уж и «на сантехника», – возразил военком. – Вон, в детской спортивной школе, что поблизости, тренер по дзюдо нужен. Учи драться детей, воспитывай из них чемпионов, сам на соревнованиях выступай.

Военкому хорошо было отеческую заботу проявлять. Хорошо было и Колиной семье радоваться, что на его мечтах о командировках в горячие точки планеты раз и навсегда поставлен крест. У Коли же делание из мальчишек чемпионов отнимало много времени. Отвлекало время и обследование позвоночника, куда его периодически отправляли родители с женой и руководство спортшколы. Самому только и удавалось час-другой потренироваться после занятий с детьми…

XXI век. Почему на самое важное не хватает времени

Надя Иванова в детстве больше дружила с мальчишками. «Виной» этому, наверное, было ее раннее прочтение «Айвенго» Скотта и желание после этого непременно заняться конным спортом и стрельбой из лука. Поначалу родители на ее стремление прореагировали без особой инициативы. Мечтательно улыбнувшись, папа с мамой лишь начали вспоминать, как, много лет назад, «после Айвенго», тоже хотели скакать на лошади, «с луком за спиной. Надя тогда, картинно вздохнув, родителям предложила:

– Давайте я сама на ипподром схожу.

Мама с папой не согласились. По пути на ипподром отец своей девятилетней дочери напомнил, что секции по стрельбе из лука в городе нет. Однако, будто, с специально к их приходу, секция по стрельбе из лука появилась прямо на территории ипподрома. Надин папа с недоумением разглядывал как на некогда заросшей бурьяном поляне, находившейся на ипподромных задворках, появилось одноэтажное здание и несколько мишеней для стрельбы. Рядом с мишенями, державшие луки девушка с парнем слушали объяснения белокурого бородача. Видимо, руководителя секции.

–Видишь ли, доченька, в секцию лучников принимают только взрослых, так как луки для детей…тяжелы – начал объяснять папа, решивший, что объяснение про натяжение лучной тетивы в 20 килограмм силы ребенку вряд ли будет доступно.

–А у нас и детские луки есть, – сказал услышавший его руководитель секции.

Один из его учеников сбегал в одноэтажное здание, принес детский лук со стрелами. Надин папа и опомниться не успел как дочери дали первый урок по технике стрельбы. Однако поразило его даже не это, а то, что первая стрела дочери сразу улетела в «десятку». Договорившись с руководителем секции лучников о времени занятий, папа предложил дочери отправиться домой, однако Надя спросила:

– А лошадки?

Первое занятие в школе верховой езды у девочки тоже прошло «на ура». Жеребец «Буран», с которым Надю познакомили, сразу проникся к ней доверием и, когда они вместе с тренером делали первую выездку, вел себя так, будто, давно с юной всадницей знаком. Чудеса продолжились и дальше, когда мама с папой поставили дочери условие: занятия в секциях не должны мешать учебе. И день у Нади после этого оказался расписанным по минутам. Свое время отводилось на школу, деланье уроков, занятия в секциях. «Как она успевает: и на «отлично» учиться, и конным спортом со стрельбой заниматься, если у нас, зачастую ни на что времени не хватает?» – недоумевали родители. Случалось, тренеры, «конник» с «лучником», спорили, кому раньше с талантливой ученицей заниматься. Несколько раз им даже приходилось проводить свои уроки вместе. В пятнадцать лет, когда Надя уже начинала стрелять из «взрослого» лука, в городе, по инициативе «Надиной» лучной секции затеяли военно-историческую игру. Изображали сражение древних славян с половцами. Сделали для этого старинные луки, костюмы, соответствующие сшили. Однако, среди лучников, никто, кроме Нади скакать на лошади не умел. Поэтому, неудивительно, что у подростка возник интерес попытаться на полном скаку попасть в цель из старинного лука.

Перед игрой Надя уговорила двух своих тренеров позаниматься с ней стрельбой из лука, когда скачет она на Буране. Управляться со старинным луком оказалось сложнее, чем с современным. Но, в конечном итоге, с трудностями Надя справилась и стрельбу по мишеням из старинного лука они с Бураном освоили. В итоге сама историческая игра выглядела более чем правдоподобно. Обе противоборствующие стороны были верхом, с луками и стрелами, в старинных костюмах росичей и половцев. Даже то, что девушке пришлось для соответствия действительности облачиться в мужскую одежду, придало дополнительный шарм

– Почему, Алексей Иванович? – удивилась Надя. – Я слышала – жокей Макаров болен, его «Дымка» я хорошо знаю.

– Макаров болен, «Дымок» не вполне здоров, – скороговоркой проговорил директор ипподрома, занятый мыслями о чем-то другом.

– Алексей Иванович, я вас давно знаю, – погрозила Надя Домовая директору пальцем и предложила – Рассказывайте, что, там, случилось у вас.

– Жеребец тут к нам приблудился…

– ???

– Вот и мы удивились. Ахалтекинец. Прекрасная скаковая порода. Сам на ипподром прискакал. Отвести себя на конюшню к другим лошадям позволил. Зато теперь корм не принимает, никого не подпускает к себе. Ты теперь специалист. Взгляни. Может, подскажешь что-нибудь.