Дженсен даже слегка удивился, раньше Джаред не проявлял активности, помимо поцелуев. Но осознавать, что тебя не отталкивают, а наоборот, делают ответные робкие шаги, было приятно.

Оторвавшись от губ Падалеки, Дженсен навис над ним и облизнулся.

– Боишься… – довольно проурчал парень. Этот страх словно подпитывал его, потому что Дженсен знал – совсем скоро он превратится в желание.

А Джаред не стал лукавить:

– Боюсь.

– Меня не стоит бояться.

– Идиот, – фыркнул Джаред.– Я не тебя боюсь, а… Просто никогда не спал с мужчиной.

– Это будет интересно. Ты же любопытный.

– А сейчас еще и поддатый. Ты хорошо все продумал, Эклз.

– Тебе надо было немного расслабиться. Закрой глаза и просто чувствуй.

Вновь склонившись над парнем, Дженсен лизнул кожу шеи и прикусил мочку уха, слегка ее посасывая. И приятно удивился, услышав еле заметный стон – оказывается, у Падалеки тут – эрогенная зона. Дженсен сладко поежился, определенно намереваясь отыскать остальные. Кожа у Джареда была теплая и приятная, ее хотелось целовать и облизывать. Чем собственно он и занялся, с восторгом ощущая вседозволенность. Главное, не сорваться. На вытянутых руках было неудобно, поэтому Дженсен лег сверху на Падалеки и выдохнул от мурашек, пробежавших по телу.

– А еще ты молчишь. Как интересно…– пробормотал в плечо парня Дженсен. А потом прикусил. Правда немного не рассчитал свои возможности, и клыки пропороли кожу.

Это оказалось больно, особенно на контрасте с возбуждением. Даже несколько опьяненный мозг понял, что кожу Дженсен прокусил. Джаред невольно дернулся и повернул голову, чтобы увидеть выступившие красные капли, а потом посмотрел на виноватое лицо Дженсена. Тот явно не ожидал вопроса:

– Ты как это сделал?!

Не «почему» или «зачем». «Как».

А вопрос-то хороший…. Вот только, если рассказывать все сейчас…. Но, с другой стороны, рассказать все равно бы пришлось. Тем более, что Дженсен рассчитывал оставить Падалеки для себя очень и очень надолго. Предположительно, насовсем. Вздохнув, он поднялся с Джареда и сел в кресло.

– Очень больно?

– Да нет… Но как ты смог так? – ничего не понимающий Джаред перебрался на диван, сел, подогнув одну ногу, прямо таки предчувствуя что-то серьезное.

– То, что я тебе расскажу, напугает тебя. И я не буду тебя удерживать. Ты важен для меня. А скрыть я не смогу. Ты бы все равно все узнал. Я слишком плохо контролирую себя рядом с тобой.

– Ты о чем? – Падалеки нахмурился. Дженсен прикрыл веки. А затем Джаред дернулся: в кресле сидел его друг и практически любовник. Вот только с алыми глазами и длинными клыками, сверкнувшими в ухмылке. А рядом по ковру бился кончик… черного хвоста. Ага, с кисточкой.

– Я – демон.

Джаред икнул и в прямом смысле свалился с дивана, его затылок прошел в миллиметре от угла столика.

– Кто?! – он смотрел на… демона округлившимися глазами.

– Демон, – повторил тот, пожав плечами.

Джаред открыл рот, потом закрыл, потом повернулся к столику и, схватив бутылку с шампанским, присосался прямо к горлу, начиная раздумывать, а не добраться ли до бара и взяться за виски.

– Демон? – переспросил он. – Но ты не похож…

– На демона? Потому что не такой, как в сериале? – усмехнулся Дженсен. – Ну, извини. Я – не такой. Не телевизионный христианский демон. Просто демон.

Джаред моргнул и Дженсен снова стал обычным.

– Эм… – только и смог произнести он, по-прежнему не сводя глаз с Эклза. А тот вдруг печально улыбнулся.

– Я понимаю, Джаред. Правда. И не стану удерживать. Но я подумал… лучше показать сейчас… чем потом…

– Вот это ты очень правильно решил, – кивнул Джаред, когда отмер. И поднялся с пола, возвышаясь над сидящим в кресле… демоном во все свои почти два метра роста. А затем развернулся и пошел к двери. Честно говоря, он даже не расстроился. Удивился, да. Еще как удивился! Но пьяному море по колено, как говорит народная мудрость. А Скарлет О’Хара говорила, что подумает об этом завтра. Джаред собирался последовать и первому, и второму.

– Отрывай жопу от кресла, Эклз, – усмехнулся он, толкая дверь. – Трахаться с демоном на диване… как-то не комильфо.

Теперь моргнул Дженсен. А затем поднялся, подошел к Падалеки и за плечо развернул к себе.

– Джаред, ты точно понял, что я сейчас сказал?

– И даже увидел. Хвост потом отдельно рассмотрю, – пообещал Джаред и, схватив парня за руку, потащил в сторону спальни.

Дженсен даже не сопротивлялся, растерявшись от происходящего. Пожалуй, даже больше, чем сам Джаред. В спальню, пинком открыв дверь, Падалеки втолкнул его и захлопнул дверь прямо перед любопытными носами собак.

– А вы встречайте Рождество с Гендальфом. Кстати, а он не…

Дженсен закатил глаза:

– Джаред, рассказ может получиться длинным.

– Пожалуй, ты прав.

И Дженсен выдохнул. Просто расслабился. Самый страшный секрет больше не был секретом, а Джаред с воплями ужаса никуда не убежал. Хотя, пожалуй, убежал – целенаправленно в спальню. Дженсен же не идиот – отказываться от такого подарка. Поэтому в один момент впечатал Падалеки в ту самую дверь и прижался всем телом.

– Моя сущность в последнее время крайне нестабильно реагировала на тебя, – и словно в подтверждение его слов, глаза его загорелись алым свечением. Джаред завороженно уставился на это, приоткрыв рот. Который Дженсен и поцеловал, затягивая в крышесносный поцелуй. Джаред тут же поплыл, схватившись за его плечи и отвечая – бездумно и жарко. Отдаваясь.

Именно такие эмоции для демона – настоящий пир. Жар, желание, разврат – этим любой демон готов питаться постоянно. Но когда такое отдают добровольно и именно тебе…

– Тьма… – Дженсен лизнул Джареда в нижнюю губу и довольно грубо схватил за задницу. Падалеки не остался в долгу и, протянув руку, стащил с него полотенце. Наконец-то! А затем с явным любопытством погладил по ягодице. Этот жест был таким невинным, что Эклз улыбнулся. Поцеловав парня за ухом, он прошептал: – Кровать, Джаред. Я должен уложить тебя в кровать. Срочно.

– Так укладывай, – усмехнулся в ответ Джаред. Он чувствовал себя на удивление свободным. Словно мозаика в его голове вдруг сложилась как должна была, а не так, как он ее складывал. – Ты пока только болтаешь, да к дверям и стенам меня прижимаешь. Или в дУше ты таки передрочил, а, Эклз? – это было по-детски, но Джаред не смог удержаться.

А пока Эклз завис над этой фразой, он выскользнул из его объятий и принялся расстегивать ремень.

Сам.

Дженсен просто не мог поверить в происходящее. И даже, кажется, слышал далекий смех Данниль. Это заставило его тихо, но глубоко зарычать. А Джаред, засранец, только еще больше развеселился. Наверное, это и подстегнуло Дженсена сильнее всего – он тут же схватил Падалеки за плечи и опрокинул на покрывала, после чего в пару мгновений избавил того от одежды. Полностью.

Джаред раскинулся на постели и принялся наблюдать за обнаженным мужчиной в ногах кровати. Дженсен выглядел… соблазнительно. В свете ночника, встрепанный и с глазами, иногда отсвечивающий алым, он казался чем-то другим. Не человеком. Собственно, им он, видимо, и не являлся. Но все так же был дьявольски красив. А теперь притягивал еще и своей новой сутью. Падалеки от природы был любопытен, так что данный факт под действием алкоголя его только сильнее раззадоривал.

Дженсен же в свою очередь рассматривал Джареда. Два метра секса и красоты. И все это для него. Джаред развалился в такой компрометирующей позе, что сомнений в этом уже не оставалось. Дернув носом, Дженсен не ощутил того страха, которым ранее фонил его друг и почти что любовник. Пожалуй, это было хорошо.

– Насмотрелся?– язвительно осведомился Падалеки. В ответ получил новый рык, а затем охнул, когда на него сверху лег Дженсен.

Ощущения… зашкаливали. Для них обоих. Чувствовать кожу и ритм чужого сердца всегда приятно… Демоны тоже умеют чувствовать.

Джаред сам протянул руку и положил ее на затылок Эклза, намекая. И Дженсен подался к нему, целуя, жадно и со вкусом. Как мог целовать только древний демон – не оставляя шансов для осмысления происходящего, вынимая душу и заставляя плавиться в эмоциях.