Варя мчалась по улицам так, словно за ней кто-то гнался и смогла спокойно выдохнуть лишь тогда, когда припарковалась у дома. По лестнице она поднималась прихрамывая — в ногу впилось стекло — и ругая невовремя сломавшийся лифт.
— Егор? — вопросительно прокричала девушка, чтобы понять, переехал ли братец к ней или только ввалится сегодня.
Но на её голос откликнулся не Егор — из-за небольшого выступа в коридоре вышел Марк и у Вари оборвалось сердце. Они смотрели друг на друга минуты три и всё, что она сделала за это время — пригладила всклокоченные волосы. Парень скептически оглядывал её: невеста выглядела далеко не лучшим образом. Взлохмаченная, в мятом и грязном платье, с дикими глазами и, что самое удивительное, с голыми ногами.
— Ты где была? — тихо спросил Марк, замерев в ожидании ответа.
Она ничего не ответила и только сцепила руки в замок, судорожно выдохнув при этом.
— Варька? — на звуки в коридоре выполз Егор, который по каким-то причинам не спал в это раннее утро и даже был одет в уличное, явно куда-то намылившись. — Марк? Я не слышал, как ты пришёл.
— Пятнадцать минут как.
Брат оглядел сестру с ног до головы и уловив, что ситуация — дерьмо, принялся импровизировать и обеспокоенно воскликнул:
— Что, докопались до вас те придурки?!
— А? Да, придурки… До нас… — мямлила девушка, глупо разводя руками в воздухе.
— Блин, Варька, ты как?! Я же говорил тебе, что со мной надо домой идти! — Егор подбежал к сестре и схватил её за плечи, разыгрывая обеспокоенность, но в его глазах горело осуждение.
— Погоди, что? Ты о чём говоришь вообще? — встрял Марк и нахмурился.
— Вчера после помолвки Варе нужна была небольшая разрядка — конечно, такое-то вынести, и мы с ней и Катькой пошли гулять, — сочинял на ходу парень, — где-то к трем ночи меня вырубать стало, да и какие-то темные личности уже минут десять за нами терлись. Катька сказала, что это её знакомые ну и я, даже ничего не подозревая, пошёл домой спать. А стоило бы — Катя пьяная была.
Варя закусила губу. Ну вот, ещё и подругу оклеветала.
— Варь, — забеспокоившийся Марк обхватил её лицо ладонями и повернул на себя, — что случилось? Они что-то сделали тебе?! Если да, я их из-под земли достану!
— Нет-нет-нет, — поспешно затараторила Варя, зная, что в тандеме с её отцом они могли оцепить всю Москву и выискивать несуществующих обидчиков. — Мы убежали. Только туфли жаль…
Их было действительно жалко. Дизайнерские, в два раза дороже, чем платье — Варя берегла их как зеницу ока, пока так позорно не облажалась.
— Дура, — выдохнул Марк и прижал к себе придурковатую будущую женушку, — главное, что ты цела и с тобой все в порядке. Я тебе ещё сотню таких куплю, только, ради Бога, не шляйся ты больше одна ночами! Я же так раньше времени поседею!
— Не купишь, они ограниченным тиражом были, — пробормотала девушка, — а ты чего вернулся-то? Ты же сказал, что на неделю.
— Я, оказывается, в спешке паспорт забыл. И уже уезжаю.
— На неделю? — Варя обняла его за шею дрожащими руками и вдруг на глазах выступили слезы. Только сейчас до неё в полной мере дошло, что она натворила. Она. Изменила. Марку. Не так, как изменила Басу — это и изменой-то не было, Денис изнасиловал её, а в придачу накачал наркотиком. Она добровольно легла под Рому, так ещё и удовольствие получила.
— Ты чего расклеилась? — Марк смахнул слезы с её щек, приняв их за расстройство из-за его отъезда. — Я постараюсь уладить всё как можно скорее и вернуться к тебе. Знаю, что тебе надоело, что меня практически никогда нет рядом…
— Но так нужно, — закончила за него Варя и уткнулась жениху в плечо, продолжая размазывать слезы. Сейчас она ненавидела себя, ненавидела Рому, ненавидела всё, что подтолкнуло её к измене и безмерно жалела Марка. Он не заслужил этого.
— Не плачь, милая, — Марк произнёс это с придыханием и безграничной теплотой, от чего Варя ещё сильнее вцепилась ему в рубашку и зарыдала. — Успокаивайся. Не на войну же ухожу. Всё, мне пора ехать.
— Да. Да, конечно.
Едва за Марком хлопнула дверь, насупившийся Егор принес на кухню таз с водой и потащил туда за руку рыдающую сестру. Отлично, умывать её не нужно — она уже сделала это слезами.
— Сядь! — рявкнул парень и, перехватив её ногу поудобнее, стал промывать грязь вокруг раны. — Весь пол в коридоре кровищей залила, видать, глубоко загнала.
Егор вспомнил, как в семь лет он учился кататься на велосипеде и, не вписавшись в поворот, пропахал коленками землю прямо по битому стеклу. Варька жутко перепугалась, ведь дома никого из взрослых не было и также на кухне обрабатывала разбитые колени.
— Пожалуйста, не надо так на меня смотреть, — попросила Варя.
— А как я должен смотреть, если моя сестра… — глухо произнес он и осекся.
— Твоя сестра кто? Давай, скажи это, скажи! Что замолчал-то? Скажи это громко и с чувством: блядь! Моя сестра блядь!
— Не это я хотел сказать.
— А неважно, что ты хотел, важно, что это факт! И пусть все знают, что я блядь! Блядь! Блядь! — истерично орала она.
— Да замолчи ты! — шикнул Егор. — И Марк, перед которым мы едва выкрутились, тоже пусть знает, да?!
— А он в первую очередь! Зачем ему на бляди жениться?!
— Что ты заладила со своей блядью? Не блядь ты!
Она уже открыла рот, чтобы снова заорать, но Егор вовремя поднялся с колен и притянул её к себе, поэтому плечом заглушил крик.
— Я просто не понимаю, зачем ты это сделала, — спокойно произнес он, — Марк хороший парень и любит тебя, вы вместе целых 7 лет, люди за это время успевают пожениться, завести детей и развестись. Но у вас же всё было хорошо, тихо и спокойно. Деньги в дом приносил? Приносил. Время уделял? Уделял по возможности. Чего тебе не хватало, а?
— Я не знаю, Егор, не знаю. Черт не туда повел. Как увидела его — сердце в комок сжалось, а сейчас так жалею, так жалею…
— Ты о ком сейчас говоришь? — осторожный вопрос.
— О Басе.
Повисла звенящая тишина. Егор ошалело захлопал ресницами, открыл рот, чтобы что-то сказать, но тут же его закрыл и тяжело выдохнул с таким звуком, что медведи обзавидовались бы его реву.
— Мне не интересно, как вы встретились и что произошло между вами. Хотя я и так знаю, что, у тебя ж на лбу написано. Но меня больше интересует, что ты собираешься делать дальше. Ты хочешь вернуться к нему?
— Нет, — она интенсивно помотала головой, — нет, ни в коем случае. Это ошибка, огромная ошибка.
— Тогда слушай сюда внимательно: это должно остаться между нами, поняла? Ни одна живая душа не должна узнать о твоей измене, даже пьяная рот на замке держи. Мне плевать, как. А Катьке скажешь, что набрехала потому, что… Ну, допустим, ехала домой, у тебя заболела голова, ты вышла подышать воздухом, потом всё закружилось и пролежала в отключке на возле трассы всю ночь. И не хочешь, чтобы Марк волновался.
— А она волноваться, думаешь, не будет? Да и неправдоподобно это, даже ребёнок не поверит.
— Слушай, по ходу выкрутимся! Не мне нужен этот брак, мне, если честно, вообще параллельно с кем ты там спишь.
Варя замолчала и стиснула зубы в надежде избавиться от болезненных ощущений, когда Егор начал аккуратно извлекать из ступни стекло.
— Всё, давай. Приводи себя в порядок, сейчас приедет мать и если увидит тебя в таком виде, то от вопросов точно не отвертеться будет.
— Зачем?
— Варя, я-то откуда знаю, зачем? Сказала приедет, значит приедет. Чья свадьба: моя или твоя?
— Моя, — тяжко выдохнула Варя и пошла в ванную умываться. Раз разговор зашёл о свадьбе, значит маму интересуют организационные вопросы. Ну и, конечно, свадебное платье, куда же без него.
Когда Варя была немного младше она, как и все девочки, мечтала о пышной свадьбе как из сказки. Чтобы бракосочетание проходило где-нибудь на природе и сказать заветное «да» можно было у арки из живых цветов. Чтобы всех присутствующих ослепило белизной и красотой платья, чтобы жених в исступлении хлопал глазами и завидовал сам себе. Чтобы были подружки невесты в платьях одного цвета и чтобы этот день напоминал самый волшебный сон.
