— Это — Винда, — скептически проговорила Розе. — Приятно познакомиться.

— Эм, — растерялась Сарелла. — Эээ, Винда, это вы наколдовали синий огонь?! Это же какая-то очень мощная темная магия!

— Ну я… — проговорила Лентяйка немного пристыженно.

— Это, ммм, потрясающе! — воскликнула Сарелла. Пэйт немного расстроился. Он надеялся, что хотя бы Мартеллы поставят на место высокомерную красотку. Юноша был зол на неё — теперь его все стали называть Чушкой, хотя он никогда в жизни столько не мылся и не чистил одежду. Да и Минца звали Контрол-фриком, но за глаза. — Но не могли бы вы, пожалуйста, так больше не делать?

— В баре? — Винда почесала в затылке.

— В Америке.

Пэйт поморщился. Лентяйка, как и говорила Розе, вечно дрыхла, но в оставшееся время каким-то образом ухитрялась становиться центром всеобщего существования.

Юлиан Минц и Розе поселились прямо над баром, наколдовав там расширенное пространство. Винда им совершенно не помогала, но ей тоже выделили комнату. Единственное, что она попыталась сделать полезного — это как-то заколдовала чайник для Розе, так что он начал летать и самостоятельно наливать в чашку чай, но девушка потом не знала, как ей от него избавиться — он никак не хотел отставать от нее.

Пэйт работал за барной стойкой, ни Минца, ни Розе не было — они ушли на тренировку. Дело было днём, посетители почти отсутствовали.

В бар зашёл совершенно незнакомый молодой человек с гитарным чехлом, с волосами соломенного цвета и веснушчатым лицом, одетый в чёрную футболку с принтом в виде черепа, обвитого змеёй.

— Мне нужен Юлиан Минц, четырнадцатый Старший аврор СССР! — заявил он с порога звенящим голосом. У него был такой же «злодейский» акцент, как у Лентяйки. — Правда, что он здесь?!

— Его сейчас нет…

— Мне нужно увидеть Юлиана Минца! — молодой человек потянулся за палочкой. Его до странности светлые бледно-серые глаза маниакально сверкнули, укуренный, что ли?

Индеец Ракхаро, охранник, двинулся к нему, но британец отбросил его одним взмахом палочки, да так, что он вырубился.

— Пэйт, отойди, — на левое плечо юноши опустилась ладонь подкравшейся со спины Лентяйки. — Барт? — протянула она с удивлением. — Барти Крауч? Ты чего здесь делаешь?

— Розье? — вскинул светлые брови тот. — Я слышал, ты во Франции… Мне нужен Юлиан Минц. Это очень срочно! Говорят, его можно найти в этом баре!

— Прошу прощения, но зачем? — к губам Лентяйки прилипла кривая ухмылка.

— Может, ты не знаешь, но Минц был воспитанником и личным учеником Тёмного Лорда, именуемого Королём Ночи! — воскликнул Крауч с таким видом, как будто это все объясняло.

— И? — хмуро бросила Лентяйка. У них не только у обоих был «злодейский» акцент, на Винде тоже была футболка со скелетным принтом — чёрная, с костистой дланью, сжимающей розу.

— А ты сама здесь что, не из-за этого? — проговорил Барт, маниакально расширив глаза. — Разве ты не хочешь узнать секреты Тёмного Лорда?!

— Представь себе, у меня другие цели в жизни, — «они у неё вообще есть?» — Барт, слушай сюда, если ты хоть слово скажешь про Короля Ночи при Минце, я заколдую тебя так, что даже твои предки — Красные Короли ужаснутся! — ярко-зеленые глаза Лентяйки сверкали так злобно, что Пэйту захотелось оказаться как можно дальше. Вокруг неё, кажется, поднялся холодный ветер, растрепавший соломенные волосы Барта. — Ты думаешь, это какая-то игра? Думаешь, быть личным учеником Тёмного Лорда — прикольно и клево?! Имя тринадцатого командира Аврората СССР не просто так запретили произносить! Юность Минца была настоящим кошмаром, понятно тебе?!

— Что?! — Барт заслонил рукой лицо. — Винда, я вовсе не думаю, что это — прикольно и весело! Я хочу узнать, что на самом деле случилось с Седриком Диггори, вот в чем дело! Вот почему я углубился в Темные искусства!

— С Седриком? — Винда прищурилась. — Гарри рассказывал, что с ним случилось. Тебе этого мало?

— Мало. — Барт вдруг устало потёр лоб. — Можешь меня заколдовать, Розье, но я не верю ему. Говори что хочешь, но я не вернусь в Британию, пока не пойму, что он сделал на самом деле.

— Что он сделал на самом деле, Барт? — Розье, похоже, ушам не поверила. — Крауч, ты же его друг…

— Подумай сама! — прошипел Барт. — То, что он говорит, невозможно! Единственное объяснение — он сам вызвал Крысу! Разве ты не знаешь, Поттеры — очень древний род, да, они не считаются аристократами, но происходят от самих Дюранндонов! Чисто теоретически, у них больше оснований претендовать на Нурменгард, чем у немецких Мариендорфов, которые им владеют! Просто мы, британцы, мало интересуемся большим миром, вот и они не претендовали! А древний знак Нурменгарда, выбитый над его воротами…

— Не имеет никакого отношения к Гарри. Темные искусства потому и искусства, что исходят от сердца, не от разума, Барт. Ты всерьёз думаешь, что он мог бы сделать то, о чем ты говоришь?

— Тебя там не было, в Хогвартсе, — прищурился Барт. — Тебе легко судить, когда сама была так далеко…

— Там где я была, глупые студенты до сих пор устраивают чуть ли не поклонение криво накорябанному на стене ни то Кровавым Императором, ни то самим Королем Ночи знаку Трёх Реликвий, — хмуро бросила Лентяйка. — Никто не хочет учить историю… У нас был один парень, Виктор Крум, всю его семью жестоко убили в Войну… Мы с ним и ещё несколькими ребятами как-то напали на тех придурков… А ты смеешь в чём-то обвинять Гарри только на основе дальнего родства.

Пэйт слышал про Виктора Крума — тот был известным квиддичным ловцом. Фамилия Мариендорф тоже показалась смутно знакомой, в газетах что-то такое мелькало, наверное. А вот все остальное было дремучим лесом, словно эти люди явились из другого мира. Понятно было лишь то, что обсуждали они убийства и смерти.

— Я понял, ты всегда будешь его выгораживать, — произнёс Барт печально. — Только что же ты сама не желаешь появляться в Британии?

— А вот это тебя не касается, но с Седриком Диггори никак не связано, — отрезала Лентяйка. — Будь уверен.

— Ладно, я ухожу.

Он сделал несколько шагов к выходу, потом резко развернулся с палочкой в руке, запустив каким-то заклинанием в Винду.

Девицу отбросило к стене, приложив спиной, сверху посыпались бутылки. Пэйт не знал, что предпринять, Барт явно был искусным волшебником на несколько уровней выше собравшихся. Были бы здесь Минц или хоть относительно трезвый Грейвс… Белобрысый наставил на Лентяйку палочку.

— Протего Дьяболика! — шепнула та. Синий огонь взметнулся стеной, закрывая её и Пэйта. Розье медленно встала, на её пухлых губах снова залипла кривая ухмылка. — Убирайся! — бросила она холодно. — Или умрешь!

Голубой огонь, приняв форму драконьей головы, сделал выпад в сторону Барта. Тот отпрянул.

— Заклинание Короля Ночи… — прошептал он удивленно и в то же время восторженно. — Ты узнала…

— Убирайся! — повторила Розье. И криво, невесело ухмыльнулась, вкрадчиво добавив: — Нам всем придётся умирать.

— Не сегодня, — бросил Барт уже из дверного проема (в самом баре действовали антиаппарационные чары). Он предпочёл смотаться.

— Винда, тебе, это, больно? — воскликнул Пэйт. — Я умею лечить, вправлять кости там…

Целительные заклинания были одним из немногих его полезных магических умений.

— Лучше сделай мне чаю с бренди… — бросила девушка. Она скептически оглядела разбитые бутылки. — Контрол-фрик меня точно убьёт!

— Почему, это же этот… Барт начал?

— Во-первых, я не была готова к нападению. Не думала, что Крауч настолько упорот, чтобы напасть на такого же как он волшебника из числа Священных двадцати восьми. Во-вторых, использовала мощную темную магию, хотя могла обойтись без неё, — она с сожалением посмотрела на разбитые бутылки. — Например, поднять осколки Левиосой и засадить ему в глаз. Трансфигурировать пол под его ногами… Вариантов масса.

— А что не так с синим огнём? — решился спросить Пэйт. — Я про такое заклинание даже не слышал…