– А ты знаешь, в какую именно сторону идти?
– Можно разделиться, – предложила Гелада. – Ну не сидеть же на скамейке, сложа руки!
– Мы можем воспользоваться катером, – предложила Пантера, сидевшая рядом с Лемуром.
– Топлива нет ни грамма, – хмуро обрезала её Рысь, стоявшая позади скамейки. – Куда делись дети?
– Никуда не делись, – спокойно ответил Лемур. – Вон, стоят на берегу, – кивнул он головой.
Лиса и Фенек, гулявшие в стороне по колено в воде, словно услышав его голос, обернулись, и, вылетев на берег, помчались к ним.
– Что-то случилось, – хмуро предрекла Пантера, глядя на них.
– Наш катер – он ещё жив? – крикнула Лиса, едва оказалась в радиусе, позволяющем звуку доноситься до собеседников.
– Жив, но у нас нет ни грамма горючего, – ответила Пантера.
– Неважно, – отпарировала Лиса. – Он нам нужен.
– Хм… – Рысь задумчиво закатила глаза. – Кажется, он стоит у пристани напротив детского дома. А вот где ключи – вопрос…
– В кабинете завхоза, на стене, – ответила её сестра. – Принесёшь?
Рысь тяжело вздохнула.
– Чего уж, сейчас… – пробормотала она, нехотя направляясь к зданию.
Лиса и Фенек добежали до взрослых, замерших на стоявшей на высоком холме скамейке, с которой открывался хороший обзор в обе стороны.
– Что случилось, ребята? – спросила Гелада.
– Мы знаем, где Теледу и Калан, – пояснил Фенек. – Но добраться до них можно только по воде. Поэтому нам понадобится водный транспорт.
– Но как вы собираетесь его завести? – поинтересовалась Пантера.
– Увидите, – усмехнувшись, закончил он.
Пантера с опаской ступила на старый школьный катерок, медленно ржавевший на пристани уже не первый год.
– Вы уверены, что… – начала она.
– Уверены, – перебил её Фенек, запрыгивая следом и протягивая руку сестре.
Последним на борт ступил Лемур.
Гелада и Рысь остались на берегу.
– Пожалуйста, осторожнее, – обратилась к ним Гелада.
– Не переживай, – бодро улыбнулась ей Лиса.
– Все готовы? – уточнил Фенек, глядя на пассажиров.
– Да, – ответил за них Лемур, окинув присутствующих взглядом.
– Тогда нам пора, – произнёс он. – Поехали.
В тот же миг послушная волна подхватила судёнышко, осторожно отводя его в сторону от пристани, и, мягко выведя катер на большую воду, повела вперёд.
Пантера, стоявшая у руля, время от времени корректировала направление, слушая подсказки детей.
– Левее, – говорила Лиса, и она поворачивала руль влево.
– Чуть ближе к берегу, – просил Фенек, и Пантера послушно выполняла его поручение.
Лемур с любопытством следил за тем, как послушное течение, невесть откуда тут возникшее, вело их в нужную сторону.
– Невероятно – восхищённо протянул он. – Значит, вы правда можете управлять водой?
– Ни в коем случае, – резко оборвала его Лиса, сердито сверкнув глазами. – Она живая. Никто не может управлять водой.
Когда Калан проснулся, на улице уже сгущались сумерки. В комнате было сумрачно, и последние лучи заходящего солнца, пробивавшиеся сквозь прозрачные занавески, освещали одну из стен.
Помещение оказалось незнакомым и показательно-аккуратным, таким, какими бывают только комнаты в казённых учреждениях. Кроме того, постельное бельё так ярко пахло лавандовым кондиционером, что казалось, будто вся комната пропиталась его запахом.
Калан встал и подошёл к окну. За стеклом шелестели деревья, и верхушки их, залитые закатными красками, горели, как тысячи свечей. Сквозь распахнутую форточку доносился шум близкого моря, перекатывавшего усыпавшую его пляжи гальку.
Рассеянно глядя на открывавшийся вид, Калан пытался восстановить картину сегодняшнего дня. Мысли путались, не позволяя вспомнить всё сразу, словно пытаясь защитить его от чего-то.
Всё началось утром – он это прекрасно помнил. Они с братом вышли в парк на территории медгородка – впервые за долгое время. Воздух был удивительно свеж и приятен. А потом…
Потом они бежали, а под ногами осыпалась земля. Ветер сбивал с ног, а пыль с дорог загоралась, опаляя всё вокруг.
За ними устроили охоту представители всех трёх стихийных ассоциаций. Крайне редкая вещь. И у них была причина…
Калан задумчиво провёл рукой по лбу. Что за причина? Кажется, Теледу говорил…
И тут он вспомнил. Всё и сразу. Лемур. Публикации информации в массмедиа. Волнения в обществе. Опровержения и преследование виновников смуты.
А ещё там была девушка. Невероятная, странная девушка, состоявшая из воды.
И всё вышеназванное случилось за какую-то пару часов.
Впрочем, к столь бешеному темпу развития событий пора уже привыкнуть…
Калан усмехнулся и, обернувшись, огляделся вокруг.
В маленькой комнате стояли две кровати, скорее подходящие подросткам, чем взрослым, два письменных стола и два стула. Всё было предельно простым и выглядело необжитым, как недавно отремонтированная квартира.
Сложив два и два, Калан понял, что находится в золотоморском детском доме. А значит, это – одна из пустующих комнат. Теперь стоит понять, где разместились остальные…
Он подошёл к двери и выглянул наружу. За ней находился полутёмный коридор со множеством дверей, выглядевший необитаемым.
Калан вышел из комнаты, на ходу пытаясь разобраться, отчего в детском доме так тихо и куда подевались его обитатели. Со стороны лестницы, находившейся в конце коридора, послышался тихий стук. Автоматически обернувшись, Калан успел краем глаза заметить, как кто-то пролетел по ступеням вверх, не обращая на него внимания.
– Эй! – позвал он, устремившись в сторону убегавшего.
Фигурка замерла на ступенях, сжавшись в комок.
Калан выбежал на лестницу и посмотрел вверх, пытаясь идентифицировать собеседника. Тот был юн и растерян.
– Привет. Не бойся, – дружелюбно произнёс он.
– Я уже ушёл, я чего, я ничего, – сбивчиво пробормотал тот. – Я не подслушивал. Честно.
– Хорошо, – примирительно кивнул Калан. – Ты здесь живёшь?
– Ага, – ответили из темноты, и фигурка, видимо, поняв, что его не будут ругать, выпрямилась. – Не говорите, пожалуйста, Рыси Тигровне, что меня тут видели, а?
– Не буду, – Калан невольно улыбнулся. Хитрый разведчик, глядевший на него сверху, явно оказался на запретной территории. – Если ты мне подскажешь, где она.
– А Вы что, не знаете? – удивлённо протянул мальчик.
– Не знаю, – честно признался Калан.
– Странный Вы… – пожал плечами мальчик. – Внизу, там их кабинет. Точно не пропустите. Они там галдят, как чайки на пляже, – пояснил он.
– Правда? – уточнил Калан, не переставая улыбаться. – Спасибо.
– Ну, я побежал? – осторожно поинтересовался тот.
– Если хочешь, – ответил Калан.
– Смотрите, Вы меня тут не видели, Вы обещали, – напомнил мальчишка и пустился прочь.
Калан проводил его взглядом и покачал головой. А затем принялся спускаться вниз.
Мальчишка был славный. Смелый, бойкий, активный. Совсем как Теледу в юности…
Этажом ниже находился точно такой же коридор, полутёмный, с десятками дверей. И в подтверждение слов таинственного разведчика, из одной из дальних дверей раздавался громкий говор, в полной тишине казавшийся оглушительным.
Калан выхватывал в полилоге знакомые нотки голосов родных. И от этих звуков становилось легко и спокойно. Он подошёл к приоткрытой двери, откуда в сгущавшийся сумрак сочился электрический свет, и осторожно открыл её, замерев на пороге.
В комнате, больше всего похожей на учительскую, стоял круглый стол. За ним, оживлённо болтая, сидели все гости детского дома. И, само собой, хозяйки учреждения.
Едва двери открылись, голоса смолкли, и все присутствующие мигом уставились на вновь прибывшего.
Лемур, сидевший напротив двери, вскочил, глядя на кузена.
– Калан… – громко произнёс он. – Калан, слушай… Я… – он замялся, пытаясь подобрать слова.
– Лемур, – спокойно ответил тот. – Спасибо тебе.