— Куда голову загнул, засранец? — Презрительно процедила Коко, выцеливая светящийся алым глаз.

Адам замер на месте, чуть опустив взятую было наизготовку винтовку.

— Город! Он смотрит в сторону города!

Поток крупнокалиберных пуль ударил в голову дракону. Он недовольно фыркнул, прикрывая голову лапой и сделал шаг вперёд, пытаясь забраться по почти отвесным стенам уступов. Камни поддались под весом массивной конечности, рушась ему прямо на голову. Зарычав, дракон отступил, разворачиваясь в сторону другой стены и пробуя её на прочность. Адам бросил взгляд назад. За его спиной, покрытая крошкой битого камня земля оканчивалась отвесным, глубоким обрывом, вполне способным послужить взлётной площадкой даже для такой массивной твари.

— Он решил забить на нас и лезть к городу, — Выкрикнул Фокс, сжимая кулаки.

— За нашими спинами — единственная пригодная для взлёта площадка. У нас есть время? — Спросил Адам.

— Полчаса не прошло, — Ответила Вельвет, глядя на то, как дракон пытается забраться по каменному склону, прикрывая уязвимые глаза массивной, покрытой костяными пластинами спиной.

— Есть идеи, как его остановить? Потому, что если он забьёт на нас и рванёт к городу, за хвост мы его не удержим, — Коко опустила пулемёт, трансформируя его обратно в сумочку.

— Огнесмесь? — Предложил Фокс.

— Нет, — Адам недовольно скривился, — дым и огонь ему не помеха, он их просто сдует.

Он прочистил горло и сплюнул на землю.

— И так из-за пыли нельзя дышать...

— Ладно, ребятки, — Коко поправила очки, — я открыта для предложений.

— Выбить ему крылья, — Посоветовала Вельвет.

Коко оценивающе прищурилась, а затем покачала головой.

— Не успеем, улетит раньше.

Дракон медленно начал разворачиваться к ним мордой, взрывая лапами землю. Меньшие Гримм вокруг него собирались в стаю, рыча и завывая.

— Мы пропустим его. Схватимся за костяные выступы — тварь массивна, у неё большая инерция, просто так нас не снесёт. Затем будем бить по крыльям, пока он не рухнет.

Фокс медленно перевёл взгляд на Адама.

— Это суицид.

Фыркнув, Адам перехватил винтовку.

— Это план!

— Хорошо! Уговорил! — Фокс вскинул руки в воздух, — это план суицида!

Коко медленно развернулась в сторону Адама. Ятсухаши слегка побледнел.

— Не-ет... — Прошипел Фокс.

— Это единственный способ, который не включает в себя гибель города, — Коко пожала плечами, — Я за.

Ятсухаши на секунду прикрыл глаза, а затем кивнул.

Вельвет тихо застонала.

— А я ведь могла пирожки печь и продавать... Как мама.

— Ладно... Ладно, — Фокс тяжело вздохнул, — Самоубийство в хорошей компании — не так уж и плохо звучит.

— Не касайтесь чёрной жижи. Только костяные выступы, — Сухо предупредил Адам.

Дракон мотнул массивной головой, упираясь в землю задними лапами и перенося весь свой вес на передние конечности. Сломанный Ятсухаши палец был снова выпрямлен, без труда выдерживая вес чудовища. Коротко рыкнув, дракон оттолкнулся задними лапами, взрывая землю в каменное крошево и рванул вперёд, набирая и набирая скорость.

Охотники брызнули в стороны, убираясь с пути зверя. Адам пригнулся, чувствуя порыв воздуха над своей головой от пролетевшей над ним передней лапы дракона, чей шип вонзился в землю в нескольких метрах впереди него. Оттолкнулся ногами от земли, запрыгивая на небольшую площадку на стене уступа, а затем, коротко разбежавшись, прыгнул вслед за несущимся вперёд драконом, обнажая клинок. Лезвие Погибели с тяжёлым треском вошло в прочный костяной отросток на теле гримм, давая Адаму возможность ухватиться за меч, словно за якорь, обхватывая широкий, с талию человека, шип руками и ногами. Коко взмыла в воздух над его головой, отталкиваясь от ближайшей стены уступа и, извернувшись в воздухе, зацепилась за кончик ручкой сумочки, чуть съехав вниз и крепко держась за прочный кожаный ремешок, упираясь каблуками в белоснежную кость. Развернувшись, она торжествующе и чуть безумно ухмыльнулась ему, не обращая внимание на тряску и ветер, бьющий в лицо и развевающий волосы.

Ятсухаши прыгнул с места, рванувшись в воздух одним, стремительным движением. Земля под его ногами вспучилась градом осколков камня. Он приземлился на костяную пластину в основании шеи дракона, а затем прыгнул снова, обнажая свой массивный меч. Опустившись на относительно тонкое окончание шипа, тянущееся практически параллельно спине дракона, он перехватил меч, ставя его под костью, а затем ухватился за него руками, практически оседлав отросток верхом. Фокс опустился вслед за ним, так же спрыгнув на пластину костяной брони у шеи чудовища. Устремившись к нависающему над ней шипу, тянущемуся из затылка монстра, он забился в пространство между ним и пластиной, вбив один из клинков на предплечье в кость под ногами, опираясь спиной на костяной вырост и оставляя одну руку свободной.

Вельвет, стоя на самом краю обрыва, к которому на всех парах нёсся дракон, прыгнула к Ятсухаши, с легкостью преодолевая разделявшее её и дракона расстояние.

В этот же момент, дракон преодолел край обрыва и обрушился вниз. Вельвет, зависшая в прыжке, панически набрала в грудь воздуха, видя как костяной шип с Ятсу проносится в считанных сантиметрах от её ног, а её саму несёт на покрытую чёрной, бурлящей слизью кожу. Ятсухаши резко выбросил руку вперёд, хватая Вельвет за ногу и рывком втаскивая назад. Девушка испуганно взвизгнула, почувствовав на ноге незнакомую хватку, извернулась, хватая Ятсухаши за плечи и, совершив в воздухе пируэт, оседлала его верхом, коленями хватаясь за бока сокомандника. Ятсухаши хмыкнул, косясь на неё краем глаза и не отпуская клинок. Вельвет придвинулась ближе и прокричала ему в ухо:

— Дейзи не будет ревновать?!

Он озадаченно моргнул. Покосился на Вельвет. Крепче сжал меч, пытаясь приспособиться к бешеным рывкам дракона, чьи крылья взбвивали массы воздуха всего лишь в нескольких метрах от него. Затем, Ятсухаши решил:

— Мы ей этого не расскажем.

Несмотря на всю невозможность, всю опасность той ситуации, в которой они оказались, Вельвет отчаянно захихикала, держась рукой за шиворот Ятсухаши.

Для такой чудовищно огромной туши, дракон летел на удивление плавно. Адам не знал, было ли это следствием его размеров, попросту гасящих массой любые вибрации и резкие рывки, или же это было выработанной за долгие годы тактикой твари — лететь, ровно и прямо, не совершая резких рывков и поворотов, обрушивая на защитников городов и сёл тонны чёрной слизи, из которой рождались меньшие гримм и подавляя любые источники сопротивления ударным рёвом, вбивающим в землю как укрепления, так и их защитников.

Взглянув вниз, Адам передёрнулся, подавляя тошноту. Это не было морской болезнью от движений колоссальных крыльев, сила взмахов которых то прижимала его к шипу, то наоборот, норовила оторвать и отбросить прочь. Нет. Чёрная, непроглядная жижа, бурлящая на теле дракона, на фоне стремительно проносящихся под ними деревьев и гор, вызывала подспудное, противоестественное ощущение. Казалось, что он видит перед собой то, что было не положено, запрещено видеть и человеку, и фавну. От неё тянуло противоестественным холодом, словно бы от гигантского холодильника.

Мелькнуло и скрылось перед глазами полузабытое, мутное воспоминание о старом, заброшенном замке под багровыми небесами, о лужах такой-же слизи под тусклыми витражными окнами, из которой всё лезли и лезли создания гримм, о хозяйке замка — ведьме с чёрными как ночь глазами.

До дня, который перевернул всю его жизнь, он никогда не слышал о том, откуда появляются гримм. Сегодня он увидел этот процесс своими глазами. Оставался только один вопрос — как были связаны между собой этот дракон и та ведьма?

Дальний, едва слышный рёв сирен воздушной тревоги вырвал его из созерцания кипящей слизи, изредка срывающейся вниз плотными каплями. Сирены. Город. Они приближались к городу. Сквозь туловище дракона донеслось глухое, довольное ворчание — монстр учуял вспышку паники, охватившую жителей города. Он устремился вперёд, всё так же не обращая внимание на пассажиров на своей спине. Судя по его размером, для такой твари все они были не более чем мелкие, практически незаметные блохи — вполне возможно, что он и не почувствовал того, что вместе с ним к городу летят и причинившие ему столько неудобств охотники.