Откуда-то раздавался тихий храп.
Вулканец осторожно поднялся, и стараясь не задеть разбросанные тут и там контейнеры из-под еды и консервные банки двинулся на звук.
За тонкой перегородкой, отделяющей кухню от основного помещения, уронив голову на руки, за столом спал давешний ромуланец. Неподалёку, на столе стояло несколько пустых бутылок из-под эля.
Тут же на столе валялся и магнитный ключ от наручников, которым Спок не преминул воспользоваться. Железные браслеты с тихим щелчком открылись, и мальчик осторожно подхватил их, не давая упасть на пол. Несмотря на то, что ромуланец был мертвецки пьян, не стоило лишний раз звать опасность.
Размяв затёкшие пальцы, Спок шагнул ближе. Видимо, почувствовавший что-то мужчина, заворочался, просыпаясь, и мальчик метнулся вперёд, впиваясь пальцами в его лицо, царапая ногтями кожу.
- Обними Вечность! – выдохнул Спок в мутные глаза, позволяя Тишине вырваться на свободу за пределы барьера. Ромуланец закричал, забился, вцепившись в запястья мальчика, стремясь оторвать того от себя.
Вулканец удвоил усилия, наконец пробивая на удивление устойчивые блоки. Мужчина обмяк.
Закрыв глаза, Спок принялся ворошить память своего похитителя, убеждаясь, что насчёт умения обороняться, тот почти не соврал. Драться ромуланец умел, хотя и не достиг звания мастера.
Затем всплыли недавние воспоминания, и мальчик скривился. Намерение решить дело миром отступило на задний план, и моментально было признано не рациональным. Ромуланец вовсе не собирался выполнять то, за что ему заплатили. Он просто и незатейливо собрался продать Спока кардассианцам, которые ой как ценили вулканцев в качестве рабов. Значит, можно было не действовать осторожно.
Сощурившись, Спок принялся просматривать разум мужчины, в поисках знаний, о которых они договаривались. Обнаружив искомое, мальчик безжалостно принялся выдирать куски, отвечающие за знание боевых техник; бандит мелко вздрагивал, и тихо стонал. Перетащив в свой разум мышечную память и рефлексы, вулканец принялся перебирать оставшиеся воспоминания, которые, подточенные выпивкой и наркотиками, шли маловразумительными обрывками.
Ромуланца звали Хон, и, до того, как поселиться на «Талионе», он жил в городе Прал, на планете Ромулус. Происходил из уважаемой семьи, и, как и всякий подданный Ромуланской Империи, с детства был обучен драться и служил. Но в отличие от остальных членов семьи, чьи лица были размыты и подёрнулись дымкой пьяного угара, плевать хотел на военный кодекс чести. Обязательству привести в дом невесту Хон совсем не обрадовался, но смолчал. Знал, что в противном случае брат, чья безликая фигура тёмной тенью воздвиглась в сознании незыблемым монолитом, перекроет кислород. А Хон предпочитал жить на широкую ногу, раз за разом оставляя в дураках слепого до его выходок братца, и не особо рвался снискивать военную славу. Потом, очень удачно подвернулась миссия, где трусливый ромуланец инсценировал свою смерть и сбежал подальше от душащих рамок военного общества, осев на перевалочной станции.
Разум мужчины внезапно пошел рябью, и Спока выкинуло в реальный мир.
Мальчик открыл глаза, и увидел, что изо рта закатившего глаза ромуланца стекает тонкая ниточка слюны. Сердце пьяницы Хона перестало биться.
«Перестарался», - равнодушно отметил вулканец.
Не рассчитав силы, Спок просто выжег незадачливому похититель мозги. Вздохнув, мальчик отстранился, рассматривая последний пойманный осколок памяти, и нахмурился. Почивший ромуланец оказался игроком. Причём не карточным, но не менее азартным. Покойный все заработанные средства спускал на игру на бирже, неумело пытаясь предсказывать повышение или понижение акций.
Отрешенно покосившись на труп, мальчик, принялся планомерно обшаривать жилой бокс ромуланца, планомерно стаскивая в центр всё, что могло, по его мнению, пригодиться в будущем: набор мелких инструментов; несколько карт с кредитами; добротный ромуланский плащ, который у пьяницы по какой-то причине не поднялась рука продать; потрёпанный фазер устаревшей модели; несколько гранат и три пехотные мины дистанционного порадения.
В недрах комнаты был найден и падд, с которого ромуланец выходил в сеть, заниматься финансовыми манипуляциями. На миг задумавшись, Спок вбил код, Экран приветственно мигнул, отображая скупой интерфейс личного кабинета биржевого брокера, на счету которого сиротливо значился ноль.
Задумавшись, Спок присовокупил падд к добыче, и, запаковав всё в торбу, обнаруженную, почему-то в санузле, ещё раз огляделся и вышел на улицы «Талиона».
Через час в жилом боксе трущоб прогремел взрыв.
““““““
Третий час разгуливая по рынкам «Талиона», Спок пытался найти строго определённые запчасти. Увиденный в памяти Хона визор ромуланских пилотов занимал весь разум мальчика. Он во что бы то ни стало вознамерился заполучить себе такой же, но, к сожалению, подобным не торговали, даже из-под полы: Империя блюла свои секреты. Поразмыслив, вулканец пришёл к выводу, что вполне может попробовать собрать подобный прибор самостоятельно, но столкнулся с очередной проблемой. Нужных микросхем тоже нигде не было. Единственное. Что оставалось. Это собрать паззл из разных запчастей.
Замерев посреди улицы, Спок серьезно обдумал этот вариант, затем, кивнув своим мыслям, развернулся и направился в лавку торговца ломом и списанной военной амуницией, которую прошёл мимо час назад.
- Они все битые, - отозвался торговец, выкладывая перед закутанным в плащ вулканцем три разных шлема от скафандров. – Сгодятся только на лом. Впрочем, можете попробовать заказать кому-нибудь эти приблуды развинтить. Часть микросхем, отвечающая за дисплей там точно рабочая!
- В таком случае, мне нужен ещё стандартный армейский шлем пилота, и паяльник.
- Да, пожалуйста, - фыркнул мужчина, выкладывая требуемое на прилавок к груде вещей.
- Спасибо.
Продавец назвал цену и мальчик, не торгуясь, расплатился и вернулся в отель.
Разложив перед собой покупки, Спок принялся последовательно раскручивать их на детали, собирая из трёх нерабочих шлемов, конструкцию, которую видел в сознании ромуланца.
Два круга с микросхемами на висках, соединённые дугой, пролегающей по лбу, которая проецирует голографический дисплей с вычислительным программным обеспечением.
48 часов спустя, закончив с механикой, мальчик взялся за падд и перешёл к самому ПО. Острый ум с лёгкостью просчитывал нужные алгоритмы, которые, благодаря, опять-таки памяти отступника, выстраивались в единую схему. Наконец, задуманный визор тихо загудел, проявляя серо-синий экран, по которому замелькали цифры.
Надев получившийся визор, Спок скривился. Инструмент предстояло отладить, и сделать так, чтобы он не только работал оптическим прицелом для фазера и мини-навигатором, но и корректировал несовершенное зрение.
Спустя 12 часов вулканец справился и с этой задачей. Водрузив на нос визор, Спок довольно зажмурился. Давно ему не было видно окружающий мир настолько чётко.
Весь следующий день он провел в прогулках по парковой зоне станции, нахлобучив капюшон как можно ниже, чтобы не привлекать внимание.
Самодельный прибор прошёл испытания, исправно выполняя вложенные в него функции; не сбоил и работал точно и без помех.
По возвращении, устроившись в одеяле с кружкой ароматного травяного чая, Спок углубился в чтение новостных и биржевых сводок. Он принял решение сменить место жительства. Станция «Таллион», это, конечно, не плохо, но она не могла дать ему того, ради чего он сбежал с Вулкана: стать кем-то достойным.
А, значит, следовало озаботиться хотя бы небольшим капиталом, прежде чем соваться в логово лематьи, где и то было бы проще.
““““““
За месяц острый ум и эйдетическая память позволили Споку скопить на счету ромуланца приличную сумму. Тогда вулканец, наконец решился продолжить исполнять задуманное.
Запаковав немногочисленные вещи в небольшую торбу. Через сеть он выкупил небольшой старенький шаттл, который в случае чего не жалко будет бросить. Дождавшись оповещения о том, что его новый транспорт пригнан в доки, вулканец набросил плащ и поспешил покинуть «Талион».