— Вход должен быть здесь, — сказал Квай-Гон, но при этом в упор не видел, где этот самый вход. Оби-Ван уставился на гору широко раскрытыми глазами и тоже ничего не понимал. — Транспортёры больше никуда не проедут.

— И как мы туда попадем? — любопытство Аты перешло в раздражение. — Может, ваша Сила подскажет, как открыть этот кусок скалы? Или гора сама падет от вашего великолепия?

— Кто бы это ни строил, — спокойно ответил Прия, — главный вход он сделал не сразу. Должен быть другой, запасной, точнее, изначальный, — он прикрыл глаза, подумал и указал куда-то вправо и вверх.

Дороги находить он умел. Ещё бы думать научился, и хоть сейчас в рыцари. А пока у него твари боятся не солнца, а светлого времени суток. Квай-Гон хотел подбодрить Ату, но не мог подобрать слова, а Прия тем временем карабкался наверх по скалам.

— Он меня бесит, — хмуро сообщил Оби-Ван. — Вас не уважает и постоянно нудит.

Йода оказался прав, говоря, что тренировки тела падавану не слишком нужны: прыгал тот преловко, направляя себя Силой и одновременно используя её, чтобы придать себе ускорение и смягчить приземление. Прия уже стоял на узком выступе скалы — места для всех четверых там не было, и Оби-Ван, пристроившись рядом, наблюдал, как панторанин вскрывает мечом металлическую дверь. Квай-Гон припомнил, что Йода говорил и про духовное развитие падаванов, но он уже забыл, что именно. Возможно, что-то про тренировки спокойствия, судя восторгу Оби-Вана, а ведь только что бесился!..

Впрочем, пожалуй, восторг лучше злобы, рассудил Квай-Гон, подождал, пока Прия и Оби-Ван зайдут внутрь, подхватил Ату и с ней вместе запрыгнул на уступ, чем немного поднял ей настроение.

Свет пробивался только на несколько метров вперед, дальше всё терялось в непроглядной темноте. Квай-Гон забрал фонарик у Оби-Вана, Прия — у Аты, и они пошли первыми, следя за свободными от изувеченных потоков Силы путями. Коридор был длинный и заканчивался запертой дверью.

На сей раз вход прорезал Квай-Гон. Не то чтобы его не радовала пара ожогов, которые успел получить Прия — не надо пытаться делать то, что не умеешь, — но сейчас разумнее было беречь себя и других от лишних травм. В свете меча были видны провода и жестяной короб, идущие поверху.

Один за другим все пролезли в проход и оказались в большом гулком зале.

— Какой-то склад, — объявил Квай-Гон, обшарив фонариком пол. — Рельсы, провалы…

Ата отобрала у Прии фонарик и направила луч на стену.

— Пустой, — удивленно сказала она. — Все вывезли?

Она пошла на другой конец склада, Прия увязался было за ней, но тут Квай-Гону пришлось вмешаться: он резко дёрнул панторанина на себя, заставив пролететь несколько метров, цепляя каблуками пол. Выглядело должным образом нелепо и могло помочь особо самонадеянным спуститься с высот на землю.

— Ты заметил, что творится в Силе? — тихо спросил Квай-Гон. — Странные потоки. Не темные, но как будто…

— Заметил, — так же тихо отозвался Прия. — Не знаю, как их назвать. Они повсюду, и они… спящие?

— Точно такие же потоки были в Нэгне, — Квай-Гон теперь говорил почти неслышно. — Они исходили от безруких, их было множество. Что-то можешь сказать?

Прия отрицательно помотал головой, повернулся и ушел к Ате, переминавшейся перед новой дверью. Рядом стоял Оби-Ван и проявлял не меньшее нетерпение.

— Не отходи далеко, — попросила его Ата. Падаван, ощутив себя защитником прекрасной дамы, просиял.

Ата напрасно топталась под дверью, и Квай-Гону больше не случилось блеснуть джедайскими навыками: все прочие двери, попадавшиеся на пути, открывались спокойно. Всё было заброшено, и довольно давно — это было понятно по спертому, тяжелому воздуху. Здесь уже долгое время никто не появлялся, и Квай-Гон спрашивал себя — кто здесь был и почему покинул это место. Шаги в коридорах отдавались неровно, то гулко, то были почти неслышны, и даже тени иногда замирали в свете лучей.

За очередной дверью оказался еще один огромный зал.

— Зал управления! — восторженно закричала Ата, распознав в отблеске фонариков генераторную установку. — Можно попробовать включить свет!

Она подошла к пультам и тщательно их осмотрела. Все ждали, переглядываясь, Оби-Ван по-прежнему торчал рядом с Атой, и Квай-Гон на всякий случай перетащил его поближе к себе.

— Вряд ли остался заряд, — с сомнением сказала Ата. — Но, кажется, это работает как-то так…

Она нажала несколько кнопок. Сначала ничего не происходило, потом раздалось гудение, одна за другой вспыхнули несколько дрожащих ламп, а потом весь зал залил белый, ослепляющий свет. Ата взвыла и затрясла головой, Оби-Ван тоже оказался к подобному не готов и теперь тер глаза руками, Квай-Гон смотрел, как загораются на пульте разноцветные лампочки. Включились вентиляторы, воздух стал свежее и прохладнее — система гнала его снаружи. Но вместо ожидаемого облегчения на краю сознания заскребло непонятное беспокойство, будто они только что совершили непоправимую ошибку.

— Надо найти, откуда взялись эти потоки, — сказал Квай-Гон Прие. — Какие у тебя полномочия?

Прия пожал плечами, но Квай-Гон и не рассчитывал на ответ: он себя выдаст сам, надо лишь подождать.

Они разделились и осмотрели зал. Квай-Гон следил за Оби-Ваном. Тот разумно ничего не трогал, но успел осмотреть буквально каждую панель.

— Здесь только свет и питание, — наконец подытожила Ата. — Больше ничего. И заряд до сих пор держится… почему бросили такое классное оборудование?

Краем глаза Квай-Гон заметил, что Оби-Ван осторожно потянулся куда-то.

— Оби-Ван! — крикнул он, напугав всех вокруг. Ата тут же бросилась на защиту.

— Что вы его постоянно дергаете? — завопила она, хотя Квай-Гон не сдержался единственный раз. — Вы не даете ребенку вообще никакой свободы!

— Он не ребёнок, он юный джедай и нуждается в контроле старших для своей и окружающих безопасности, — спокойно объяснил Квай-Гон и незаметно для Аты провел у нее перед лицом рукой. — Останьтесь здесь с Оби-Ваном. Нам надо кое-что проверить… Возможно, будет лучше, если вы этого не увидите.

Спутник из Прии вышел отвратительный, как и следовало ожидать. Пока Квай-Гон осторожно, шаг за шагом, пробирался по очередному коридору, где как в киноужастике мигали лампы, из щелей вентиляции сквозили холодные струи воздуха и валялись на полу провода, детали и шланги, панторанин то обгонял его, то отставал, заглядывая буквально в каждую щель.

— Очень странно, — объявил Прия, закрывая очередную дверь. — Они вывозили, что могли, но при этом оставили самое ценное. Слишком заметное?

— Например? — насторожился Квай-Гон.

Эта гора ему не нравилась и без очередных загадочных рассуждений. В Нэгне всё было проще: безрукие, объедки безруких, останки безруких, отравленная безрукими Сила. А здесь разливался тот же яд, но при этом никого — и ничего, кроме брошенной дорогостоящей техники, не было.

— Оборудование из машинного зала, — серьезно ответил Прия. — Даже у лурменов возникли бы подозрения, предложи им хоть что-то оттуда. А за той дверью несколько новеньких датакронов. Вы ведь рыцарь, наверное, знаете, к чему это? Я такого в жизни не встречал.

Обдумывать его слова было некогда: за новой дверью искажение сжималось в особенно плотный и болезненный ком. Белый мертвенный свет освещал темно-зеленые стены, выдранные наспех провода, медицинское оборудование… то, которое не успели или не смогли снять. И ничего больше, ничего, что можно было увидеть глазами, а не почувствовать в Силе. Что бы здесь ни творили, результатом были боль, отчаяние и страх.

Прия сразу заглянул за металлическую дверь в другом конце лаборатории.

— Здесь холодрыга, как на Хоте! — пробормотал он. — Нагнало за тот час, пока мы ходим. Но странно не это. Странно, что тьма здесь словно родилась сама собой, а не пришла по приглашению.

— Кто-то использовал темные техники, — нахмурившись, сказал Квай-Гон. — Кто-то, кто владеет Силой, нашел фалнаутов, построил базу и проводил эксперименты.