— Прекрати! — жёстко отрезал первый голос. — Да, он мальчишка, не видавший реальной жизни. Но ты не можешь винить его в том, что все вокруг ему врали.

— Вы двое невыносимы, — проворчал мелодичный женский голос. — Энакин просил нас присматривать за ним.

— Если он будет вытворять такое, проще будет присмотреть за его трупом, — пробормотал второй голос.

Люк с трудом поднялся на локтях и сфокусировал взгляд на людях, что обсуждали его. Да, это были те самые трое, кого он видел в поле. Одним из них был тот мужчина в старинной маске и странного рода одеяниях. Вторым был, судя по одежде, джедай. Его длинные русые с редкой сединой волосы мягко опускались на плечи, а ярко-голубые глаза сияли в лучах солнца. Последней была молодая темноволосая девушка, по виду тоже джедай. Но Люка удивило даже не их пребывание здесь, а то, что все они слабо светились.

— Очнулся, — презрительно фыркнул человек в маске.

— Хватит тебе, — устало произнёс джедай и повернулся к Люку. — Кончай с этой ерундой, парень. В следующий раз помогать не будем.

— Будто у нас есть выбор, — явно намекая на данное обещание, вздохнула девушка.

— Кто вы? — слабым голосом спросил Люк.

— А что будет, если назовём свои имена? — скрестил руки на груди человек в маске. — Что это тебе даст?

— Информацию о том, зачем вы здесь и как связаны с моим отцом, — более твердым голосом ответил Скайуокер-младший.

Мужчина-джедай слабо улыбнулся.

— Реван, — медленно сказал мужчина. — А это — Митра Сурик и Квай-Гон Джинн. Ну и что это тебе дало, Малыш?

В его голосе звучала издевка.

Люк невольно представил на его месте Кэда. Правда, от него этот самый Реван отличался тем, что ему, скорее всего, просто было скучно здесь, нежели он злился на Люка. Возможно, он считал его слишком слабым для джедая.

— Я учитель Оби-Вана, — с какой-то отстраненностью произнёс Квай-Гон. — Ну… И неформальный учитель Энакина.

— Учитель Бена? — переспросил Люк, с интересом разглядывая мужчину.

— Я предпочел бы не слышать это имя, — скривился джедай. — Если бы знал, что эта тварь сделает, убил бы его без сожаления.

— Что?! — воскликнул Скайуокер, едва устояв на ногах.

— А ты думал, все джедаи святые? — невесело усмехнулась Митра. — Они — насквозь прогнившие твари, делающие все ради собственной выгоды. Они дальше своего носа не видят!

— Наивные глупцы, принесшие Палпатину власть на блюдечке с голубой каемочкой и собственными руками воспитавшие Дарта Вейдера, — добавил Реван, словно плюнув. — Кеноби — очередная мразь, воспевающая треклятый Кодекс. Из-за него ты чуть не переспал с родной сестрой и не убил отца. Так скажи, ты все ещё веришь в джедаев?

Люк замер. И лишь одни слова не давали ему покоя…

— С сестрой?

Призраки переглянулись.

Митра усмехнулась.

— С Леей.

Скайуокер ошарашено открыл рот. На смену удивлению пришел шок и отвращение. Сестра? Лея — его сестра? Где был Бен Кеноби и Йода, когда и Люка появились чувства к ней? Они же видели…

Люку стало противно от одной мысли, что могло бы случиться.

— Но… разве вы не.?

Квай-Гон и Митра наверняка были джедаями, а вот насчёт Ревана он не был уверен.

— Официально — да, — уклончиво произнёс Джинн. — Однако мы никогда не сходились во мнениях.

— Аналогично, — вздохнула Митра.

— А я был и джедаем, и ситхом, — мрачно ответил Реван, чем слегка ошарашил Люка. — И я точно знаю, каким надо быть, а каким — нет. Именно поэтому мы здесь.

— Но ведь это место блокирует Силу! — воскликнул Люк, оглядываясь на деревья, в ветвях которых прятались исаламири.

Призраки снова переглянулись. Похоже, наивность Люка их забавляла, или они знали то, чего не знал он.

Тогда-то Скайуокер и стал вспоминать их. Конечно, он слышал в школе о герое Старой Республики Реване, что собрал группу джедаев и вступил в войну с мандалорцами; и про Митру Сурик, уничтожившую большинство ситхов, угрожающих Галактике. О Квай-Гоне же он не знал ничего. Более поздняя история джедаев особо не афишировалась. Все трое были на грани Света и Тьмы. Что-то среднее между ситхами и джедаями. Но почему они здесь? Они жили в разное время и почти никак не связаны. Так что заставило их оказаться здесь?

Меж тем тела призраков постепенно начали становиться прозрачными, а на их лицах играли таинственные улыбки.

— Наручники сковывают лишь руки, Люк, — прикрыл глаза Квай-Гон, прежде чем окончательно исчезнуть. А до Люка донесся лишь эхом его голос: — Но не силу, заключённую в них…

Мужчина долго смотрел туда, где только что-то были призраки. В голове эхом звучали их слова. О нем, о джедаях, о Силе.

Люк посмотрел на свои руки и повторил про себя слова Квай-Гона. Но правильно ли он его понял? Все вокруг твердят, что исаламири блокируют Силу. Что, если он ошибся? Но тогда как объяснить, что они оказались здесь?

Скайуокер сосредоточился и призвал Силу, но в ответ получил лишь тишину. Только эта тишина была странной. Как будто ты остался один в комнате, а из посторонних звуков в ней были лишь тихий гул электроприборов. Гул… Именно к этому звенящему, монотонному звуку, который все привыкли не замечать, как биение своего сердца, и потянулся Люк, погружаясь все глубже в эту пугающую темноту. Первые минуты эта темнота казалась бездонной и бесконечной, пока гул не стал нарастать. Скайуокер пытался ухватиться за него, как за ниточку, ведущую куда-то. Вскоре в этой темноте появился слабый огонёк света. Он становился все ярче и ярче, пока не заполнил собой все. Казалось, этот свет обжигающий. Раньше он дарил тепло, но сейчас жег кожу и слепил глаза. И вдруг этот свет потускнел, смешиваясь с холодными языками тьмы. Она окутывала Люка, затуманивала разум, заставляя погрузиться глубже. Где-то на задворках сознания звучал чей-то едва различимый голос, но Скайуокер его не слушал. Он увидел, он почувствовал — Сила здесь. И он направил всю её в озеро, на дне которого лежит подбитый имперский шаттл.

И вдруг его словно тисками вырвали из объятий тьмы. Он пошатнулся и наверняка бы упал, если бы его не поддержали с обеих сторон. То были Кэд и Гален, но вели они себя как-то странно. И лишь когда зрение прояснилось, Люк понял, почему эти двое, а вместе с ними и Мара впали в оцепенение, — на берегу озёра, покрытый подводной растительностью, с наполовину сломанным крылом и чёрными пятнами от стрельбы стоял имперский шаттл, который ещё совсем недавно был сбит разрушителем и покоился на дне озера.

*

Кайла снова закрыла глаза и попыталась успокоить сознание, которое так и кричало о приближающейся смерти. Стук метронома не смолкал ни на секунду. От постоянного его звона, сопровождаемым так же ультразвуком, женщина не могла уснуть. А если так выходило, что её сознание отключалось, её тут же будили либо зарядом шокера, либо ледяной водой. Трудно сказать, сколько она уже здесь.

На протяжении долгого времени она находится в подвешенном состоянии, словно провинившийся воришка, привязанный к столбу. Нет… Только не это…

Ни одна физическая пытка не сможет сравниться с той, что устраивала ей Айсард каждый день — рассказывала о её прошлой жизни.

Лакоста Брея Сейх-Эверс. Это имя вгрызалось в разум, как жаждущий крови хищник, который не отступит, пока не получит желаемое, пока не убьет. Прошлое, которое она так сильно хотела забыть, снова настигало её.

Вдруг оковы, сдерживающие её, ослабли, и Кайла упала на холодный пол лицом. Сил подняться не было. Раны на спине все ещё болели, а кожа на ладонях и ступнях обуглилась от огня и горела даже от самого лёгкого дуновения. Кайла прижалась щекой к холодному полу и зажмурилась. Что бы с ней ни делали дальше, ей уже все равно.

Железные двери отъехали в сторону, и в камере пыток появился капитан Нурио, а за ним и сама Айсард. Их лиц Кайла не могла разглядеть. В глазах все расплывалось. Она попыталась пошевелить руками, но те её не слушались.

Зайгеррианец подошёл к Кайле и резким движением поставил ее на колени. От резкого подъёма у женщины закружилась голова.