Хорошо бы там легкое ранение получить. Тогда, глядишь, и от смотрин отвертимся.
— Маменька…
— Нет! Ты точно в компанию к глашатаю захотел. Сказано - не будет смотрин. И не вздумай маман проболтаться. Сам первый под бой попадешь.
Кто б спорил.
Положительно, сегодня пронесло. Вон уже Высокий Господин вино допивает.
Сейчас синие штаны в заплатках натянет и - на травку с книгой.
Андраг легко взбежал по лестнице на второй этаж. Маменьке сюда хода не было. Не одну вазу грохнула об пол баронесса Месмор. Но с сына как с гуся вода - не пустил.
Впрочем, никаких особых безумств собственные апартаменты молодого барона не содержали. Девушки поддерживали во всех комнатах, исключая библиотеку - туда хода не было никому - порядок. Окна - настеж. Свет, воздух, пестрые подушки, легкие занавески. Второй этаж сильно отличался от мрачно мемориального первого.
У девушек - отдельная комната. Там они спят, там красоту наводят, там же составляют очередные списки на каждый месяц и на каждый день. Главное в такой момент не соваться, не выяснять отчего шум, крики, визг, отчего стекло бьется, и плачь как по покойнику.
Однажды барон имел неосторожность влезть в свару. Двое суток выйти не мог.
А такое даже для его драконьего здоровья - внапряг.
Позже он заподозрил, что шумные разборки устраиваются в начале каждого месяца специально, чтобы заманить господина на девичью битву.
Не мудрено, что их из замка страшного-кровожадного-свирепого-поганого зверя ни калачом не выманишь, ни пинками не прогонишь. Воют, орут, ревут: не гони!
В спальню следом за ним скользнула Ева.
— Господину угодно отдыхать?
— Переодеться, - коротко скомандовал Андраг.
Девушка не торопясь развернулась и пошла к шкафу. Не знает где его джинсы?
Ни фига. Просто надо пошарить на верхней полке. Короткая туника при этом поднимается, поднимается… Ну, встань на цыпочки. Молодец! С краю на верхней полке - ничего. В глубине, впрочем, тоже, но девушка старается, тянет руку. Подол туники выше, выше, пока не стала видна складочка между ягодицей и ножкой. А там и вся гладкая попка показалась.
Безучастно смотреть на ее старания Андраг не мог. Руки сами потянулись.
Гладкие круглые ягодицы легли в ладони. Андраг мягко их раздвинул, слегка надавил пальцами, пока Ева не застонала Пальцы пошли дальше, глубже. Девушка задвигалась. Осталось согнуть ее чуть-чуть. Согнул.
Мокрая, готовая. Андраг уже и сам едва терпел. Сейчас он доберется… Добрался, вошел как в теплое масло. Запустил пальцы спереди в волосы и погнал короткими неглубокими толчками, пока она ни заорала, ни забилась. И под конец въехал по полной, так что девушка повисла в руках, почти теряя сознание.
Ее пришлось оставить на подушках у шкафа. Не помощница. Андраг быстро переоделся. Ева только, осоловело, хлопала глазами. Смотри-ка, шевелится. Стойкая девочка. Но Высокий Господин уже влез в растянутую майку и старые джинсы.
Последний взгляд и только дробный стук, удаляющихся шагов, остался несчастной жертве дракона.
По мере того как Андраг спускался по лестнице, портилось настроение. Давили камни старого замка. А на камнях мечи, щиты, латы, кольчуги. Портреты маменькиных предков настроения не улучшили. Дракон - драконица. Дракон - драконица. Опять доспехи. Повоевали дедушки и прадедушки, захлебнулись своей и чужой кровушкой и сгинули.
Народная мудрость гласит: " Дракон с мечем в поле - дракониха с ядом в спальне". А уж кого травили милые дамы врагов ли, мужей ли, поди узнай. Тайна веков. Взять хоть матушку. Второй муж Высокой Госпожи, барон Фар, скончался в страшных судорогах. Было решено: нарвался на блуждающее заклинание. А поскольку дурак, каких мало - не справился. Матушка при этом так убивалась, что на нее подумали в первую очередь. Однако не пойман - не вор.
Третьего мужа маман честно засосало море. Кажется, в тот раз она действительно расстроилась.
Зал приемов окончательно придавил. Полотнища знамен пропылились. Точно субботник устрою и девок всех вниз сгоню. Пусть разомнутся.
Слет-турнир гвоздем засел в башке. Не отвертишься. И так подозревают в крамоле, в подрыве устоев, в распущенности, в извращениях. Кто-то из одноплеменников даже вменил Андрагу, что он предпочитает драконицам обычных женщин. Ну, предпочитаю! Сами-то Высокие Господа тоже не со своими женами спят, за что и ловят потом блуждающие заклинания или в омут головой кидаются.
С другой стороны Высокий Господин, потомок Старой крови барон Андраг за всю жизнь ни разу не удосужился бросить вызов сопернику, ни разу не оспорил честь
Прекрасной Дамы. Подозрительно? Более чем.
Как то ни прискорбно, лететь придется. Будем надеяться, повезет: попадется на глаза зеленая коровища насносях и муж - владетель прекрасного чрева - рядом.
Бока нахальному молокососу оскорбленный барон-дракон, разумеется, намнет. Это не беда. Есть восстанавливающие заклинания, а девушки дома долечат. Зеленой корове по возвращении в родной замок тоже пару раз по роже прилетит. Заранее извиняюсь, Высокая Госпожа, но прошу понять, меня поставили в безвыходное положение.
Другое дело, если нарвешься на дракона, который не чает, как свильнуть от брюхатой половины. Собственный папаша - наглядный пример. На такого один раз дыхни, брыкнется на спину и ножкой дрыгнет - убит. А вы, молодой, прекрасный
Высокий Господин извольте жениться на даме сердца, которую взялись оспаривать.
По коже продрало морозом. Если вдуматься, не такой уж это фантастичный поворот. И ведь не отвертишься. Попался - веди в дом брюхатую, зеленую корову. А она первым делом спалит шалаш на берегу пруда, специально поставленный для утех на свежем воздухе, потом заколотит дверь в библиотеку. Девок просто пожрет.
Беременной драконихе все можно.
Значит, изволь брыкнуться первым. Соперник только замахнулся, а ты уже лежишь. Главное все правдоподобно исполнить.
Андраг вырвался из каменных стен как из капкана и в обход ритуальной дорожки, по тропинке среди зарослей жасмина, среди розовых кустов, среди кудрявого, вечно цветущего, орешника - подальше. Туда, где прозрачная вода, где стрекозы, где травяная подстилка пряно пахнет…
— К-к-к-ва! К-к-к-ваше Великолепие! - гигантская жаба распялила в приветствии беззубый рот.
Андраг содрогнулся. Они меня неврастеником сделают. А глашатай от натуги начал раздуваться. Лопнет же гад! Потом по всему саду ошметки собирай.
— Я слышу, - как можно спокойнее отозвался барон, - Я ценю твое усердие.
Жаба захлопнула пасть. Бока и зобный мешок опали.
— Вот и умница. Теперь плыви на тот край пруда и следи, чтобы никто не подкрался к твоему господину. Главное - притаиться. Понял?
Жаба поползла с зеленой травки в воду. По зеркальной поверхности пошли огромные, расходящиеся валиками круги.
Уканал. Уф.
Андраг опустился на траву. Скорее бы в отпуск.
***
Вадим с трудом приподнял голову. Телефон трещал на недосягаемом расстоянии.
Рукой не достать. А вставать… Он пожалуй и руку протянуть поопасится. Лучше не делать никаких движений вообще, иначе вчерашнее пойло пойдет кругами и вырвется наружу. Лучше еще полежать.
Телефон примолк, но только снаружи. В голове продолжало назойливо тренькать.
Это же сколько мы вчера употребили? Лучше не вспоминать.
Утро было из тех, когда стакан воды вызывает рвотные ассоциации, сердце начинает бухать от одной мысли о движении, во рту кошки ночевали… и по сей момент не ушли. Изнутри что-то больно царапало щеку. Вадим осторожно потрогал с той стороны языком. Край второго зуба обломан. Бутылки что ли вчера зубами открывал? Дооткрывался.
В памяти мглилось еще что-то неприятное.
Так. Они пили у Пашки. С ними тусовались две девчонки. Одну Вадим помнил отчетливо, вторую так себе. Пашка уже тихо прикорнул. Водилось за ним такое свойство. Вторая девушка недовольно косила в его сторону. Это - ничего, милая.