— Я всегда знала, что ни к чему хорошему он тебя не приведёт. Но даже подумать не могла, что это случится через столько лет. А ты тоже хорош! — на первый взгляд маленькая ручка со всей силы приложилась к моему затылку. Даже в ушах зазвенело от такого удара. — Головы своей на плечах нет?!

— Да есть она! Ты только что её чуть мне с плеч не снесла, — этот её метод воспитания всегда был немного болезненный.

— Так что это за мальчик, твой новый друг? И как ты смог так с ним подружиться?

— Мама, чтобы я тебе не сказал, обещай мне, что не станешь осуждать меня за это? — я взглянул на неё своими большими щенячьими глазами. И я действительно хотел рассказать о моих истинных чувствах.

— Ты ведь мой единственный любимый сын. Я поддержу тебя, ни смотря ни на что, говори, — она смотрела на меня так мягко, и этот взгляд был единственным подтверждением её слов.

— Ты сказала, что это болезненная привязанность. Так и есть, мне это доставляет сейчас много боли и переживания. Ведь этот парень, Максим, он мне не друг.

— А кто? — женщина нахмурила брови.

— Наши отношения уже давно вышли эти труднопроходимые рамки дружбы. И прошу… — я неосознанно вытянул руки перед собой, словно защищаясь. — Не нужно сразу бросать в меня камни или же говорить мне, что я просто запутался в силу своего возраста. Я долгое время пытался разобраться с собой и теперь точно знаю, что испытываю. Ты понимаешь о чем я говорю? — её мимика, за все время моей исповеди ничуть не изменилась.

— Я понимаю, но не знаю правильно ли. Ты хочешь сказать, что он тебе нравится? Вы встречаетесь или как это правильно назвать?..

— Да, мам. Так и есть. Он мне не просто нравится, я люблю его, — я виновато опустил голову боясь, что в меня сейчас врежется волна гнева и непонимания.

— Но ты… Ты же всегда любил девушек. Как ты мог так кардинально поменять свои вкусы?

— Вот именно, я не любил ни одну девушку. Я им симпатизировал, иногда даже слишком. Но только сейчас я понял, что значит испытывать любовь. И это не то, что я чувствовал раньше. Это именно то, что я чувствую сейчас. И я даже словами это не могу передать, насколько глубоко он засел в моём сердце. Я хочу, чтобы ты поняла меня, не осуждала и не пыталась переубедить. Ты же знаешь, что со мной спорить бесполезно. Но твоя поддержка сейчас мне нужна больше всего. Должен же быть хотя бы один минус у твоего идеального сына, — я так смело говорил обо всем не задумываясь, о её реальном мнении, но я был готов выслушать все.

— Ты говоришь о своих чувствах как о недостатке?

— Но это не те отношения, которые люди принимают с распростертой душой.

— На всем белом свете не сыщешь то, что примет поголовно каждый человек на земле. Но если тебя интересует конкретно мое мнение, то я скажу тебе вот что. После твоих слов, мне безусловно стало легче, ведь ты смог довериться мне и рассказать правду. Но с другой стороны, это не то признание от которого хочется прыгать до потолка от радости. Я не хочу осуждать тебя или наставлять на верный путь, потому что я вижу, что ты все для себя уже решил. В будущем твои чувства столкнуться ещё с множеством проблем. Но если они действительно так сильны и смогли найти достойный ответ, то я могу только искренне порадоваться за тебя.

Я слушал её проникновенные слова, которые выдавливали из моих глаз солоноватые слезы. Мой язык оцепенел, и я не смог что-либо сказать ей в ответ. У меня хватило сил лишь лечь к ней на колени. Я тут же ощутил такое родное и забытое тепло. Мне не хватало этого, наверно, уже давно. И сейчас я почувствовал себя маленьким мальчиком из далекого размытого прошлого, которому просто нужно было выплакаться в объятиях родного человека. И, может быть, если бы она не приехала так во время, я попросту сломался. Морально или физически, но это точно произошло бы. Я чувствовал, как моя боль в груди стихает, и теперь я надеялся, что у меня появятся новые силы, для невыносимого и мучительного ожидания.

========== Глава 37 ==========

Проведенное в одиночестве время мне казалось, что я начинаю терять себя среди невыносимой боли, тоски и беспомощности. Как бы я не старался, ничего не мог придумать. Все моё желание что-то изменить было обречённо; не в моих силах сделать это сейчас. Я отчаянно думал о том, что было бы, не совершив я ошибки, которая по сей день преследует меня. «Как бы я поступил, вернувшись в прошлое?» — думаю, это именно тот вопрос, которые задают себе люди на протяжении всей жизни. Но ответ всегда один, как по шаблону. Я не знаю наверняка, но это, вероятно, не тот ответ, который является верным. Вернувшись обратно, в уже прожитую нами жизнь, мы не сможем что-либо изменить и сделать правильный выбор. Ведь «Мы» в прошлом являемся совершенно другими людьми. Теми, которые не сделали выводов из совершенных ошибок. Людьми, которые не ощутили на себе всей полноты последствий. Людьми, которые не видят будущего и не знаю, к чему все приведёт. Поэтому, уверен, никто не в силах изменить ошибки, совершенные когда-то. Но многое можно сделать сейчас, поэтому не стоит зацикливаться на предположениях. Это бессмысленно потраченное время, которое можно использовать с умом.

Впервые за прошедшую неделю мне удалось полноценно поспать. Это та ночь, из которой я ничего не помню, потому что крепко и беспробудно утопал во сне. Это продолжалось и весь следующий день. После разговора с мамой я незаметно погрузился в глубокую пучину сна и даже не заметил этого. Я не могу утверждать, что проснулся отдохнувшим и бодрым: голова по прежнему невыносимо гудела, а тело непрерывно ломало. Меня немного пошатывало из стороны в сторону и, чтобы придти в себя, мне понадобилось целое утро. Таким образом, один день был безвозвратно утерян. Вчера я не пришёл к нему. Был пропущен всего лишь день, но казалось, что прошла целая вечность, и потеряно много ценного времени. Сложилось впечатление, что я проснулся в другое время и в другом месте. Но обессиленно обернувшись по сторонам, я смог убедиться в обратном.

— Я хочу съездить в больницу, — утвердительно сказала мама, войдя ко мне в комнату.

— Что? Зачем? — удивлённо спросил я, но мне даже не хватило сил поднять голову.

— Хочу поговорить с доктором. Узнать его состояние. Может нужны дополнительные препараты или процедуры. И есть ли возможность транспортировки его для дальнейшего лечения в другое место, — она присела рядом со мной и пристально вглядывалась мне в глаза.

— Ты хочешь ему помочь?

— Я вижу, как он дорог тебе. И я хочу, чтобы ты был счастлив. Мне невыносимо видеть тебя в таком состоянии.

Я лишь утвердительно махнул головой и без каких-либо слов уставился в пол.

Сегодня мне с большим трудом довелось вести машину, меня не слабо знобило, как при простуде, и весомые веки без остановки заслоняли сонные глаза. Несмотря на обеденное время, машин оказалось немного. Небольшие пробки на дороге не заставляли нервничать, а красный сигнал светофора не попадался на моем пути, тем самым не мозолил глаза.

— Напомни мне ещё раз его полное имя, — переспросил мама, подымаясь со мной на нужный этаж.

— Максим Кривальцев, — на автомате пробубнил я и открыл перед матерью металлическую дверь.

Холодный поток воздуха, который создавали хаотичные движения небольшого количества людей, неприятно ударил в лицо. Я остановился на месте и лишь указал на кабинет лечащего врача Максима, а сам сел около него и просидел в нервном ожидании около десяти минут. А точнее всего девять минут и тринадцать секунд. Именно такую точность указало время на моем телефоне. Мои ладони немного вспотели, а ступни выколачивали на бетонном полу монотонные звуки. Когда дверь в кабинет открылась, я мгновенно подскочил на ватные ноги. В глазах потемнело, но быстро отпустило. «Что сказал врач?» — вопрос который отчётливо прозвучал лишь в моей голове, произнести почему-то вслух я не смог. Я крепко зажал нижнюю губу между цепкими зубами и лишь вопросительно поглядывал на мать. В её взгляде можно было рассмотреть множество информации, которую оглашать мне она не торопилась. Но моё терпение было на пределе и стремительно сходило на нет.