– Какая кошмарная история, – произнесла всё та же девица, озвучивая мои мысли.
Да, что-то я не слышала об этой легенде раньше. И лучше бы, вообще не слышала. Хорошее настроение улетучилось. Образы несчастных молодых людей стремительно ворвались в воображение и не хотели оттуда уходить. Я сделала знак Пушистику, и мы двинулись в лес.
Вот оно, моё укромное место. Чёрный кот быстро уселся на пень, чтобы не мешать мне. Я достала свой маленький деревянный бутылёк, заткнутый такой же пробкой, открыла его и побрызгала на стволы берёз, которые росли, образовывая проход. Через несколько мгновений воздух засветился, показывая мой лес. Пушистик мгновенно забрался мне на плечо, и я шагнула в просвет.
Оказавшись дома, вздохнула полной грудью. Кот быстро спрыгнул с меня. Его шерсть от удовольствия и волнения встала дыбом. Оглядываясь, я не спеша приближалась к своему скромному домику. Какое же удивление, а потом насторожённость вызвала у меня женская фигура, закутанная в старый тёмный плащ.
Увидев меня, женщина встала.
– Власта?! – удивлённо вскрикнула я. – Как ты пробралась сюда?
– Здравствуй, Драга, – сдавленно произнесла она. – Это было очень трудно, но сейчас я решилась бы и на что-то более страшное, чем путешествие по гиблому лесу.
Я молчала и ждала, что она скажет дальше. Власта всхлипнула.
– Мой муж умирает. Лекарь из города, на которого мы потратили последние деньги, сказал, что ничего сделать нельзя. Ты спасла меня когда-то… Умоляю, помоги нам сейчас. Я не смогу поднять детей в одиночку. Не выдержу долго на рудниках. Они останутся сиротами.
– Власта, ты знаешь, что мне нельзя практиковать. У меня нет диплома.
– Прошу тебя, об этом никто не узнает. Сделай хоть что-нибудь.
– Хорошо, – твёрдо сказала я. – Что тебе сказал лекарь?
– Двустороннее воспаление лёгких. Снадобья, которые мы купили, бесполезны.
– Входи, – сказала я, открыв дверь, на которой не держала замка. Этот живой лес мог задавить страхом того, кто ему не понравится. То, что Власта попала сюда, было чудом. Молодой женщине ни до чего не было дела. Она закрыла лицо руками, чтобы сдержать слёзы.
– Сколько времени он болеет? – свой вопрос я задала, наспех забрасывая в холщовый мешок травы.
– Две недели.
– Много, – вздохнула я. – Возьму еще и это.
Положила в сумку сушёные грибы.
– Он ничего не ест уже три дня.
– Идём, – я обсыпала её травяной пылью. Так лес не тронет. И мы двинулись в путь.
Власта шла медленно, запинаясь о коряги и увязая во мху. Мне пришлось взять её под руку. Так наше движение ускорилось. До её дома мы добрались только к ночи.
Я вошла в их дом, где было холодно. Дети испуганно смотрели на меня, прижимаясь друг к другу. Ослабевший Боран лежал на скамье. Я осмотрела его и поняла, что лекарь оказался прав. У молодого человека действительно было воспаление лёгких. Сжав зубы, налила в кувшин родниковой воды и стала готовить снадобье из местных трав, не отрывая взгляда от Борана. Тщательно растерев всё в ступке, залила порошок водой. И оставила настаиваться. Теперь дело за мазью. Масло льна, прополис, мёд, мята и ещё три десятка сильно пахнущих трав, названия которых я не знала, но на практике успела проверить неоднократно.
Я приподняла Борана и дала ему глотнуть настоя. Он подействовал через мгновение. Жар сначала усилился, потом спал.
– Возьми чистое полотенце и протри его холодной водой, – попросила я Власту, а сама вышла во двор.
В нашем краю уже была зима. Проталины оставались только кое-где. Следующий снег окончательно укроет землю. Быстрым шагом я прошла в амбар, держа перед собой фонарь с трепещущим масляным фонарём. Так и есть, запасов у Власты не осталось. Ей пришлось всё продать. Боран был практически на том свете. Я дала ему самое сильное и свежее снадобье, но удастся ли ему выкарабкаться? Всё зависит от того, насколько он хочет жить.
Власта успела помыть мужа, когда я вошла в дом.
– А теперь намажь его вот этим, – передала ей мазь, приятный аромат которой сразу же заполнил всё помещение.
Я пробыла у них ещё два часа. Борану стало лучше.
– Сюда иногда приходит Михаль. Прознал, что муж тяжело болеет. Уходи, я не хочу, чтобы у тебя были проблемы, – сказала мне Власта.
– А у меня из-за Михаля всегда проблемы, – устало протянула я. – Он по-прежнему не оставляет тебя в покое?
– Трогать не трогает, но…
– Понятно, разберёмся, – произнесла я. – На ночь мне оставаться незачем. Приду завтра утром. Крепись…
К себе я перенеслась из их сарая. На душе было тяжело. В памяти всплыли события десятилетней давности.
Я жила в приюте, точнее сказать, не жила, а ждала смерти от чахотки. Моё выздоровление окружающие не допускали даже в мыслях. Совсем юная тогда Власта присматривала за нами ещё с двумя девушками и находила в себе силы не шарахаться от меня, как от смертницы, а приветливо улыбаться. Михай – сын главы поселения, чувствующий себя хозяином в этих местах, часто появлялся здесь и не упускал случая говорить Власте скабрезности. Девушка вспыхивала от стыда и всячески избегала его. Спустя какое-то время я увидела её в кладовке, отбивающейся от этого негодяя. Никаких сил, чтобы помочь ей у меня не было. Кашляя, я добежала до кухни и зачерпнула ковшом кипятка из котла. Получивший ожог спины, Михай обещал добраться до меня. Власта успела убежать. Мне – смертельно больному тогда ребёнку, тоже деваться было некуда, поэтому я покинула приют, отправившись в этот лес, из которого, по слухам, никто не возвращался.
Я долго блуждала по заколдованной чаще, но она, почему-то, не пугала меня. Через три дня, неподалёку от своих владений, меня нашла Радмила – лесная колдунья, которую боялись в этих местах. Благодаря дару видеть жизнь людей, она узнала мою историю, вылечила и оставила мне свой надел. В приют я больше не вернулась. Осталась здесь и занялась своим здоровьем. Мне нужно было стать выносливой быстрой и сильной.
Тогда я боялась Михая. После очередной стычки с ним в деревне, мне пришлось бежать. Помню, как охватило отчаяние. Я понимала, что слаба, и он сможет сделать со мной всё, что заблагорассудится. У меня было два выхода: вечно прятаться или научиться постоять за себя.
Я выбрала второе. Каким-то чудом в это поселение занесло бывшего вояку, умевшего хорошо драться. Тринадцатилетней девочкой я пришла к нему и попросила научить защищаться. Он был пьян и просто выкинул меня за дверь, а несколько дней спустя его побили в придорожном трактире, после чего он запил ещё сильнее. Больше обратиться мне было не к кому. Решение научиться драться самостоятельно давалось мне три дня. Всё это время я плакала, жалела себя и проклинала несчастную судьбу. Перелом в сознании произошёл утром. Я встала и сказала себе, что буду учиться всему самостоятельно, а ещё вспомнила Радмилу, помимо магии обладавшей недюжинной физической силой, которой не было ни у одного мужчины в нашем посёлке.
«А ведь она женщина», – подумала я тогда. И у неё всё получилось, значит, получится и у меня. С тех пор все мои помыслы были направлены на укрепление здоровья и обретение выносливости. Живой лес и его обитатели во всём помогали мне. Я купалась в пруду в любую погоду, не давая себе никаких поблажек. Научилась быстро бегать. Так быстро, как никто из людей. Даже дикие козы, с которыми успела подружиться, не всегда могли обогнать меня. Я сама носила тяжёлые мешки с выращенным зерном. Сначала насыпала в них понемногу, чтобы не надорваться, а потом, постепенно чувствуя возрастающую силу, брала на спину всё больший вес. Мои мышцы стали железными не за один день. Прежде мне пришлось сделать тысячи снадобий, пробуя травы и всё, что произрастало здесь на вкус. В скором времени я могла с закрытыми глазами определять, что передо мной за растение и чем оно может помочь мне и другим. Но этого было мало. Михай, который не ходил в одиночку – рядом с ним всегда были угодники, готовые помогать ему во всём – снился мне в кошмарах.