— Хорошо. Спасибо. Тогда я вызываю Пэнс?

— Давай. Мне исчезнуть?

— Не надо. Во-первых, все свои, а во-вторых, подстрахуешь опять же. Мордред его знает, какие сюрпризы мог подсунуть этот «консультант». Мне от него не по себе.

— Стремноватый тип, — согласился Гарри.

— О Мерлин, какое отточенное изящество формулировок, — закатил глаза Малфой, и стало ясно, что его отпустило.

— Ну и что это должно значить? — раздраженно спросила выдернутая с работы и недовольная этим фактом Паркинсон.

На предварительные объяснения Драко не расщедрился, сказал только, что проводит эксперименты на людях, и Поттер в качестве подопытного уже весь кончился, да выдал инструкцию, что нужно делать с кошельком. И вот теперь Пэнс держала в руках золотую пластинку с надписью «Род Паркинсон 50 000» и ехидничала.

— Ты изобрел мешок, отгадывающий фамилии по капле крови? Или это мой тайный счет в Гринготс?

— Второе, — сказал Драко, и Пэнси осеклась. — В галлеонах. У тебя отец проиграл на ставках крупную сумму в девяносто пятом, ты в курсе?

— Смутно. И?

— Инвестиции в будущее. Так хорошо спрятанные, что даже мой отец не мог их обратно найти, пока не явился Спа-аситель! — последнее слово Драко выкрикнул голосом шоумена, представляющего звезду вечера, и обоими руками указал на Гарри.

— Поттер, ты серьезно? — Пэнс перевела на Гарри такой грозный взгляд, что ему захотелось попятиться.

— Это вообще не я! — принялся он защищаться. — Это Люциус сообразил, где искать, я просто проверил…

— Не юли! Ты хочешь сказать, что я могу взять и забрать пятьдесят тысяч золотых?

— Ну, да. Для этого надо…

— Виски! — рявкнула Паркинсон. — И желательно быстро!

— Забыл предупредить тебя, Поттер, — манерно сообщил Малфой, пока Басси наливал Пэнс полстакана Старого Огдена. — Страшнее, чем Паркинсон в ужасе, может быть только смущенная и растерянная Паркинсон.

— И за что ты меня тогда так подставил?

— Из мелочной слизеринской злобы. Ты, главное, сейчас аккуратнее, она может тебе сходу присягу принести или какой-нибудь магический обет, тогда вообще не отмашешся.

— Облезете, оба, — отозвалась Пэнс, уже отхлебнув приличный глоток. — И учти, Малфой, я поняла, что ты в этом тоже замешан! Рассказывай по порядку.

Рассказывал Драко, стараясь всячески выпятить роль Гарри и преуменьшить собственную, но в последнем не преуспел. Дослушав историю, а потом и инструкцию по пользованию кошельком, Пэнс пробуравила его инквизиторским взглядом и постановила:

— В общем, совместное творчество, я так и думала. Точно не хотите какое-нибудь магическое обязательство?

— Нет! — дружным хором выдали оба, и Пэнси усмехнулась.

— Ладно, как хотите. Тогда просто буду должна. Первенца не отдам, а все остальное обсуждаемо, не стесняйтесь.

— Не бойся, не постесняюсь, — вроде бы в тон ответил Малфой, но Пэнс только насмешливо фыркнула в его сторону:

— Трепло. Но с тобой и так все понятно, — и уже без улыбки обратилась к Гарри. - Отнесись серьезно, Поттер. Я перед тобой в огромном долгу, а пользы от меня может быть много. Имей меня в виду в случае чего.

Тот только глазами хлопнул. Такая непривычная, серьезная до торжественности Паркинсон и такие слова от нее как-то не поместились в его картину мира.

— Пс, Поттер, правильный ответ: «Свои люди, сочтемся», — театральным шепотом подсказал Малфой.

— Да ну вас, я, может, впервые в жизни от чистого сердца, а вы! — вознегодовала Пэнси и махнула рукой. — Ладно, сейчас помощь не нужна? Тогда я в кабинет, который, целитель Малфой, между прочим, сегодня работает до девяти.

— Вычту с тебя за отлучки по личным делам в рабочее время, — невозмутимо откликнулся Драко. — Записи нет же на сегодня?

— Нет, шеф! Только за зельями еще придут.

— Ну вот и ладушки.

Драко отправился проводить ее до камина, и Гарри видел, что на прощанье Пэнс все же стиснула его в объятиях и, кажется, всхлипнула.

Когда Малфой вернулся в гостиную, то практически напоролся на выставленный палец Гарри.

— Так! С Флинт будешь общаться сам! И если ляпнешь ей про меня — прокляну!

— Что, Поттер, отвык уже быть спасителем? Извини, но врать Мэри я не буду, спросит — скажу как есть.

— Я эмигрирую в Оклахому!

— Трус, а еще гриффиндорец. И это, заметь, я еще сам проявляю чудеса сдержанности, а не рыдаю от счастья у твоих ног.

— Ты прав, Оклахома слишком близко. В Австралию, пожалуй.

— Ладно, не буду мешать тебе паковаться. Я к отцу, потом к Флинт. О, кстати, мать тебе при случае тоже что-нибудь скажет, так что можешь, не мелочась, валить прямо на Луну.

— Так и сделаю! — мрачно пообещал Гарри закрывшейся двери.

Ощущение было странное. После Победы с выражениями благодарности к нему бросались прямо на улицах, и тогда это тоже было не сказать что приятно. Но там хоть было понятно за что: Волдеморт был реальной угрозой для жизни каждого британского волшебника, и Гарри действительно совершил нечто страшное, чтобы его одолеть. Сейчас же речь о паре часов в архивах и одном разговоре с Панталетти. А страшное на этот раз совершил Драко, когда уговорил Правильного Поттера действовать вопреки закону и очевидной справедливости.

Гарри представил, как негодовал бы Рон, узнай он обо всем этом. Потом представил, как решает все же поступить по справедливости: забрать у Драко деньги — он отдаст их добровольно, Гарри в этом даже не сомневался, — и передать Рону с Герм. Или поделить между всеми Уизли, например. Ведь справедливо, чтобы денежный приз получили герои, а не амнистированные преступники? Ну, или не у Драко забрать. У Пэнс? У Гойла, который, по словам Малфоя, сейчас почти не бедствует? Гарри старательно представил себе эту картину и поморщился.

Как не поверни, справедливость получалась с каким-то тухловатым привкусом, и Гарри вытряхнул её из головы. Он уже всё решил, что теперь думать!

Драко вернулся уже заполночь.

— У всех все сработало правильно. Нотту отправил магловской почтой, у его родни есть немагический адрес на такой случай.

— Ночью — почтой?

— А? А, нет, вечером. Это мы с отцом сидели, думали, как теперь это добро легализовывать. Пэнс же не может просто взять и вынуть из кармана тридцать семь тысяч на погашение всех долгов. С ней надо разобраться в первую очередь. Шафика не трогал пока, пусть сперва Хог закончит. А потом ему все равно через меня разбираться с наследством, вот тогда и осчастливлю.

Драко говорил слишком деловито и совершал слишком много лишних движений. Гарри подошел и взял его за плечи.

— Всё хорошо?

— Отлично.

— Драко?

— Мордред, Поттер! Можно я не буду еще раз заводить ту же шарманку? Дай мне просто привыкнуть к мысли, что ты в очередной раз покровительствуешь мне, моей семье и моим друзьям.

— Вот и не заводи, действительно! — Гарри принялся помогать Малфою расстаться с мантией. — И знаешь что? В душ мы идем вместе, потому что один ты себя там еще больше накрутишь! Я должен проконтролировать направление твоих мыслей, и я знаю способ!

========== Часть 5 ==========

Утро было ясным и солнечным, Драко под боком — сонным и потому податливым, так что о поисковом зелье Гарри вспомнил не сразу, как открыл глаза, а только за завтраком. Малфой поворчал для порядка о каких-то теоретических культурных людях, но быстро сдался и позволил раскатать на незанятой тарелками части стола поисковую карту, в очередной раз одолженную в следственном отделе.

Волос в зелье растворился без остатка, превратив бледно-зеленую жижу в насыщенно-фиолетовую, по консистенции напоминавшую настоящую кровь. Вопреки сомнениям Драко, уроненная на карту капля бодро скаталась в шарик, двинулась на северо-запад и разлилась маленьким кружком где-то в холмах Ланкашира. Приблизив изображение, Гарри убедился, что зелье указывает на обширный, но вполне определенный участок пространства размером в пару акров, правда никаких селений и строений на нем обозначено не было. И тут, пока он рассматривал карту на предмет ближайших населенных пунктов, зелье снова собралось в каплю и бестолково закрутилось по карте.