Он смотрел на кучерявые волосы и крепкую фигуру в далёком силуэте парня, осознавая, что видит его в последний раз.

«Я лучше умру, чем больше тебя никогда не увижу».

Похоже, Джон выбрал смерть. Может быть он совершает ошибку, обрекая себя на то, что сойдёт с ума в одиночестве, но сейчас ему это казалось единственным выходом, как спасти себя от своих чувств. Как бы тяжело ему сейчас не было, он знал, что на Аркадии ему будет во сто крат тяжелее. Не видеть Блейка потому, что его нет рядом, будет проще чем не видеть его, когда они вроде бы недалеко друг от друга, но Беллами это не нужно, и он избегает Джона, старается быть чужим. С полным отсутствием парня в его жизни будет проще смириться, чем с частичным, когда Джон будет ждать случайной встречи, и будет ещё более жалок, чем сейчас. Хоть больше уже некуда. Он и сам не мог поверить в то, на что обрекает себя. Что осталось от прежнего Джона Мёрфи? Как Беллами мог выкрасть его личность и превратить его в трясущегося от любви идиота?

Брайан, которому из-за раны в плече не позволяли загружать вещи в катер, подошёл к Мёрфи.

— Тебе если станет скучно, не забывай, что здесь остались земляне, которых ты ещё не успел прикончить.

— Спасибо за ценный совет, — отшутился Джон, хоть и не выглядел сейчас весёлым. Держать маску приходилось до конца. Взгляд от Беллами он отрывал очень редко. Только когда парень пропадал из его поля зрения. Джон выглядел даже слишком спокойным, несмотря на то, какая буря творилась у него внутри и разрушала всё на своём пути.

— Ты серьёзно не собираешься передумать? — спросил недоумевающий Брайан, подсаживаясь к Джону.

— А похоже, что собираюсь?

— Но… Почему?

— Ты если поболтать хотел напоследок, мог бы и прихватить с собой вина из склада.

Хотя Джон не был уверен, что ему стоит пить. Он может потерять самообладание, а это ему сейчас совсем не нужно. Поэтому он уже мечтал, когда они все свалят с острова и Джон сможет напиться так, что на утро прочувствует ад на собственной шкуре. Хотя к нему у Джона должен был выработаться иммунитет. Но, может быть, похмельный ад убьёт его чувства хоть на время.

— Это полное безумие, — сказал Брайан. — Думаю, отговаривать тебя бессмысленно, но ты должен кое-что знать…

Джон даже оторвал взгляд от излюбленного объекта его мучений и заинтересованно посмотрел на Брайана.

— Ты конченный кретин.

Джон хмыкнул в ответ:

— Видимо, так оно и есть.

— Надеюсь, ты не ошибаешься.

— На счёт чего?

— Что тебе будет лучше на этом острове. В одиночку.

— Поверь, без вас здесь вообще будет заебись, — с ухмылкой произнёс Джон и вернул взгляд на Беллами, который нёс коробку из склада. Проходящая навстречу ему Октавия, грубо задела брата плечом и, не обернувшись, прошла дальше с безразличным видом. Беллами обернулся и посмотрел ей вслед, а после перевёл взгляд на Джона.

Недолгий зрительный контакт. В сердце — сотня ударов в секунду. И Джон почти что теряет контроль. Его глаза стали влажными. Взгляд Беллами выражал «ничего». Просто пустота, никаких эмоций. Что он чувствует сейчас? О чём думает? Хотелось бы узнать об этом напоследок. Беллами развернулся и снова двинулся в своём направлении. Что сейчас произошло, Джон и сам не понимал, но стало невыносимо тесно, будто бы его прижало со всех сторон холодными металлическими стенами.

Брайан вернул парня в реальность:

— Мёрфи, ты в порядке?

Джон посмотрел на него непонимающим отречённым взглядом, пытаясь снова включиться в происходящее снаружи. Но вышло только то, что он молча пялился куда-то сквозь парня.

— Брайан, тебя Нейт ищет, — сухо произнесла, внезапно появившаяся, Октавия.

Брайан недоверчиво глянул на девушку, но всё же пошёл к берегу.

— Ты готов прощаться? — обратилась Октавия к Джону.

Парень в ответ лишь отрицательно помотал головой. Он не готов. И никогда не будет готов. Он был против всего этого, но не знал как действовать. Казалось, в какую сторону не двинешься, везде его ждут боль и мучения. Не жизнь, а грёбаное минное поле.

Что он мог сделать? Подойти к Беллами и выпросить его искреннюю дружбу? Это глупо и точно не будет эффективно. Да и что он вообще мог бы сказать ему напоследок? Скорее всего, он видит Беллами в последний раз. Но прощание было настолько скудным, будто бы его и не было. Беллами ходил как не в чём не бывало, на лице ни тени печали. Даже Миллер выглядел более расстроенным, чем Блейк, когда услышал о том, что Джон останется на острове. Брайан соизволил подойти и попытаться выяснить у Мёрфи в чём дело. Октавия ходила мрачнее тучи. А Беллами, видимо, просто плевать. Он бы не позволил остаться здесь ни одному из своих людей. Значит, он лгал. Джон осознал, что даже ненависть Блейка приносила куда меньше боли, чем его безразличие.

— Тогда зачем оставаться?

— Ты и сама всё понимаешь.

— Я не понимаю! — резко высказала девушка.

— Октавия, выброси шприц со снотворным, пожалуйста, — спокойно попросил Джон и посмотрел девушке прямо в глаза. Октавия застыла в изумлении.

— Или же ты поступишь так же паршиво, как Миллер поступил с тобой, — продолжил парень. Он видел, что Октавия несла коробку с медикаментами со склада до катера. И что сразу после этого она пришла к Джону. Так же её настроение сменилось на уверенное спокойствие. В связи с этим, догадаться о том, что задумала эта девчонка, было не сложно. Особенно, если учесть упрямство Блейков.

Октавия размахнулась и со злостью швырнула шприц в сторону.

— Спасибо. Мне правда лучше остаться здесь.

— Ты гребаный трус! — злостно бросила Октавия. — Вместо того, чтобы бороться, ты выбрал бездействие. Остаться на этом острове, может быть, и правда легче. Но ты сгниешь здесь. Превратишь свою жизнь в ничто. Если твоя жизнь не стоит борьбы — она ничего не стоит!

Девушка резко развернулась и двинулась в сторону моря. Джон был благодарен ей. Ей единственной не всё равно. Поэтому она и злится.

— Октавия.

Джон остановил девушку и она глянула на него через плечо.

— Не держи зла на него. Он мне ничем не обязан.

— Вы стоите друг друга, — пренебрежительно ответила девушка и исчезла.

***

Ребята собрали все вещи и остановились возле катера, что-то обсуждая напоследок. Они готовы. Джон уже не мог на это смотреть. Казалось, он окончательно сорвётся в бездну, если увидит, как каждый по одному зайдёт на борт катера, как лодка тронется от причала, отдаляясь от берега всё дальше, и как она скроется за горизонтом. Смотреть им в след было бы слишком невыносимой мукой. И Джон зашёл в свой дом, завалившись на кровать и уставившись в потолок, выжидая, когда они уплывут.

Несколько минут он лежал в мучительном одиночестве, не позволяя себе думать о чём-либо, чтобы не сорваться на крик или слёзы. Но совсем не думать не удавалось. В памяти стоял последний зрительный контакт с Беллами. Его ничего не выражающий взгляд, в то время как эмоции Джона подвели его и вырвались наружу. Как много бы для него это не значило, для Беллами это не имеет смысла. Ему плевать на чувства Джона и на его будущее. Странно то, что Джон не относится к этому как к должному. Людям причиняют боль собственные надежды, и ничего больше.

— Чёртов ублюдок, я уже тебя ненавижу, отъебись! — Джон кричал это по отношению к Беллами или же к себе самому.

Хотелось одного: разорваться уже на части от внутренних истязаний. Хоть что-нибудь, лишь бы заткнуть эту ноющую горечь. Джон закрыл глаза и попытался себя сдерживать ещё несколько минут. Ещё несколько минут и всё будет кончено. Он выйдет на улицу и увидит прекрасный остров, на котором больше не будет никого, кроме него. Весь остров в его распоряжении, но в душе будет так паршиво, словно он остался один на целой планете.

Но внезапно в его тишину вторгся Беллами.

— Пошли. Ты отплываешь с нами, — заявил решительно настроенный голос парня. Джон уставился на него, застыв в удивлении на несколько секунд, а после поднялся на ноги перед Блейком.