Почему-то это признание показалось Новаку необычайно забавным.
— Эстетическое чувство! – ржал он. – Слушай, а ведь я тоже эстет! Расскажешь, где находится этот водопад?
Их пьяная болтовня раздражала, и Мадлон уже собралась попросить, чтобы вели себя потише, но тут рядом пошевелился Гордон. Мадлон вспомнила, что уже несколько минут не слышит его тихого храпа. Проворчав себе под нос: «Расшалились мальчики…», старик приподнялся, откинул полог палатки, нащупал свой ботинок и швырнул на голоса. Что-то загремело, кто-то охнул.
— Заткнитесь! – громким шепотом потребовал Гордон. – И верните ботинок.
Балаган у костра как ножом отрезало. Кто-то принес ботинок и почтительно поставил в палатку. Огненные сполохи на стенках угасали, дождь опять усилился. Мадлон скоро уснула.
========== 19 ==========
Из-за вчерашнего позднего возращения Ник проспал до обеда, потом перекусил, лег с книжкой и опять задремал, а проснулся ближе к вечеру от телефонного звонка.
Кто-то сходу, даже не здороваясь, выпалил:
— Приезжай в городскую больницу! Желательно прямо сейчас.
Ник оторопел. Номер был незнаком, а голоса он узнавал плохо.
— Кто это? Что случилось?
— Фред Клири. Ты что, не слышал про крушение шаттла при посадке? Весь Гарди только об этом и говорит, уже в новостях передали!
— Я спал, - машинально ответил Ник, и тут до него дошло. Шаттл! Там же Ларри! Или это другой шаттл? Тот, вроде, послезавтра должен прибывать?… Он крикнул: - Слушай, там ведь Ларри должен быть, в шаттле! Как он? С ним все нормально?
Фред помолчал секунду или две. Голос его прозвучал как-то очень сдержано, словно он хотел ответить другое или по-другому.
— Да, Ларри сопровождал пассажиров. С ним все в порядке, повреждения несущественные.
— Слава богу! – выдохнул Ник.
— А про людей не спросишь? – поинтересовался Фред.
— Ну… С тобой ведь все хорошо, да?
— Там еще твоя бывшая жена и приемная дочь летели. Забыл?
Ник действительно забыл. Нетерпеливо ожидая прибытия корабля, он думал только про Ларри.
— Ну… С ними ведь тоже все нормально?
Прежним ровным тоном Фред ответил:
— Да как сказать? Микаэла, в общем, в порядке, если не считать синяков, а вот Марте не повезло. Ты бы не тратил время, а приезжал.
Нику стало тревожно. Странно как-то Фред разговаривает…
— Подожди! А что с Мартой? Сильно ранена?
Наступила короткая пауза, словно Фред раздумывал, отвечать или нет, и если отвечать, то что именно. Спустя несколько секунд он произнес:
— Марта погибла. Так когда тебя ждать?
— А зачем… - начал Ник и осекся. Фред угадал, что он хочет спросить, коротко и резко рассмеялся в трубку:
— Зачем ты там? Да, Марте ты уже ни к чему, да и Микаэле тоже. Думать, что ты хотел бы поддержать Микаэлу, пожалуй, глупо. Но тут дело еще и Ларри касается.
— Ларри? Ты же сказал, что с ним все нормально…
— Я сказал, что он почти не пострадал при аварии, но в связи с этой аварией у него могут быть, скажем так, неприятности. И надеюсь, что теперь, когда речь зашла о твоем роботе, ты перестанешь тянуть время и оторвешь свой зад от дивана! – Фред бросил трубку.
Ник без того не сидел на диване, а стоял у окна. Он повернулся и встретился взглядом с Конни. Когда она успела зайти в комнату? И вообще, почему она не на работе?
— Это насчет аварии звонили? – взволнованно спросила жена. Ник кивнул. Его охватил какой-то ступор – он вроде и понимал, что надо ехать в больницу, разговаривать с Микаэлой, что-то делать, но ничего этого не хотел. Сесть бы в уголок и сидеть, пока все само не закончится. Чем, ну чем он может помочь Микаэле? Это так трудно и муторно – кого-то успокаивать, утешать… Никогда он этого не умел. Вот Ларри – тот справился бы…
— Да, это Фред, - через силу ответил он, - может, я говорил про него, не помню. Мы работали вместе на Земле, потом он женился на моей бывшей жене и летел сюда с ней и Мартой. Ну, про них я тебе тоже говорил…
— Они живы? – перебила Конни.
— Марта погибла, а Микаэла в больнице, но с ней, вроде, все в порядке…
Конни бросилась к нему и сжала обе его руки.
— Ох, какой ужас, мне так жаль! Ну что ты застыл, идем! Надо ехать к Микаэле, ей сейчас еще хуже, чем тебе!
«Да мне не так уж плохо», - честно подумал Ник, выходя за женой во двор. Конни сама села за пульт глайдера. Все несколько минут полета Ник смотрел на городские крыши и ни о чем определенном не думал. Жалел он о Марте? В общем, да. Такая юная, всегда оживленная, общительная, с ней было весело и легко. Но он никогда не ощущал себя ее отцом, он даже не чувствовал себя намного старше, никогда не ощущал ответственности за нее. И привязаться по-настоящему тоже не смог. Ужасно, что она так рано умерла, но что теперь можно сделать? Ничего.
А что за неприятности, как выразился Фред, могут возникнуть у Ларри из-за крушения шаттла? Ведь не Ларри же был пилотом, это точно! За пультом сидел другой синтетик. Или шаттл вообще управлялся дистанционно? Ник пожалел, что раньше этим не интересовался. Но в любом случае Ларри не может иметь никакого отношения к аварии. Так почему же Фред так странно говорил о нем, будто злился или считал виноватым?
Конни молчала и бросала на мужа сочувственные взгляды, но за этим сочувствием Ник опять различал странное пристальное внимание, которое так нервировало его в последнее время. Он отвернулся и прижался лбом к боковому стеклу.
Конни посадила глайдер поодаль от забитой машинами парковки перед госпиталем и выпрыгнула из кабины. Ник тоже нехотя вылез. Конни, раздраженная его медлительностью, схватила его под руку и решительно потащила за собой по ступеням широкого крыльца за прозрачные створки дверей в вестибюль. Повеяло хорошо различимым больничным духом, одинаковым для всех таких учреждений, где бы они ни находились – на Земле, на другой планете, на космическом корабле… Уйти бы от сюда поскорее! И где Фред? Мог бы и встретить их.
В холле стоял гул голосов, и воздух казался пропитанным горестным напряжением, которое вот-вот прорвется рыданиями и криком.
— Раненых очень много, - шепнула Конни. – Всех, конечно, сюда привезли…
— Я позвоню Фреду, ничего ведь непонятно – куда идти, кого спрашивать… - Ник хотел включить компьютер и обнаружил, что пальцы дрожат. Ну и нервная обстановка в этих больницах, особенно когда там собираются родственники пострадавших от каких-нибудь катастроф! Дядя рассказывал, что вот так же было в каком-то госпитале на Земле, куда он пришел искать жену и дочь после путча.
Кто-то тронул Ника за локоть. Фред, наконец-то!
— Пойдем. Здравствуй, Конни, - он быстро пожал ей руку. «Откуда он ее знает? – подумал Ник. – А, ну да, я же сам рассказывал про нее Френсису».
Микаэла сидела в коридоре бледная, с сажей на щеке. Что-то еще изменилось в ее облике, некоторое время Ник не мог понять, что именно, а потом увидел, что у нее обгорели тщательно оформленные брови. Но и это было не главным, главным было то, как она постарела.
— Ты как? – боязливо поинтересовался Ник. Она молчала и неотрывно смотрела на него. В коридоре было шумно и многолюдно. Провели, поддерживая под руки, какого-то человека. Ник беспомощно посмотрел на Конни и Фреда – ну чего они воды в рот набрали! – и тут Микаэла прошептала:
— А про Марту не спросишь?.. – и Ник еще не успел ничего ответить, как у нее запрыгали губы, и она выговорила сквозь слезы: - М-марта погибла…
Ник взял ее за руку, пытаясь подыскать какие-то подходящие слова. Микаэла вырвала у него ладонь.
— Твой робот виноват! Он мог спасти ее – я видела, я знаю!
— Если бы мог, то он бы спас, - возразил Ник. Уж лучше спорить, чем смотреть, как она рыдает. – Ты, наверное, неправильно оценила обстановку.
— Нет! Он просто бросил ее, оставил там! – Микаэлу затрясло, и Ник в панике принялся озираться – хоть бы кто помог! Конни решительно села рядом, обняла Микаэлу, но та сбросила ее руки, уже во весь голос крича: – Я пошла бы за ней, но меня не пускали! Господи! Там же все горело!..
