- Что?

- Лиам Пейн только что спросил меня, хочу ли я тройничок с ним и Зейном Маликом!! - повторяет Луи, говоря на октаву выше.

Найл непонимающе смотрит, мороженое падает с ложки, и он сотрясается в смехе.

- Это не смешно! - визжит Луи. - Что, если это единственная причина, по который они ко мне мило относились? Пригласить меня в их извращенные сексуальные игры? Я для них просто тело?

- Приятеееель, - воет Найл, хохоча вдвойне сильнее. - Это прекрасно! Самая лучшая вещь, которую я когда-либо слышал!

Луи скрещивает руки, недовольно смотря.

- Ты закончил?

- Нет! - выкрикивает Найл, стуча кулаком по столу.

- Замечательно, - выдыхает Луи и закатывает глаза. - Я рассказываю тебе серьезные вещи, Найл. Что это за люди такие? Мне они только начали нравиться!

- Уверен, их причина не сходится с твоей! - выдает он, пытаясь свести смех на нет, вытирает слезы с уголков глаз. - Ты согласился?

- КОНЕЧНО, НЕТ!

- Он хорошо это воспринял?

- Да. Наверное… да. Все с ним в порядке. Это было просто какое-то невзначай брошенное предложение. Даже не думаю, что он планировал нечто подобное сказать и вообще, - не заканчивает Луи, садясь в одно из бархатных кресел, чувствуя головокружение.

- Как это было?

- Ну, он говорил о его с Зейном отношениях, потом спросил, одинок ли я, потом спросил, почему, а потом вот это!

- Это было приглашение из жалости? Потому что ты одинок? - спрашивает Найл, закрывая мороженое и убирая его обратно в холодильник.

О боже.

Луи сжимается в ужасе.

- О БОЖЕ. Думаешь так и было, да? Он думает, что я жалок? Настолько одинок, что он предложил себя и своего парня мне? - Луи обдумывает сказанные слова, внезапно прижимая руку к груди, - Боже мой, это прекрасно! - Он смотрит на Найла сияющими глазами.

Найл стоит прямо перед ним и смотрит, брови затерялись где-то на лбу, под волосами.

- Прекрасно? Ты серьезно? Томмо, это ты? Ты пьян? - он широко открывает глаза, подходит к Луи и подозрительно осматривает его лицо.

- Серьезно, Найлер! Если он и правда имел это в виду, это безумно мило!

- Не особо. Обычно это называют как-нибудь по-другому, блять, жутко, например.

- Жутко, да, но гораздо меньше, чем когда я думал, что он предложил лишь из-за моего идеального тела. Он же просто был вежливым, - чувственно восклицает Луи, с энтузиазмом хлопая Найла по руке. - Ооооу, вы, ребята, и ваши напыщенные манеры. Кучка психов, но мне кажется, что вы нравитесь мне все больше и больше.

Найл взмахивает головой и смеется, вытягивая Луи из кресла, ставя его в стоячее положение. - Забавно, что тебе пришлось понять это таким способом, через сексуальное предложение, а не через нашу дружбу. Но я даренному коню в зубы не смотрю, так что, давай поиграем в приставку.

- А потом поужинаем? Я выбираю? - спрашивает Луи, поднимая бровь.

- Ты выбираешь, - соглашается Найл, прыгает на спинку дивана и скатывается вниз, Луи повторяет за ним, довольно ухмыляясь.

Комментарий к Глава 8.

Примечание автора:

Окееееей. Итак. Я вас предупреждаю, что собираюсь творить с персонажем Гарри ужасные вещи, потом он станет лучше. Чувствую себя немного виноватой, потому что настоящий Гарри - солнышко и цветочек, но я знатно повеселилась, вписывая такого Гарри в эту историю. Вы предупреждены, в следующей главе он будет просто УЖАСНЫМ.

Его песня - “Hook & Line” by the Kills. Несомненно. Чтобы прочувствовать атмосферу и понять персонаж Гарри, послушайте эту песню. И, просто так скажу, “This Boy” by Franz Ferdinand - песня Найла. Очень хорошо его описывает. :)

Спасибо за чтение, вы потрясающие!<3

[Переводчику добавить нечего, она полностью согласна. ]

========== Глава 9. ==========

Комментарий к Глава 9.

эта глава переводилась несколькими поздними ночами жутко уставшим человеком, поэтому, если заметите какие-то ошибки, укажите на них, пожалуйста.

Утро начинается с Шопена. Луи просыпается от красивой игры на пианино, вскоре понимая, что играет Найл. Этот день он проводит как самый лучший студент в мире: посещает все лекции с выполненной домашней работой, внимательно слушает и записывает каждое слово профессоров, даже не рисует никаких каракулей в тетрадях.

Только он собирается поощрить себя, позвав Найла на булочки и шотландский скотч, звонит телефон. Тишину перебивает “Имперский марш”.

Мама.

Черт.

У него есть выбор: положить телефон обратно в карман и больше никогда не говорить ни слова этому номеру… или ответить. Он выбирает второе, нервничая от одной только мысли.

- Мама, - фальшиво здоровается он бодрым голосом, поворачивая ключ в замочной скважине.

- Мишка Бу, - тихо отвечает она. Слишком тихо. Черт.

- Что случилось? - немедля спрашивает Луи, стараясь звучать спокойно, и открывает дверь плечом.

Найл сидит за пианино, куря сигарету; на заднем фоне звучит телевизор.

Луи кивает ему, здороваясь, возвращая внимание обратно к телефону.

- О… ничего. Я просто… - На другом конце провода повисает пауза, затем слышен резкий вздох и всхлип. - Я скучаю по тебе, милый.

Блять.

Ему известно, что за этим стоит.

- Мам. Мам, ты присматриваешь за девочками? Ты где?

- Снаружи. Сейчас мне нужно побыть одной.

- Где девочки? Когда ты пойдешь проверить, как они?

- Они в порядке, Луи. Я скучаю-

- Мама. Мэгги только ЧЕТЫРЕ. Возвращайся домой прямо сейчас. Тебе нужно за ними следить.

- Я не хочу, - всхлипывает она и начинает рыдать, Луи подносит палец к виску и массирует его - нервы скоро не выдержат.

- Дело не в том, чего хочешь ты. Ты - их мать. Ты можешь это сделать. Быть точно такой же, какой ты была до того, как ушел Чарльз… ты можешь быть хорошей мамой без него. Давай.

На линии тишина, заполненная лишь приглушенным шумом и глубокими вздохами.

- Ты прав, милый. Ты всегда был мудр не по годам.

Луи кивает, стиснув зубы.

- Мне приходится. Теперь, пожалуйста, возвращайся назад. Пожалуйста.

- Хорошо. Я прямо сейчас пойду к ним, Луи. Я буду хорошей мамой. И ты будешь мной гордиться.

- Сделай это для себя, а не для меня, так, чтобы ты сама могла собой гордиться, - отвечает он, стараясь держать эмоции под контролем, его голос опасно близок к повышенному.

Найл смотрит на него, нахмурив брови, Луи пытается игнорировать его пристальный взгляд, идет к ряду низко посаженных окон, смотрит на траву, залитую солнцем, студентов, слоняющихся вокруг, и смутно отмечает, что он стоит на том самом месте, куда недавно вырвало Зейна.

- Хорошо, - тишина, - скучаешь по мне, Луи?

Луи закрывает глаза.

- Да, мам. Теперь, иди домой, пожалуйста. Пожалуйста. Люблю тебя, - добавил он, сделав паузу.

- Люблю тебя. Будь на связи.

И затем интервальный писк брошенного вызова.

- Черт побери, - бормочет он, кладет свой телефон на стол и падает в ближайшее кресло.

- Это была твоя мама? - спрашивает Найл с удивлением, смотрит на Луи через всю комнату, положив руки на колени.

- Ага.

- Что с ней не так?

- Все.

Найл все еще смотрит, не отрываясь.

Луи закатывает глаза, понимая, что придется объяснить.

- Она не в порядке с тех пор, как несколько лет назад ушел Чарльз. Иногда она просто улетает в свои облака и забывает о нас, своих детях. Все, что она делает - это плачет и надеется на людей, которых нет в ее жизни. Поэтому теперь мне постоянно приходится напоминать ей о том, кто она и что должна делать, потому что дома лишь я следил за всеми. - Луи слышит собственную горечь, облеченную в слова, и надеется, что Найл не будет углубляться и задавать еще больше вопросов.

К счастью, он не задает.

- Блять. Да, скверно, приятель.

Луи пожимает плечами.

- Что есть, то есть. Ладно, какие у тебя планы на сегодня? Потому что мы должны прийти на чайную вечеринку.

Найл улыбается, мгновенно освещая все комнаты своим светом.