То, что операция была тяжёлой, то, что ей вообще повезло, что в живых осталась. То, что ей теперь покой прописан, и неизвестно, когда полностью встанет на ноги. Кажется ещё то, что оказался бы нож сантиметрами левее, то положение бы было плачевней. О да, найти бы грабителей, да отблагодарить...
Но ни слова он не услышал о том, что интересовало больше всего.
Чуть сощурив глаза и наконец сглотнув, тем самым возвращая трезвость голоса, Артём посмотрел на доктора абсолютно отрешёнными глазами, будто боясь произносить то, что собирался.
— Она беременна. — Не успев с этой мыслью свыкнуться, он произнёс это так, сумев вызвать на до сих пор серьёзном докторском лице, кажется, долю сочувствия. Но услышанное в ответ лишь пробудило то, что было глубоко зарыто под слой каменного спокойствия, пробуждая позабытые эмоции. Он снова нервно сглатывает. Пальцы сжимаются в кулаки. Слышен хруст костяшек.
— Уже нет.
Комментарий к Глава должна была быть послезавтра, но Энн забрала у меня бокал из рук и заставила писать. Пф... как будто я не могу писать одной рукой, а другой заливать в себя вдохновение.
P.S. 28-го вывернусь наизнанку, но постараюсь написать :З
====== Часть 52 ======
Понял ли только Глеб, что надвигается буря, или же врач был также осведомлён от одного лишь взгляда Депо — оставалось для всех загадкой. Понятно было только одно — вздувшиеся на шее вены и закипающее пламя в глазах Артёма — немного не к добру. К слову, Сименс даже среагировать толком не успел, как шатен наглухо вцепился в докторский халат, хватая врача за грудки и со всей дури оттаскивая к стене, заставляя не слабо удариться спиной.
— Эй-эй! Остынь! — не оставаясь в стороне, Миронов всё же попытался оттащить Артёма, пока тот молча сверлил взглядом доктора.
Просто молчал, сцепив кулаки и не выпуская белую ткань халата из хватки. Возможно, потому что понимал, что глупо махать кулаками после драки. Угрозами и рукоприкладством ничего не вернёшь, надо хотя бы должное отдать за то, что Наташа всё ещё дышит.
Сименс позади, вцепился в руки, пытается оттащить, но Депо непреклонен до тех пор, пока сам не понимает, что излишняя агрессия сейчас ни к чему, что стоит просто выдохнуть, выйти на улицу, выкурить сигарету, возможно, даже, две, и попытаться пропустить сквозь трезвость рассудка то, что теперь нужно принимать, как должное.
Он всё ещё молчит. Почти не реагирует на голоса извне, оставляя просьбы Сименса далеко за гранью допустимого, пристально смотрит на попавшего под раздачу врача, пока всё-таки не разжимает постепенно кулаки, ослабляя хватку и наконец полностью выпуская белую ткань из своих рук.
— Тебе повезло, — рычит в сторону мужчины, — что мы тут не одни.
Резко выпускает, резво топая к выходу. Стукает кулаком по двери со всей дури, заставляя ту с грохотом открыться, еле держась на петлях. Шагов за собой он не слышит. Видимо, сейчас Сименс будет выступать в роли того, кто заметает всё дерьмо за вспыльчивым другом.
На то она и дружба. Надо же иногда меняться ролями...
— Сиди тут, мне нужно по делам сходить, бла-бла-бла... — сидя на кровати, Лера кривляла Морта со схожей мимикой, недовольствуясь поведением хамоватого парня, с коим пришлось всё последнее время коротать часы в одной комнате.
Медленным темпом, но он вытеснял из её головы эмоциональный распад, образованный смертью Макса. Того, с кем она и сблизиться толком то не успела. Зато вот последние несколько недель прошли весьма, чёрт возьми, продуктивно, если учесть то, что сближение в буквальном смысле произошло с самым ненавистным парнем, которого ей только можно было представить.
— Да если бы ты даже последним мужиком на планете остался — я бы с огурцом переспала! — она фыркает в сторону двери, вспоминая его поведение вкупе с его харизмой, которую ни за что бы не признала, встреть она его при других обстоятельствах.
Наверное, он был для неё тем, с кем оставшись наедине в запертой комнате разразилась бы самая настоящая война при столкновении характеров.
Благо, мальчишке просто повезло, что ей перекрыли кислород, запрещая показывать клыки. Ну, по крайней мере, она так думала...
— Да пошёл ты к чёрту...
Будто отряхиваясь от мыслей, она тотчас соскользнула с кровати, резвой походкой отправляясь на первый этаж.
Отсутствие в доме кого-либо могло только лишь радовать, и Лера бодрым шагом направилась прямиком в ванную, а потом и на кухню, хозяйничая в холодильнике. Но лишь до тех пор, пока в дверном замке не послышалось копошение, заставившее девушку подавиться куском мяса.
— Да какого же... — ввалившийся в дом Морт сразу развернул мордашку в сторону Леры, уплетающей за обе щёки их вчерашний оставшийся ужин. — Где я, блять, выразился не по-русски?
Скидывая с себя толстовку посреди прихожей и швыряя ту на диван, Слава поджимает губы, надвигаясь на девушку и заставляя ту от неожиданности даже попятиться, впечатываясь в дверцу холодильника.
— Может, объяснить по-другому? — подходит чуть ли не вплотную, заставляет вжаться. — Может, по-плохому дойдёт?
— Да хватит уже! — девчонка перебивает, ударяя ладошками по его торсу и стараясь оттолкнуть, но бесполезно, словно в стену. — Я не пытаюсь сбежать, не пытаюсь тебе ночью горло перерезать и не делаю ничего такого уже который день, так какого хуя я лишена даже права выйти к холодильнику!? Какого хера ты меня так ломаешь?!? — срывается на крик, толкая его очередной раз, уже заставляя сдвинуться с мёртвой точки на шаг. — Тебе, блять, мало моего унижения, тебе ещё и помыкать мною надо! — монолог на одного, но Лера готова поклясться, что сейчас расплачется. — Я никогда, слышишь ты, никогда! Не позволяла никому так с собой обращаться, а теперь послушно сижу и терплю от тебя эту херню! Да какого чёрта вообще!? — эмоциональная жестикуляция, она старается вызволить из себя всю обиду, которая копилась не одну неделю. — Что ты делаешь со мной??? — выдавливая из себя последнее на истошном крике, девушка и сообразить не успевает, как Морт хватает её под локоть, начиная тащить за собой к выходу. — Что ты делаешь? — опешив от непредвиденных действий, она сводит брови к переносице, округляет глаза, строит недовольное выражение. — Эй!
Но каких-то несколько секунд, и Слава открывает входную дверь, толкая ту в одной лишь майке и коротких шортах за дверь, заставляя оказаться по ту сторону.
— Свободы хочешь? — шатен кивает в её сторону, похуистично скалясь. — Так вали! — короткий рык, он захлопывает дверь прямо перед её носом, заставляя и без того оторопевшую девчонку словно протрезветь после долгого отсутствия здравости, встряхнуть головой.
— Что, блять? — стоя перед дверью ещё какое-то время, она не двигается с места, просто таращится своими огромными глазищами на массивное дерево, из которого и сделана эта самая дверь. Ресницами хлопает, стараясь судорожно соображать, какого чёрта вообще произошло. — Ну и катись ты! — осознание до конца не пришло, но голос разума заставил извергнуть очередное нелестное высказывание в его сторону. — Придурок херов!
В одних лишь тапках и нижнем белье, она остервенело разворачивается, начиная топать прочь от дома. Даже в дверь, захлопнутую перед носом, не стучит. Не ждёт, пока Морт откроет и скажет, что это была проверка на вшивость. Хотя, это было больше похоже на процесс воспитания, в ходе которого он надеялся, что Лера будет скрести по двери, словно провинившийся котёнок, которого хозяева выставили за оплошность.
— А вот хуй тебе! — как в подтверждение своим мыслям она бросает эту фразу в пустоту, но адресуя её тому, кто заставил взбалмошную, избалованную особу сейчас шагать по зимним улицам в одной майке да шортах, ещё и в нелепых тапках.
Но ещё больше бесило то, что все мысли были заняты только им.
О чём он сейчас думает? Чем он вообще, блять думает, выставляя девушку в таком виде за дверь??? Чем руководствуется и чего хочет добиться, прогибая её под себя? Забавы ради?
