— С днем рождения, Драко, — Гарри не видел лица именинника, но готов был поклясться, что у Драко горели уши от смущения.

— Вообще-то, — когда краска чуть схлынула с лица, Драко отстранился. — Уже нет, — Гарри кинул взгляд на зачарованный календарик, стоявший на рабочем столе у окна.

— И правда, — Поттер слегка расстроенно хмыкнул. На бело-синем картоне значилось 6-е июня 2001 года. — Значит, если ты больше не именинник, то мои желания тоже учитываются? — Драко кивнул, не понимая, что задумал Поттер. — Тогда, как насчет испытания для этой крошки? — его ладонь многозначительно похлопала по белому постельному белью.

Не дождавшись ответа, Гарри прильнул к губам Драко, целуя жадно и напористо. Не удивительно, что тот бросился отвечать с двойным жаром, ведь он так тосковал последние месяцы. Хотя, он бы тосковал и спустя годы. Его бы спросили: «После стольких лет»? А он бы отвечал: «Всегда».

Самым невероятным образом парни оказались на середине мягкой кровати, почти не просевшей под их весом. Поцелуи не прекращались ни на секунду, они лишь перемещались по чужому лицу и частям тела. Поттер изголодался. Он был будто кот, который после голодовки дорвался до крынки со сметаной. Только вот Драко был слаще сметаны, скорее как сливки. Да, он весь был сливочным: от кончиков светлых шелковых волос и до особенно бледной кожи в паху.

Гарри не позволял Драко что-либо делать, он был слишком занят изучением каждого изгиба тела, которые уже успел позабыть. Ему на ум пришло, что он вовсе не забывал, это Малфой похудел. Одновременно хотелось упрекнуть и поблагодарить. Он так скучал, что совсем перестал следить за состоянием своего тела. Это было… мило?

Горячий язык скользил по белоснежной шее, руки Гарри шарили под его собственной мантией, прикрывающей худощавое тело любовника, поцелуи сыпались градом. Казалось, что Поттер поставил себе цель: зацеловать каждый миллиметр Драко. Его Драко.

Такие жаркие предварительные ласки сделали свое дело. Драко ощущал, что начинает возбуждаться и был рад, что Поттер этого не видит под плотной черной тканью. Но зря он выдохнул в своих мыслях, потому что в следующую секунду Гарри раздвинул полы одежды и его взгляду предстал увитый венами с розовой головкой член в полной боевой готовности. Гарри ухмыльнулся каким-то своим мыслям и, недолго думая, стал обхаживать орган: то лизнет, то поцелует, то огладит рукой, а то и вовсе чуть прикусит, не больно, скорее просто прикоснется зубами, давая их почувствовать.

Все эти действия посылали по телу Драко стаи искорок, гуляющих под кожей. Он хватался руками за одеяло, на котором парни и расположились, даже не удосужившись стянуть его с кровати. Гарри был полностью доволен такой реакцией и, поскольку Драко был слишком поглощен ощущениями, успел наколдовать смазку, а на данный момент весьма нетерпеливо кружил около прохода липкими и холодными от лубриканта пальцами. Поттер ни на секунду не отрывался от чужого члена, будто если бы он это сделал, то произошла бы катастрофа. Потому увлеченный действием, разворачивающимся в области его, Драко, паха, он пропустил и проникновение пальца в себя. Палец шел без препятствий до конца, двигался вполне свободно, хотя и с характерной теснотой. То же произошло и со вторым, что напоминало одну ситуацию несколько месяцев назад. Гарри хотелось бы верить, что Драко ему не изменял, но кровавый монстр, живущий в грудной клетке, по имени ревность не давал покоя. Поттер грубо вторгся третьим пальцем, который пошел намного туже остальных. Теперь не почувствовать это не представлялось возможным. Драко раскинул ноги как можно шире и посмотрел на недовольное лицо Поттера из полуприкрытых век.

— Гарри?.. — получилось очень хрипло, воздуха не хватало для нормального дыхания и связной речи.

— Я жду объяснений, — Гарри с силой двинул пальцами внутрь, чем заставил принимающего взвыть. Он дал Малфою возможность отдышаться. Чуть помедлив, продолжая бороться с возбуждением Драко попытался объяснить, но предложения были слегка несвязными:

— Ну, я… мне было одиноко и я… — Гарри нахмурился еще сильнее, теперь его лицо больше было похоже на угрожающее. — Я вспоминал, — Поттер все еще ждал подробного ответа, но Малфой говорил урывками, расплывчато. — Вспоминал ночи с тобой, — Драко стыдливо отвел взгляд и его щеки загорелись, если это вообще было возможно — смущаться, когда в тебе находятся чужие пальцы, а ты бесстыдно расставил ноги, демонстрируя свою эрекцию. Гарри буквально секунду продолжал хмуриться, а потом его лицо просветлело, пришло осознание, он уткнулся носом Драко в живот, скрывая свою довольную улыбку.

— Кто же тебя так развратил, Драко? — оторвавшись от пупка, Гарри стал рассматривать чужое лицо в профиль, Драко избегал смотреть ему в глаза.

— Ты, — одно слово, один взгляд, брошенный вскользь, и у Гарри сорвало планку.

— Драко, Драко, Драко, — повторял он как заговоренный. — Я так тебя люблю, — все это сопровождалось беспорядочными поцелуями везде, куда только Поттер дотягивался: бедро, живот, ребра, лобок. А после Гарри двинул пальцами на пробу, которые уже совсем заскучали без дела. Это действие возымело желаемый эффект. Драко вздрогнул и шумно выдохнул, пытаясь подавить звуки, издаваемые им в приступе удовольствия.

Гарри двинул рукой еще раз, а потом еще и еще. Эти движения продолжались до тех пор, пока его пальцы не задали определенный темп и теперь бесстыдно растягивали и таранили ни в чем неповинное розоватое отверстие. У Драко не было сил сдерживаться, с его губ сорвался первый полузадушенный стон со рваным дыханием. О, этот стон заставил Гарри двигать рукой активнее. Он хотел слышать этот звук снова и снова, за что и был вознагражден более громкими и уверенными. Тот больше не беспокоился о том, как он выглядит: глупо или нет.

Поттер тоже не железный, ему не хватало терпения. Парень отстранился и принялся раздеваться. Рубашка, брюки и боксеры были отправлены в недолгий полет до пола. А вот раздевать Драко он не спешил. Да и зачем? Тот и так был нагим, не считая черной мантии с раскрытыми полами, застегивающейся только в районе солнечного сплетения. Драко казался ему невероятно сексуальным в его, Гарри, одежде. Черный цвет так хорошо оттенял белоснежность парня, а бесстыдно раскинутые ноги и распахнутая одежда придавали еще большего шарма, будто Драко был картинкой из волшебного порно-журнала.

Гарри размял, уставшие от длительной и интенсивной работы, пальцы и ими же распределил по собственному, ноющему от возбуждения, члену новую порцию смазки. Он нетерпеливо ткнулся в соблазнительную дырочку, но проникать пока не собирался. Поттер дразняще потирался у входа, скользил между ягодиц, задевал собственным членом чужой. А после Драко не выдержал, он готов был умолять.

— Гарри… — его зрачки расширились, в них гуляло горячее сумасшествие. — Пожалуйста, — как мы все знаем, Поттера не нужно просить дважды. Он вогнал свой член разом, до основания, заставив Драко вскрикнуть не то от боли, не то от приятных ощущений, да и сам Гарри чуть промычал от теплоты, приятно сковывающей возбуждение.

Поттер был весьма заботлив, но Драко не хрустальный, в самом деле, потому он просто сделал попытку двинуться сам. Получилось это весьма успешно, потому что Гарри характерно взвыл. А дальше началось настоящие безумие: Поттер буквально вколачивал чужое тело в матрас, которое отзывалось всеми свои движениями, хрипами, вздохами, стонами до тех пор, пока не излилось на собственный живот, сокращаясь вокруг, готового вот-вот выплеснуться, члена Гарри.

Парни лежали рядом друг с другом, соприкасаясь руками, а потом и вовсе переплетя пальцы. И вдруг, Гарри дернулся, будто что-то вспомнил. Он зашарил свободной рукой в прикроватной тумбочке и извлек оттуда два небольших прямоугольника.

— Смотри, — он чуть ли не тыкнул Драко в нос этими предметами.

— Что это? — Драко уже где-то видел такое, но не мог точно сказать, что это за предметы.

— Паспорта, — Гарри самодовольно улыбнулся и раскрыл оба документа на главной странице. Оттуда на них смотрели сам Гарри и Драко. Подписи в графах имени и фамилии гласили: «Гарольд Паттерсон» и «Дрейк Миллер». — Я подумал, что нам это пригодится, — Гарри неловко запустил пятерню в волосы.