Чонсу внимательно выслушивал все предложения и заключения своего новоявленного партнера. Тот вдохновенно рассказывал о скором строительстве и обязательной прибыли по его завершении. Перед глазами молодого владельца ресторана уже всплывали красочные картины успешной и богатой жизни, ведь владея рестораном около аэропорта можно несказанно разбогатеть. Он уже забыл обо всем на свете, он хотел поскорее заключить все возможные договоры и подписать все возможные соглашения. Он уже представлял, как заработает на новый дом для своих родителей, а в появившееся свободное время сможет приобрести, наконец, высшее образование, неимение которого в современном мире не просто позорно, а невозможно. А Ким Ын Сон все продолжал подливать масла в огонь или скорее краски на радужную картину будущего.

- Но только я хочу у вас кое-что спросить, - вдруг он прервал самого себя. – Вы действительно доверяете этому своему другу? Думаете, он не присвоит себе все акции, а вас выкинет на улицу?

Чонсу непонимающе посмотрел на мужчину. Несколько секунд он не мог понять сказанного, а потом к нему в сердце закралось сомнение в его друге. Как объяснить его апатию к строительству нового ресторана? Но нет. Чонсу помотал головой. Минкё всегда оставался его старым добрым другом, он его никогда не предаст.

- Я доверяю ему, - ответил Чонсу.

Ын Сон только хмыкнул в ответ на это, предложив через день съездить и посмотреть на будущую площадку для строительства нового ресторана. Самое время было ознакомиться с новой территорией. Чонсу с готовностью согласился.

Господин Ким ушел с легкой улыбкой и очередным высказанным сомнением насчет второго владельца ресторана. Чонсу некоторое время сидел не двигаясь после его ухода. Он просто положил свою голову на скрещенные пальцы рук и думал о предостережениях этого странного господина о Минкё. Быть может, друг и вправду задумал что-то, что никогда не говорит? Ведь это было странно, когда Чонсу застал его ночью, встав за стаканом воды, копающимся в его портфеле с документами. Тогда Минкё все объяснил тем, что нечаянно засунул туда свой телефон. Тогда Чонсу поверил ему. Но правду ли он сказал в тот раз? Уж не документы на владение заведением искал он?

Чонсу потряс головой. Не может такого быть. Или может? Прошло еще три минуты. Он работает, он сидит днями и ночами в офисе только для того, чтобы Минкё получал свои проценты? Это же по крайней мере несправедливо!

Несправедливо! Коллекция вышла уже две недели назад, а цена еще не упала!

- Щибаль! – ругнулся Минкё, оставляя ценник в покое.

Он просто не мог сдержать свои чувства, хотя находился в магазине. Хотя он каждый день надевал новую одежду, несмотря на то, что она выглядела не хуже, чем у айдолов, он покупал все по уценке. Он не позволял взять себе много из казны ресторана в качестве зарплаты, понимая, что не может находиться долго в заведении, пока не закончит Колумбийский университет. Поэтому на личные расходы приходилось ощутимо экономить. В счетах он никогда не был мастаком, да и по математике в школе у него была вечная неудовлетворительная оценка. Все точные расчеты он оставлял на Чонсу, но считал своим долгом принимать участие в отборе персонала и подкидывании новых свежих идей. У Чонсу было два помощник-экономиста, он сам был сведущ в юридических вопросах. А что же Минкё? Только рисовал Чхун Хян на стенах, будто хулиган…

Но только эта новая идея насчет ресторана в Инчхоне вызывала у него большие сомнения. Откуда взялся этот человек? Какие у него цели? Неужто вкладывать больше некуда, кроме их маленького ресторанчика? Минкё взял новую рубашку и повертел ее перед собой. Нет, цвет не тот. Он всегда гордился Чонсу, потому что тот был сообразительным малым, часто находил выходы там, где Минкё уже отчаивался это сделать. Вся эта маленькая сеть ресторанов держится только благодаря ему. Иногда Минкё думал, что совсем не нужен своему другу, что он может справиться сам, что даже мешает ему своими глупыми идеями, но казалось, что как только Минкё исчезнет, все рухнет.

- С вас тридцать пять тысяч семьсот вон, господин, - сказала кассирша, когда Минкё все же решился купить эту рубашку и подошел к кассе, дождавшись своей очереди.

Он со вздохом отдал симпатичной девушке свою кредитную карту, мысленно попрощавшись с его кровными тридцатью пятью тысячами. Когда он перестанет быть бедным студентом, обязательно сделает пир горой в их собственном ресторане. Он провел рукой по своим постриженным полчаса назад волосам, которые нисколько не убавили в объеме. Это всегда помогало его мыслительному процессу.

Он уже который день думал об этой официантке из Пусана. Это было странно, он не думал об одной девушке дольше, чем три дня, но именно она зацепила его своей простотой и обаянием. Сун У была, как самый прекрасный цветок лотоса среди старых сорняков. Тогда… когда он провожал ее, было нечто, что запомнилось ему лучше, чем всякая случайная встреча. Тогда поцелуй у дверей ее дома превратился в нечто большее. Но дальше он зайти себе не позволил. Он даже забыл взять ее номер телефона, за что очень корил себя. Найти кого-то в Пусане было подобно тому, как найти отдельную каплю моря в этом безбрежном пространстве. Она могла уволиться из этого кафе, могла уехать…. И вот теперь Минкё снова остановился посреди улицы, размышляя, не махнуть ли ему на пару деньков в Пусан. Но сначала нужно было предупредить друга об отъезде. Минкё направился к автобусной остановке, ресторан от торгового центра CU располагался не так далеко, всего четыре остановки. В автобусе он разглядывал проплывающие мимо здания, хотя мало что оставалось в его сознании. В его голове было много мыслей, одна вытесняла другую, многое просто не могло оформиться в цельную идею. В его голове уже снова поселилось ставшее привычным осознание того, что нужно скоро улетать, всего через пять дней. Он всегда не хотел этого, всегда грустил, хотя старался совсем этого не показывать, прикрываясь беспечным весельем. Чонсу, наверное, не понимал, что его друга каждый раз больно уезжать, но он не хотел обременять его. Все равно ведь вернется. Обязательно.

Вот и их ресторан. Посетители заходят и выходят, все как обычно. «Дом, милый дом», - тихо пробормотал Минкё, усмехнувшись себе. Когда-то то же самое он сказал в Нью-Йорке. Но тогда то был действительно милый дом, потому что они жили на втором этаже их кафе. Он открыл дверь и вошел через главный вход. Снова поклоны, снова приветствия. А он только улыбался.

- Ай-гу, сколько всего накупил-то! – воскликнул Чонсу, как только увидел друга на пороге своего кабинета.

Обычно он встречал Минкё показным безразличием, но в этот раз на его лице была более чем буря эмоций. Радость, удивление, презрение и сомнения – все смешалось на его лице.

- Всего-то пару вещей, - отмахнулся Минкё, проходя к своему излюбленному месту. – Как идут у нас дела?

- У нас… - эхом повторил Чонсу и на секунду задумался. – У нас все хорошо.

- Вот и отлично, - радушно сказал Минкё. Потом посмотрел в окно. – Я, кстати, хотел сказать, что мне надо отлучиться на пару дней в Пусан. Ты тут сможешь без меня?

Чонсу внимательно посмотрел на друга. Минкё только улыбнулся в ответ на этот пристальный взгляд. Такой взгляд бывает у его друга, только когда он собирается сказать что-то крайне важное, но обдумывает, как это сделать. Поздновато для серьезных заявлений – Минкё улетает через пять дней.

- Может, пообедаем? – неожиданно предложил Чонсу.

Минкё даже вздрогнул от серьезности в его голосе. Редко когда Чонсу разговаривал с ним в таком тоне. Минкё только пожал плечами.

Через пять минут они уже сидели в вип-кабинке, ожидая свой заказ. Минкё на этот раз заказал блюда корейской кухни. Он всегда так делал, когда перед отъездом оставалось несколько дней. Чонсу смотрел на него все тем же серьезным взглядом. Минкё успел перебрать уже все свои мелкие и не очень грехи, чтобы понять, за что извиняться перед другом, но так ничего и не придумал.