Литмир - Электронная Библиотека

– А теперь для тех, кто еще не подыскал себе работу. Давайте подумаем все вместе. Итак, пожалуйста, поднимайте руки, делитесь идеями.

Пара человек без особой охоты подняли руки.

– Навестить пожилых.

– Или детскую больницу.

Энни вскинула руку.

– Эмигрантов! – с облегчением, что смогла хоть что-то придумать, сказала она, а потом с ужасом наклонилась через Билли к Ван Ыок. – О БОЖЕ, прости, я не имела в виду тебя.

– Ван Ыок не эмигрантка, тупица! Она австралийка, – огрызнулся Билли.

– Давай ты не будешь так разговаривать с людьми, – огрызнулась Лу.

– Я же сказала, что не имела в виду ее, – огрызнулась Энни.

– Нет ничего плохого в том, чтобы быть эмигрантом, – заявила Ван Ыок.

Они все умолкли в замешательстве. Роли поменялись. Какого черта, она, Ван Ыок, начала говорить таким тоном? Она предпочитает молчать, а тут у нее был такой властный голос. И с какого перепугу Билли Гардинер ринулся защищать ее?

– Билли, Ван Ыок, Лу, Энни, – когда мы закончим, вы можете остаться и сложить стулья, – сказала мисс Кинг.

* * *

– Замечательно. Вот и вся благодарность за то, что я подумала об эмигрантах, – со стуком поставив один стул на другой, пожаловалась Энни и посмотрела на Ван Ыок. – Прости. Еще раз. Просто я бы не отказалась от десяти минут положенного мне перерыва на ланч. Ребята, а вы уже определились со своей волонтерской работой?

– Есть парочка возможных вариантов, но ничего интересного, – ответила Лу.

Билли поднимал стулья, как перышки.

– Я тоже еще нет. Пока единственное предложение – обрабатывать данные в исследовательском проекте отца. Но я скорее отстрелю себе яйца, чем буду заниматься этой ерундой.

Отец Билли был известным доктором, который занимался разработкой новых методов лечения меланом.

– Знаете, что я ненавижу больше всего? Что почти все припишут себе лишние часы, а такие придурки, как я, станут вкалывать по-настоящему, – поделилась Энни.

– А ты уже знаешь, чем будешь заниматься? – спросила Лу.

– Я пытаюсь попасть в программу по восстановлению растительного покрова побережья, – ответила Энни. – Кто знал, что придется чуть ли не на коленях умолять, чтобы тебе позволили помогать? – Она с грохотом поставила очередной стул. – Мое участие в бакалавриате и так висит на волоске, так что я проклята с самого первого дня.

Энни только недавно начала учиться в бакалавриате, но ее родители обещали школе, что их дочь улучшит оценки, если ее допустят к этой программе.

– А ты, Ван Ыок? – спросила Лу.

– Я работаю в обучающей программе для детишек, у чьих родителей английский – второй язык.

– О, я тоже с радостью занялась бы этим – там требуются наставники?

Ван Ыок замялась. Было бы здорово, если в подготовительном клубе работал бы кто-то типа Лу, но если она предложит ей прийти, то нарушит одно из своих «золотых» правил: отделять школьную жизнь от личной жизни.

– Там довольно скверно. Очень шумно. В основном мы работаем с детьми, проживающими в квартирах государственного жилищного фонда Восточного Мельбурна.

– А вообще-то детям она нравилась. И именно благодаря ее еженедельным занятиям с Деби, одной из наставниц, Ван Ыок умела так же хорошо говорить и читать по-английски, как и ее одноклассники.

– А когда проходят занятия? – спросил Билли.

– По пятницам, в пять часов вечера.

– И как это все работает?

Как описать настоящий хаос, который каждую неделю упорядочивался?

– Около двухсот детей и двухсот наставников встречаются в зале церкви Сент-Джоуи, рассаживаются за столы и примерно час школьники помогают детям с домашней работой. Или вообще с учебой. Или с жизнью в целом. Иногда приходят их мамы и тоже помогают. Все дети получают что-нибудь перекусить и коробку сока. Тех, кто живет далеко, потом развозят по домам на автобусе.

– Супер! – сказал Билли. – И это единственный день, когда у меня нет тренировок после обеда. Так что я тоже мог бы этим заняться.

– Да, но только тебя еще никто не приглашал, – ответила Лу и, глядя на Ван Ыок, закатила глаза. – Хоть ты и считаешь себя белым, которому все должны, тебе все равно нужно получить приглашение.

– Но я ведь могу прийти, правда? – умоляюще глядя на Ван Ыок, спросил Билли. – Ну, пожалуйста.

Ван Ыок, Лу и Энни дружно на него уставились – что это такое сейчас было?

– Я спрошу, – неохотно ответила Ван Ыок. – Но вы не можете просто так взять и прийти. Вам нужно разрешение на работу с детьми.

– Ладно, в любом случае дай мне знать, – сказала Лу. – Я бы с радостью помогла, если им нужны еще люди. Я могу быть репетитором по любому предмету, для любой возрастной группы.

– Я тоже, – поддакнул Билли.

Ван Ыок так привыкла, что Билли Гардинер все время дразнился, шутил, да и вообще делал все, чтобы вызвать смех остальных, что сейчас ей было трудно поверить в то, что он настроен серьезно.

4

Ван Ыок пошла домой вниз по Пант-роуд, вдоль реки к Черч-стрит, потом через мост, но остановилась на полпути, чтобы посмотреть на мутные воды реки Ярра и полюбоваться открывающимся с моста видом на город. Вместо того чтобы слушать на айподе диалоги по французскому, она все это время пыталась разгадать загадку Билли Гардинера.

Ее первое предположение было вызвано исключительно логикой – у него на уме заранее спланированная пытка. Сегодня не конец, нет, он специально тянул время. От этой мысли по коже поползли зловещие мурашки. Ван Ыок остановилась, поправила рюкзак, чтобы было не так тяжело, и убрала челку с глаз. Наверное, это был какой-то тщательно разработанный план, спор с высокими ставками: попытаться убедить ее, что она ему нравится, а потом унизить у всех на глазах. Типа той сцены из фильма «Нецелованная»[4], где главная героиня вспоминала, как парень мечты должен был отвезти ее на выпускной бал, а вместо этого обкидал яйцами и умчался с другой. По мнению Ван Ыок, это было очень обидно. Так что для нее лучше всего будет избегать Билли. Что-что, а оставаться в тени она умела.

Но потом ей вспомнился случай, доказывающий, что у Билли Гардинера было (хотя он тщательно это скрывал) сердце. В прошлом семестре, когда они оказались в лагере «Маунт Фэрвезер», она случайно подслушала его телефонный разговор с сестрой. Ван Ыок точно знала, что это была его сестра, потому что тем же днем, когда Бен Капальди спросил его, кто звонил, он ответил: «Сестра». В «Маунт Фэрвезер» каждый телефонный звонок был важным событием, потому что их количество строго ограничивалось.

Ван Ыок очищала и убирала в футляр гобой, а Билли, должно быть, прислонился к другой стороне стены репетиционной комнаты, когда говорил по телефону, который вообще-то нельзя было выносить из канцелярии. Но Билли и правила? Ван Ыок постеснялась открыть дверь и пройти мимо него и осталась в комнате. Судя по всему, его сестру бросил парень. И Билли вел себя… идеально. Он был участливым и любящим. Он слушал. Он признал ее чувства, но был уверен, что скоро ей станет лучше. Он напомнил ей о том, как важно съесть шоколад и посмотреть «Девочек Гилмор» и «Веронику Марс»[5]. И завершил звонок словами: «Я всегда знал, что этот парень придурок», что, видимо, заставило его сестру рассмеяться, потому что он тоже начал смеяться, а потом добавил: «Вот это другое дело». И еще он сказал: «Звони мне в любое время». А затем: «Я люблю тебя, помнишь?»

Ван Ыок плелась по Альберт-стрит. Вообще-то Билли Гардинер был еще и умным. Настолько умным, что учителей это доканывало. Казалось, он не обращал никакого внимания на других, а потом вдруг правильно отвечал на вопросы, заданные специально, чтобы загнать его в тупик. Кажется, он умел без всяких на то усилий концентрироваться сразу на нескольких вещах одновременно.

Жар от асфальта обжигал ноги сквозь дырочки в туфлях. Из дверей ресторанов время от времени доносились ароматы кориандра, чеснока и лемонграсса. Ван Ыок шла домой давно привычным маршрутом, старалась избегать наркоманов, потому что ее форма ученицы частной школы так и манила к себе всяких нелицеприятных субъектов, и через каждые три метра натыкалась на знакомых.

вернуться

4

Американский фильм 1991 года с Дрю Бэрримор в главной роли.

вернуться

5

Американские телесериалы.

5
{"b":"632993","o":1}