— Если он будет надоедать тебе, ты только скажи, — продолжал бурчать ее друг, — я ему живо рога-то пообломаю…
Гвендолин вдруг прыснула, потом рассмеялась. Кое в чем Сергей упорно оставался прежним, и даже путешествие за край мира не могло на него повлиять. Что здесь — в кожаном колете и с мечом, что дома — в спортивном прикиде и с острым языком наизготовку, он всегда готов был вступиться за друзей, даже если его об этом не просили. Особенно когда его не просили!
Она плотнее завернулась в одеяло, чувствуя, как сон неудержимо увлекает ее за собой. Любопытная луна, взобравшись повыше, заглянула в окно, рассыпав по комнате серебристые лучи. Волки приветствовали ее с новой силой. Сергей, поежившись, подбросил в камин еще дров и окончательно решил заночевать прямо здесь. Да и для Гвен так будет безопаснее. Он покосился на подругу. Девушка уже спала, свернувшись, как пушистый котенок. А он, подперев подбородок ладонями, еще долго сидел, глядя в огонь.
* * *
Когда Марк, шумно переводя дыхание и хватаясь на ноющий бок, вернулся обратно к шлюзу, где он оставил Хэлси, там уже царило относительное спокойствие. Для очистки совести он спросил про Карла Йонга.
— Карл? Шлюзовщик? Так он отплыл с Андрисом на том баркасе! — ответил один из работяг.
— Ох, и ловок Андрис! — добавил второй. — Здорово он придумал с баржой!
— Они все еще возле дамбы, — снова вмешался первый. — Тут наши к ним собираются на лодке. Если хочешь, езжай с ними.
Вообще-то больше всего сейчас Марк хотел добраться, наконец, до дома и рухнуть в постель, но дело нужно было довести до конца, да и за Хэлси он беспокоился. Его-то зачем понесло на дамбу? Так что он спустился в волглую, пропахшую рыбой посудину и приготовился провести еще пару часов в холодной зыбкой плещущей среде.
Остальные, собравшиеся в лодке, хотели осмотреть дамбу. Оценить, так сказать, масштаб катастрофы. Марк невольно прислушивался к их разговору.
— Говорят, сваи не выдержали.
— Да ну, не может быть! Эта дамба не из самых старых!
Насколько представлял Марк, дамба строилась из плотно пригнанных друг к другу деревянных свай, булыжников и щебня. Она темной громадой маячила впереди, в одном месте на ней горела яркая звезда — фонарь баркаса. Когда они вышли в гавань, ветер посвежел и окреп, волны казались тяжелыми, свинцово-серыми. Уже начинало светать.
Среди людей, хлопочущих на баркасе, Марк первым делом высмотрел Хэлси и пробрался к нему. Волшебник сидел на скамье и выглядел очень бледным, мокрые волосы прилипли ко лбу. Марка он поначалу даже не узнал. А когда узнал — улыбнулся шальной улыбкой:
— У меня получилось! Представляешь? Я вызвал ветер!
Взгляд Марка, скользнувший по баркасу, вдруг споткнулся о еще одного человека: тот лежал на юте, с головой накрытый каким-то полотнищем, так что виднелись только сапоги.
— Что случилось? — спросил он у какого-то промокшего быстроглазого человека с обвисшими усами. С Хэлси, кажется, разговаривать сейчас было бесполезно.
— Сваи не выдержали, — быстроглазый кивнул на мокрые деревянные обломки, тоже валявшиеся на юте.
— Я имею в виду — с ним?!
— Бедняга Карл… — вздохнул тот. — Ухнул в воду прямо между баржой и дамбой. Еле достали. Как его угораздило — черт знает!
— Карл Йонг… — даже не спросил, а констатировал Марк, уже предчувствуя ответ.
Последняя ниточка, которая могла вывести его на преступника, сейчас оборвалась.
Им с Хэлси пришлось провести еще порядочно времени на дамбе, прежде чем баркас собрался в обратный путь. Марк замкнулся в мрачном молчании. Во-первых, «дело о пропавшем кирпиче» теперь окончательно зашло в тупик. Больше не осталось никого, кто мог бы пролить свет на загадочное исчезновение фабричного баркаса. Во-вторых, его беспокоил Хэлси. Трагическая гибель Карла Йонга будто совсем не взволновала молодого волшебника, он всю дорогу так и просидел с отрешенным видом, иногда вдруг принимаясь толковать что-то о магических потоках. «Все-таки магия здорово бьет по мозгам! — с досадой подумал Марк. — На кого ни глянь в Цитадели — все слегка с приветом!»
Гвендолин рассказывала, что у Хэлси долгое время не ладилось с волшебством, а потом вдруг случился прорыв. Что ж, бывает. Но лучше бы он занимался этим один, подальше от Гвен! Надо будет ее предостеречь. Не то чтобы ему не нравился Хэлси, только с магами лучше не связываться.
Хэлси тоже был погружен в себя, но настроение его было прямо противоположным. Снова и снова в его памяти вставал момент, когда он позвал ветер — и тот вдруг откликнулся. В этот миг рассеялась окружающая темнота, и волшебник четко увидел, как очередной водяной вал, подчиняясь созданному им ветру, отступает от поврежденной дамбы обратно, давая возможность барже подойти ближе. Конечно, стихию надолго не удержишь. Уже через несколько минут волны прихлынули с удвоенной яростью, едва не смыв за борт нескольких человек. Баркас сильно качнуло. Кто-то толкнул Хэлси на скамью, кто-то обругал его за нерасторопность — он не слышал. До него долетали отдельные фразы: «…чуть не сомлел парень… Слабак Хэлси… а, ну понятно…»
Но эти несколько минут сполна окупали долгие годы унижений в Цитадели, бесконечные выматывающие тренировки и унылую ночную зубрежку. Они того стоили.
Глава 15
Утром за завтраком, который не вызвал у Гвендолин нервного трепета, так как на девяносто процентов состоял из безобидной овсянки, лорд Шипске вдруг предложил своим гостям прогуляться в Вольфстад. Этот городок, расположенный восточнее старого русла реки Гелен, тридцать лет назад был всего лишь невзрачной деревушкой. Кучка бедных хижин, тощее стадо овец и некоторое количество стариков, среди которых, впрочем, были хорошие мастеров-каретников, знаменитые на всю округу — вот все, чем оно могло похвастать.
14-19 минут
С появлением лорда Шипске ситуация изменилась. Обосновавшись в замке, новоиспеченный лорд критически оглядел окружавшие его доиндустриальные леса и внезапно решил поставить выпуск экипажей на широкую ногу. Другими словами, построить в Вольфстаде Каретный двор. И несмотря на скептическое отношение соседей, дела его шли неплохо.
«Интересно, — подумала Гвен, — наш хозяин хочет похвастать своим бизнес-проектом или просто надеется спровадить нас с глаз долой, хотя бы ненадолго?» Она украдкой покосилась на Джербена. Каковы бы ни были результаты его ночных изысканий, против прогулки он не возражал. Они рассчитывали получить в сопровождающие Драгона, но, вероятно, бородач нужен был самому лорду в замке. Так что гостей сопровождал другой стражник: подвижный, крепкий парень по имени Эстен. Как заметила Гвен, большинство слуг «волчьего лорда» находились в хорошей физической форме, а их белозубые улыбки делали честь местному стоматологу. В общем, оборотнический образ жизни агитировал сам за себя.
В самом начале карьеры лорд Шипске был типичным мелким землевладельцем, которых в здешних краях было пруд пруди. Обычно их власть простиралась не дальше длины меча. Жизнь этих вояк писалась по одному сценарию, где в произвольном порядке чередовались одни и те же эпизоды: грызня с соседями за клочок земли, охотничьи вылазки, да шумное пьянство с союзниками с целью привлечения новых. Лорд Шипске с его умом, практичностью и предпринимательской жилкой, сумел перекроить этот сценарий. Придуманная им концепция «народной повозки» — недорогого надежного экипажа — нашла понимание у многих практичных людей, несмотря на то, что коневодство в этих краях почиталось за рискованное хобби.
Земли в окрестностях Вольфстада, несмотря на пышное разнотравье, считались неблагоприятными для выпаса скота. Здешние луга пользовались у скотоводов дурной славой, и каждый сезон на них стекались сотни довольных волков, чтобы помочь им поддержать свою репутацию. С лошадьми у фермеров тоже не задалось. Местные коняги в результате постоянной борьбы за выживание обзавелись таким характером, что могли, пожалуй, запрячь хозяина в телегу и заставить его проскакать пару миль.