Могут быть существенные потери.

В пять тридцать прибыли остальные спасатели. Было темно, и всё ещё лил дождь, но ветер стих.

Команда обсуждала свои планы за кофе и булочками, которая успела испечь Элли. Люси, стоящая позади мужчин, внезапно щёлкнула пальцами.

— Элли, ты говорила, что Том пытался переправиться через реку в районе брода? Помнишь старую хижину департамента охраны природы? Том знает о ней. Они смогут укрыться там. Это около получаса езды верхом, по другую сторону брода, в большой сосновой роще.

— Может, хижины там уже и нет, — с сомнением проговорила Элли.

— Стоит попытаться, — сказал один из спасателей. — Какая обычная глубина брода?

— Сантиметров сорок-пятьдесят, но сейчас… — Люси пожала плечами.

— Вероятно, буря сильно изменила ландшафт. По радио передали, что это самое крупное наводнение за последние шестьдесят лет.

Как только рассвело, спасатели улетели на вертолёте, пообещав держать связь по радиотелефону.

Ирэн с Люси стояли на веранде, и потрясённо оглядывали местность перед домом. Обычно, кроткая Ракайя разлилась в огромное озеро, доходящее до самых конюшен. Вода была не слишком глубокой, но территория, которую она покрывала, выглядела внушительной.

— Счастье, что ты сообразила перевести лошадей, — пробормотала Ирэн.

— Надо накормить их. Потом я позвоню соседу. Он присматривает за большей частью нашего скота.

В новостях сообщали, что многие фермы, расположенные в низких местах, оказались затоплены, и не только пастбища. «Саммерхиллу» повезло, поскольку дом стоял на возвышении. У них по-прежнему была телефонная связь и электричество, в отличие от более удалённых владений.

Люси позвонила соседу, и тот сообщил, что уже позаботился о большей части животных, но оставалось ещё одно стадо на южном пастбище, примерно пятьдесят голов, о котором он немного беспокоится.

Элли приготовила им плотный завтрак, и вскоре после восьми, оседлав лошадей, Люси и Ирэн, одетые в непромокаемые плащи, сапоги и перчатки, тронулись в путь.

Три часа спустя они пригнали почти всех коров в сад вокруг дома, к неудовольствию Элли. Они видели только двух утонувших коров, и одно трясущееся от страха животное пришлось обвязывать верёвкой и вытаскивать из наполненной водой ямы.

Элли позвонила, когда они были в доме у соседа, куда заглянули, чтобы проверить, как у него дела.

Женщина сказала, что все охотники живы и здоровы и благополучно переправились через реку. Только Том пострадал — подозрение на перелом запястья. Они действительно укрывались в хижине департамента охраны природы. Догадка Люси избавила от долгих часов поисков.

— Отличная у тебя память, — похвалила её Ирэн, и Люси улыбнулась.

На обратном пути она заметила, что Люси оглядывается на ущелье и горы.

— Очень красивая земля, Люси.

— Даже сейчас, — согласилась она.

— Знаешь, я любила путешествовать, но в каких бы краях ни была, какие бы красоты ни видела, «Саммерхилл» всегда оставался для меня самым экзотическим местом. — Она с любопытством взглянула на Ирэн. — А у тебя есть какое-нибудь экзотическое место? Такое, которое ты хранишь глубоко в душе?

≪Там, где есть ты≫, — подумала Ирэн и поспешила захлопнуть рот, пока не выставила себя полной ослицей.

Они помолчали немного.

— Что-то мне боязно встречаться с Магнусом.

Ирэн попыталась подавить улыбку.

— Он страшнее лает, чем кусает.

— Если он исключит нас из «Глобал лист», Том захочет продать поместье. Он никогда не любил землю.

— А что ты думаешь по этому поводу?

— После ухода мамы дом действует на меня несколько угнетающе. Я больше люблю ездить верхом, ночевать под открытым небом, просто гулять. Я не переживу, если он продаст хотя бы дюйм земли.

— Ты должна сказать своё слово.

— Я не могу ему указывать, что делать с его пятьюдесятью процентами.

Ирэн кивнула и задумалась. Она не имеет никакого отношения к клубу Магнуса или «Глобал лист», но знает, что Магнус относится к этому очень серьёзно.

— Я поговорю с ним, хотя ничего не обещаю. На некоторые вещи Магнус может закрыть глаза, но вот финансовые неурядицы могут стать камнем преткновения. Мне известно, что до него дошли слухи. Люди, принадлежащие к клубу, не любят слухов.

Люси тяжело вздохнула. Ирэн уставилась на её рот, желая поцелуем стереть тревогу и озабоченность с этого прекрасного лица.

— Люси, если вас исключат из клуба, это ещё не конец света. С правильным маркетингом вы сможете продолжать заниматься туристическим бизнесом.

— Престиж имеет для Тома первостепенное значение. Но главная причина — это эксклюзивные права на рекламу. У нас не будет времени создавать новый рынок и при этом рассчитаться с долгами, пока… не станет поздно.

— Выше нос. Сегодня вечером мы поговорим с ним, а потом я попробую обработать Магнуса. Но если ничего не выйдет, мы со своей маркетинговой командой что-нибудь придумаем. Конечно, мы не сможем разместить вашу рекламу во всех соответствующих изданиях за один день, но существует много способов выйти на свой рынок и получить результаты в течение нескольких месяцев, а не лет.

— Правда? — Люси с надеждой взглянула на неё, и её сердце сжалось. Том и их отец слишком долго подавляли и принижали Люси, поэтому неудивительно, что её уверенность в себе была невелика.

Она должна знать, что Ирэн поможет.

— Эй, а ты не так плохо держишься на лошади для городского франта, — сказала Люси с широкой улыбкой.

— Детка, я ездила верхом, когда ты ещё пешком под стол ходила.

Люси наклонилась, чтобы игриво толкнуть её, но неожиданно потеряла равновесие и шлёпнулась на спину в грязную лужу.

Ирэн схватила поводья Монти, чтобы он не наступил на Люси.

— Иисусе! Ты в порядке?

Несколько секунд Люси лежала с крайне удивлённым видом, а потом залилась смехом.

— Только посмей засмеяться, — выдохнула девушка.

Ирэн крепко сжала губы, пытаясь не улыбнуться. Однако весёлые искорки в глазах ей скрыть не удалось.

— Даже и не думала, — торжественно сказала она и, наклонившись, протянула ей руку.

Люси схватила её, но прежде чем подняться, прищурилась.

— Знаешь, на какое-то мгновенье ты, сидящая верхом, такая высокая, напомнила мне мою мать, какой она была, когда я была маленькой.

Люси встала на ноги, стянула одну перчатку и пригладила волосы, поморщившись при виде грязи, оставшейся на ладони.

— Даже когда ты похожа на вывалявшуюся в грязи мышь, которую притащил кот, — проворчала Ирэн, когда она взбиралась в седло, — я определённо не питаю к тебе никаких материнских чувств.

Приехав в «Саммерхилл», они обнаружили, что охотники уже дома, за исключением Тома, который был отправлен в местный медицинский центр на рентген запястья.

Ирэн извинилась и пошла к себе в комнату, чтобы позвонить в сиднейский офис.

У Кларка были плохие новости.

Министр внутренних дел нарушил своё обещание рассмотреть предложение «Магна корпорейшн» после того, как земля будет выставлена на торги. Черепаший остров теперь официально на рынке.

Ирэн села в кресло и уставилась в огонь камина. Ладно, дело пошло по худшему сценарию, но у «Магна корпорейшн» есть все шансы на победу. Она уже потратила целый месяц на договор-подряд и имеет доступ ко всей информации, которую Магнус собрал двадцать лет назад.

Помимо прочего и той, что её отец тоже среди претендентов.

Ирэн откинулась на спинку и заложила руки за голову. Она не может подвести Магнуса и команду, значит, скоро должна уезжать. После душа она посмотрит, не появился ли Магнус.

Надо попытаться убедить босса дать «Саммерхиллу» ещё один шанс. Помочь Люси выяснить, что за чертовщина происходит с Томом.

Совсем мало времени, чтобы провести каждую минуту с Люси, успокаивая её, занимаясь с ней любовью.

У огня было так уютно. Последнее, что всплыло перед её мысленным взором, прежде чем она погрузилась в сон, была Люси, оглядывающая свою землю с тоской и болью, а потом улыбающаяся как шаловливая девчонка, стряхивая грязь со своих волос.