Потому шальной фонарь не спасёт тебя от твоей лжи…
Уж больно заплутал ты»
====== 35. И грянул гром. ======
Когда Противоборцы достигли Тёмных болот, нельзя было сказать сколько времени. Повсюду стелился серый клубистый туман, похожий на сигаретный дым. Вечножители едва разбирали дорогу, всё чаще идя по памяти или по зарубкам лучников, шедших здесь чуть ранее.
- Сегодня туман. Не думала, что погода так разбушуется, – проговорила Снежка, направляя толпу пехоты за собой.
- Пахнет магией, – буркнул хмурый Тобиас Клейн.
- Наверняка, Банни постаралась, – закончил Шарманьяк.
- Погода – стезя фей, – уверенно прервала всех Бел. – Или самой природы. Мы лишь слуги Богини Земли, которым в дар за службу она даёт определённые способности. В том числе и управление погодой. Однако всякий магический процесс, а в особенности этот, занимает огромное количество времени, сил, способностей и всего прочего.
- Из всего вышесказанного понятно лишь то, что природа решила пошалить. Что вновь приводит нас к фразе Белоснежки. И в чём был смысл говорить такие речи? – голос дровосека был сух, как щепка.
Фея надула губки.
- Я Фея Верховница – жрица природы. Нас с детства учат так разговаривать. И я рассуждала…
- А больше похоже на секту, – задумчиво ляпнул принц.
- Можно считать меня кем угодно, но при моей Королеве не смейте больше такое говорить. И при остальных феях тоже. Вас превратят в трухлявый пень раньше, чем мысль сорвётся с языка… – Бел хотела сказать что-то ещё, но предпочла оставить эту мысль при себе.
После бессмысленного разговора все шли молча. Сказывалось волнение. А ещё жуткий туман.
Болото по своей форме напоминала небольшое поле для гольфа с лунками в виде трёх трухлявых ив, неведомо как сюда попавших. На карте в лагере Противоборцев были выделены наиболее опасные участки, однако быть в чём-то уверенным на болотах никогда нельзя.
Место встречи Алой Руки и Противоборцев был небольшой полузатопленный островок почти посреди болота. Добраться до туда тяжело, но возможно. Болотные островки соединены цепью прочно сплетенных лиан, поросших мхом. Это единственная возможность добраться до заветного места. В туман такая затея казалась невозможной, и прямо сейчас её приходилось выполнять.
В то же самое время капитаны Алой Руки придавались размышлениям о своём величие. Правда и их весьма волновал туман. Если кто-то решил так пошутить, то у него получилось.
- Если такой туман будет стоять во время разрыва, то наши лучники не смогут хорошо прицелиться, – тихо проговорил шериф.
- Наши не смогут, значит, и их не смогут, – авторитетно заявила Червона.
- Откуда такая осведомленность?
- Пути Хозяина неисповедимы.
- И что ещё тебе известно?
- То, что со стороны Чёрной Вдовы (название первой ивы) сегодня произойдёт большой выброс торфа. Болота всегда быстро горят…, – заговорчески улыбаясь, сообщила Королева.
Ноттингем ничего не ответил. Только разгладил свои влажные усы и отошёл куда-то назад.
- Да, потеряй надежду всяк сюда входящий, – под нос пробормотала себе женщина, вспомнив старую поговорку.
В сероватом тумане чёрные призрачные ветви и корни пней извивались и двигались, будто живые. В воздухе пахло разложением и выбросами. Громко лопались пузыри газа где-то неподалёку. Вот под ногами хрустнула ветвь, закаркала пролетающая мимо ворона, заквакала жаба, издавая противные чмокающие звуки. Под ногами чавкала сырая земля, хрустели листья, оставляя на свежей грязи отпечатки десяток следов.
Внезапно в тумане появился чёткий силуэт. Он стремительно и незаметно приблизился. Рывок, никакого сопротивления… и только заглушённый мягкотелой землёй последняя песнь меча перед тем, как исчезнуть в болоте.
Хором запели лягушки, заглушая чавкающий звук в тумане. В тени армии скользнула одна тень. Она быстро проскользнула сквозь бойцов и струйкой чёрной энергии обвилась вокруг какой-то ветки. Из неоткуда возник большой ворон с красными блестящими глазами.
«Кар, кар, кар…»
«Смерть, смерть, смерть….»
На центральной башне Ферипорт-Лединга часы отбили девять раз.
А тем временем…
Они кружились в прекрасном танце теней. Чёрное и красное, коричневое и рыжее, сочетания цветов не сверкали разнообразием. Зато в этом сочетание ощущалась сила, которая свободно разгуливала по всем помещениям огромного дома. Колыхались ветки острого терновника, зацветали чёрные розы на гибких фиолетовых стеблях, колонны оплетались диким виноградом и лианами неоновых цветов. Все было настолько живо и реально, что казалось, остальной мир за пределами этого дома всего лишь небывалая сказка.
Растрескавшаяся земля с застывшей, даже местами красноватой лавой служила полом, колонны представляли собой выросты сталагмитов , а потолком служил огромный камень, зависшей в нескольких метрах от земли. На «животике» камня, как лампочки на люстре, висели гроздья светящихся кристаллов красного и жёлтых цветов.
Гости слетались отовсюду. Они все были различны между собой внешне: одни жутко страшные, другие жутко красивые, а третьи те, кого в обычной жизни мы едва ли замечаем, хотя они регулярно пакостят нам, сидя в этот момент с самым святым видом и т.д. Но всех объединяли несколько общих черт: В их глазах светилось что-то пугающе и жуткое, будто падаешь в чёрную дыру и почти ото всех несло холодом, словно жуёшь замороженную мятную жвачку. И среди присутствующих здесь, на этом балу, конечно же был введён единый, внеглассный дресс-код: Все они в независимости от пола, цвета кожи и количество конечностей, были одеты (можно даже сказать – почти раздеты) в очень открытые костюмы и платья. Тяжёлые запахи роз и пряностей не могли скрыть ужасный холод дома и его истинный запах. Запах древней чёрной магии, не удивляйтесь, он довольно обыден. Пахло мокрой землёй, серой и пеплом.
Почти каждый сантиметр странного дома, будто говорил: «Это дом ИСТИННОЙ НЕЧИСТИ!». И прямо посреди огромного зала кружилась пара. Её шлейф, будто ожил и развивался в разные стороны, каблучки звонко отстукивали ритм по сухой земле. Он двигался великолепно, костюм казался его второй кожей, а лёгкая обувь едва касалась пола. Они были лишь одними из гостей, обычным на вид вампирами, но от них исходила энергия, какой никогда не будет обладать даже самый слабый представитель нечисти.
Однако не только поэтому на них были обращены взгляды всех… Они были прекрасны, молоды и волшебны. Особенные. Ни на кого не похожие…
Противоборцы добрались до Острова Слёз первые. Отослав основное войско немного назад, Капитаны вышли к месту. Туман немного рассеялся, стоило отряду ступить на заготовленный, будто высвеченный пятачок земли. Поляна была чистой и тихой. Земля здесь была черна, гола и голодна, как лёд. Ни травинки, ни листочка, ни птичьего голоса – в этом месте было тихо, как на кладбище. Хилые деревца чахли в тени болот, где вода была темна словно бездонная дыра. Берега острова-поляны осыпались, и комки грязи пропадали в водной глади с жутким шипением, которое эхом отдавалось в ушах. Изредка слышалось, как от ветра скрипят старые деревья в лесу. Это было похоже на заунывный плач ребёнка, а иногда казалось, что так стонут раненые.
Тишину разорвали мягкие, еле касающиеся земли шаги. С другой стороны появились несколько человек. Червона в коричневом практичном пиджаке и бриджах и Ноттингем в свой охотничьей куртке и с массивным ремнём на высоких штанах. За ними появились две дамы: Одна была сухощава, высока и пряма, как будто палку проглотила – её бесформенный плащ волочился по земле, вторая же имела небольшой рост, молодость и болезненно-зелёный цвет кожи, которая была не намного темнее её свободного пиджака.
Через несколько секунд из тумана появилось ещё несколько фигур. Тонкий, будто растянутый юноша с огромнейшими глазами, переливающимися всеми оттенками синего, пухлыми, как у маленького ребёнка губами и таким расслабленным видом, будто он лежит в ванне. Вокруг странного молодого человека клубами вился дымок – создавалось впечатление, что туман часть его самого.