И они немного посмеялись над собой и друг над другом. А потом Софи спросила:
- А что ты знаешь о смерти? Я просто никак не могу не думать об этом с тех пор, как ты сказала мне, что…
- Знаю, - перебила старая женщина. - Я знала, что ты будешь мучиться от этого. Но я ведь предупреждала, что крест этого знания тебе придется нести в одиночку, не так ли? А на твой вопрос я ответить не могу. Ты уж прости. Потому что не все человек может выбрать сам. Есть вещи, которые решает только Бог. И только Он знает, когда нам уходить из этого мира и продолжать свое волшебное путешествие по другим Вселенным.
Софи кивнула.
- Да, я так и подумала. Но все же… я буду надеяться, что люди, которых я люблю, проживут подольше.
- И у тебя для этого есть все основания! Это твоя жизнь, не моя! Она совсем другая! В ней есть Нильс, а это уже меняет все. И в ней у тебя есть Кристи, а ты есть у нее. А у Александра наконец-то есть внук, который возвращает ему утраченную после смерти жены радость жизни. Поэтому я верю, что у тебя все будет иначе и у них тоже.
- Я тоже верю. А знаешь, не так давно мне снился необычный сон. И мне очень хотелось рассказать его тебе.
И Софи рассказала о том, как во сне Крис говорила, что простила ее.
- Подумать только! - воскликнула пораженная женщина. - Но почему моя Крис пришла к тебе? Почему не ко мне, хотя я столько лет ждала её…
Софи покачала головой. Она не знала. А старая Софи произнесла после некоторого раздумья.
- Быть может, потому, что именно ты все изменила.
- В любом случае, простила она именно тебя, - сказала Софи. - Все это так запутанно, но я уверена, что она простила тебя. А точнее “нас”.
- Да, ты права, я думаю. Она простила… - старуха выдохнула, и плечи ее опустились, словно впервые за долгие годы она позволила себе расслабиться. - Знаешь, мне так хочется верить, что скоро я снова увижу ее. Что после того, как мое путешествие по этой Земле закончится, я попаду в тот волшебный мир, где она будет ждать меня. Моя Кристи.
- Так и будет. Так и будет обязательно, - сказала Софи с уверенностью. - Ты ведь помнишь, чему всегда учила нас наша Кристи?
- Да. Верить в волшебство, - и сказав это, старая Софи улыбнулась, и морщинки на ее лице разгладились.
Они помолчали какое-то время, глядя на прозрачное весеннее небо и вдыхая дурман пионов, а потом старая женщина произнесла:
- Скоро придет Кристи. Ты не против, если я полюбуюсь вами какое-то время, прежде чем уйду?
- Не хочешь побыть с нами? - спросила Софи.
Старуха покачала головой.
- Спасибо, но не надо. Когда я снова вижу ее, понимаешь… мне тяжело. Я думаю, еще немного, и я могу запросто чокнуться. Я уже и так слишком близка к этому.
Софи кивнула. Она понимала.
- Мы ведь больше не увидимся?
- Нет. Я больше не смогу прийти, - старая Софи улыбнулась, как бы говоря: “Не беспокойся обо мне. Я не пропаду”. - Обними ее за меня. Крепко обними.
- Хорошо.
- И еще. Ты правильно делаешь, что оставляешь сцену. Мне она не принесла счастья.
Софи снова кивнула. А потом они пожали друг другу руки. Сказать больше было нечего.
Старая Софи ушла, а молодая все-таки решила понюхать пионы. От их аромата ей почему-то стало легче, а комок в горле обмяк. Она чувствовала, что теперь может жить, ни о чем не сожалея.
А потом пришла Кристи. Она шла с большой сумкой через плечо и улыбкой от уха до уха. Сумка была набита книгами, и еще три Крис несла в руках.
Софи только покачала головой.
- Твой отец побьет тебя. Он же купил тебе читалку! Куда все это?
- А я уже готовлюсь к ближайшему будущему, когда мы будем жить вместе, - улыбнулась Крис своей невинной улыбочкой девушки из сказки. - И эти книжки пока полежат у тебя, а папе мы ничего не скажем, идет?
- Но ведь твой папа сейчас как раз сидит у меня с Нильсом! Они занимаются! Как мы протащим эти книжки мимо него?
- Упс! Ну, значит, мы что-нибудь придумаем, правда?
- Не хочу, чтобы твой папа думал, что я с тобой заодно! Его мнение обо мне в любой момент может измениться!
- Ох, Софи! - Крис со смехом положила книги и сумку на лавочку и обняла Софи, отчего та смутилась. - Хорошо, я сама протащу книжки, положив их под кофту. Если что, скажу, что объелась пирожных.
Софи улыбнулась, коснулась распущенных волос Крис.
“Ты пахнешь даже лучше, чем пионы. Моя чудесная девочка. Стала ли я для тебя тем принцем, которого ты ждала? Или так и осталась глупой Софи? Второе более вероятно”, - подумала Софи, впрочем, без тени сожаления.
“Пока ты со мной, я готова быть кем угодно. Даже Софи-вечной-дурой. Лишь бы с тобой”.
- Что ты так смотришь на меня? - улыбнулась Крис.
- Да так. Мне просто нравится смотреть на тебя.
- Ты выглядишь такой счастливой, Софи. Я очень люблю видеть тебя такой. Правда, сегодня замечательное утро?
- Да. Сегодня все замечательное.
- И пионы чудно пахнут, да? Помнишь, я рассказывала тебе о них осенью, когда мы…
- Помню.
- Знаешь, в тот день я уже чувствовала, что мы связаны с тобой, и что это все не просто так.
- Да, и я. Только не признавалась тебе.
- Глупая милая Софи. Ты неисправима, да?
Софи с улыбкой покачала головой.
- Может, снова сходим в то кафе? - спросила Крис.
- Давай, - согласилась Софи. - Только сначала, может, посидим совсем немного? Здесь так хорошо.
Крис кивнула.
- Давай.
И они сели, чтобы дышать весной и наблюдать за облаками. А Софи подумала, что никогда ей еще не было так легко и спокойно.
Она думала, что никогда не поздно что-то исправить, и второй шанс дается каждому.
Пока мы живы, никогда не поздно.
Рука Кристи была теплой, а небо было чистым.
И впереди у них была жизнь.
Эпилог
Зал был полон. И это неудивительно - ведь все мечтали попасть на последний концерт знаменитой Софии Логиновой в Оперном театре родного города пианистки.
Свет рамп был направлен в центр сцены, где стоял одинокий черный рояль. А потом появилась Софи в своем обычном строгом костюме и с улыбкой на лице, и зал взорвался. Сегодня в программе были и старые, и новые композиции, а также произведения классиков в исполнении Софи.
Крис с отцом тоже сидели в зале, и рядом с ними сидел маленький Нильс. Он впервые пришел в Оперный театр, а потому пребывал в немом восторге ото всей этой величественной красоты.
А потом Софи заиграла, и почти весь концерт прошел безупречно. Почти.
Свои собственные сочинения Софи всегда играла без партитуры. Ведь она знала их так хорошо, что могла бы сыграть посреди ночи с закрытыми глазами. Да что там, она и во сне могла бы их сыграть!
Но в какой-то момент по неясной причине что-то случилось с безупречной Софи. Она просто забыла, что играть дальше. Забыла.
Она смотрела на свои пальцы, беспомощно зависшие над клавишами.
“Я забыла? Этого быть не может. Но я и правда не помню, что дальше! Вот это да! Вот это круто!”.
Зал замер в безмолвном ожидании. А Софи… Софи вдруг начала хохотать. Она смеялась и не могла остановиться, и на глазах у нее выступили слезы.
“Черт возьми, да я в жизни еще не чувствовала себя лучше! Это лучший концерт, который только может быть!”.
Она ржала до боли в животе. Кто-то в зале захлопал, и остальные растерянно присоединились. А когда Софи пришла в себя, она извинилась в микрофон и продолжила играть уже другое произведение.
После концерта в гримерную к ней как всегда зашли Александр, Крис и Нильс. Все трое улыбались.
- Да, я забыла, представьте себе, - сказала Софи и удивилась тому, как легко ей дались эти слова. - Я никогда еще не забывала ничего! Никогда не лажала на концертах!
- И как ты себя чувствуешь? - поинтересовался Александр.
- Прекрасно!
- Ты молодец! Я горжусь тобой, Софи! Наконец-то ты научилась самому главному - не бояться ошибаться.