– Подержать вам свечку? – любезно предложила Беляна, когда мы зашли на кухню, и я застыла, как суслик на дозоре, встретившись взглядом с Хотеном.
Ревизор выглядел, пожалуй, лучше. Он загорел и как будто еще сильнее раздался в плечах – впрочем, неудивительно; когда Хотен выходил из себя, то успокаиваться предпочитал где-нибудь на спортивной площадке. А за последний месяц у него хватало и переживаний по поводу разрушенной личной жизни, и стрессов на работе после неожиданного повышения. Но, по крайней мере, излишне фамильярных в общении товарищей господин ревизор второго чина по-прежнему мог окоротить одним только выразительным взглядом.
Беляна осеклась, но извиняться и испаряться не спешила: на то, чтобы она пренебрегла своим заданием, ни авторитета, ни внушительности Хотена не хватило.
– Я ненадолго, – коротко сообщил ревизор, снова переведя взгляд на меня. – К утру я должен вернуться в Горницу. Показывай записную книжку.
Невольно порадовавшись предусмотрительности Люта, заставившего меня обернуть в черную обложку обычный рабочий блокнот, я предъявила ревизору страницу с целым сочинением. Судя по нахмурившимся бровям, почерк своего бывшего подчиненного Хотен узнал сразу – а потому внимательно прочел все написанное.
И отнюдь не обрадовался.
– Да, это моя запасная, – мрачно сообщил ревизор, засунул блокнот за пазуху и с таким видом откусил от полоски вяленого мяса, будто оно принадлежало его злейшему врагу, но все-таки выдавил: – Спасибо.
– Не за что, – я пожала плечами и пошатнулась: уловившая перемену моего настроения Тайка прижалась к ногам. – Какие планы на вечер? Мне бы эту морду выгулять… – я выразительно кивнула вниз, и собака с виноватым видом вильнула хвостом.
Хотен адресовал мне скептический взгляд, без слов интересуясь, точно ли я рассчитываю мирно провести вечер со своим бывшим парнем после того, как «заразила» его магией. Я неуверенно пожала плечами: атмосфера и без того была напряженной, но когда еще у ревизора будет возможность прогуляться до бывшей магистрали?
– Ужинать не будешь? – спросил Хотен, кивнув в сторону двух нераспакованных пайков на столе.
Я потянула носом и решительно отказалась, но все равно была вынуждена дисциплинированно ждать, пока ревизор с особисткой поедят, и нервничать из-за того, что будет на магистрали. Если Хотен тоже услышит драконессу, как он отреагирует? Не то чтобы я опасалась, что суровый ревизор расплачется, как я, но…
К счастью, прежде, чем Тайка начала нарезать круги по кухне и яростно выкусывать шерсть с лап, в куполе раздался звонок, отвлекая меня от переживаний.
– Ждешь еще кого-то? – все-таки подколола меня Беляна.
Я доходчиво продемонстрировала ей известную комбинацию из пальцев, порекомендовав прогуляться по популярному маршруту. Тут же заработала от ничуть не пристыженной особистки совет не пытаться гулять по двум популярным маршрутам одновременно без соответствующей подготовки и поспешно пошла открывать, пока число сегодняшних лекций не пополнило обязательное наставление от Хотена, касающееся, в основном, чистоты языка и тем для разговоров, допустимых для юных дам.
Радостно улыбающееся лицо за дверцей купола не стало еще одним поводом для нотации только потому, что ревизор не слышал, что я сказала.
– Где ты пропадал?! – возмутилась я, когда, наконец, смогла сформулировать свои мысли, не прибегая к ненормативной лексике.
– Скучала? – еще шире улыбнулся Лют, без лишних вопросов щелкая замком.
Вовремя: в следующее мгновение баллистически настроенная Тайка впечатала его спиной в дверцу купола и громогласно затребовала свою порцию внимания и ласки. Я поймала себя на том, что меня тянет присоединиться, но героически сдержалась.
– Господин начальник приехал? – поинтересовался Лют, с умиленным видом начесывая блаженствующую Тайку за ушами.
– Что, у меня все-таки еще один выходной? – спросила Беляна, прислонившаяся к стене домика и улыбающаяся так похабно, что мне даже не верилось, что на этом ангельском личике может задержаться подобное выражение.
Могло. Увы.
– Завидуешь? – невозмутимо уточнил особист.
– Вы никогда не обращали внимания, что способны общаться одними вопросами, ни разу не дав нормальный ответ? – не выдержала я.
– А ты, к слову, неплохо вписываешься в разговор, – заметил Хотен, выходя из дома с мусорным пакетом.
Я смутилась, а Беляна издевательски расхохоталась:
– С кем поведешься… ладно. До завтра, я так понимаю? Сдюжишь две смены подряд, Лют?
Особист кивнул ей, сразу же повернулся ко мне и изрек:
– Нет. Никаких вопросов о том, что случилось, ясно?
Беляна фыркнула и проскользнула мимо меня к выходу из купола, помахав напоследок рукой. Хотен проводил ее недоумевающим взглядом.
– Что, серьезно? Ты имеешь право вот так просто менять расписание ее сопровождающих? – спросил он и потянулся за своей паркой.
Я замерла на пороге домика, куда поднялась за комбинезоном для Тайки, и обернулась. И правда, за этим ведь должны следить едва ли не внимательнее, чем за мной самой!
– Иди-иди, – подбодрил меня Лют и сиятельно улыбнулся.
Я продемонстрировала известный жест и ему и честно ушла в домик.
К моему возвращению Тайка все-таки лежала у стены купола и сосредоточенно лизала одну и ту же лапу. Я продемонстрировала доблестным работникам Особого корпуса еще и кулак – ладно меня доводить, но собаку-то за что? – и кое-как нацепила на нее кроссовки. С комбинезоном возникло затруднение: вставать Тайка отказывалась, а поднять ее у меня не хватало сил.
– Ты уверена, что ее в таком состоянии стоит выводить из дома? – уточнил Лют.
– Я вообще не знаю, что с ней делать, – мрачно известила я его. – Приступы агрессии, беготня или, наоборот, апатия и плохой аппетит – это реакция на стресс. Но это не ее стресс!
– Хочешь сказать, что весь прошедший месяц ты стресса не испытывала? – удивился особист.
Я раздраженно отмахнулась. Испытывала, конечно. Но не такой, как последние дни, когда не знала, куда он пропал и все ли с ним в порядке или моя магия его угробила.
Главное, скажи ему сейчас об этом – так только заулыбается! А о том, что я устроилась работать в исследовательский центр в первую очередь ради того, чтобы быть в курсе происходящего, иметь право голоса и возможность хоть как-то влиять на события, и не вспомнит.
– Пустырник и настойка пиона – отличное решение проблемы. А еще лучше – просто держать себя в руках, к этому можешь приступить прямо сейчас, а то мне и так до Горницы всю ночь гнать, – проворчал Хотен и без лишних церемоний поднял Тайку.
Попытался поднять.
В тот момент, когда он перехватил собаку поперек туловища и случайно задел мою руку, которой я машинально перебирала шерсть на ее боку, драконья тоска обрушилась на нас с такой силой, будто мы уже стояли на магистрали и пытались достучаться до Третьей. А стоило ревизору отшатнуться – как все пропало, будто и не было ничего.
Тайка спрятала морду у меня на коленях и жалобно заскулила, и я, поспешно вытерев тыльной стороной ладони выступившие слезы, затормошила ее, шепотом рассказывая, какая она умница и красавица.
Судя по подавленной физиономии Хотена, он тоже не отказался бы от аналогичной терапии.
Глава 5. Get ducks in a row
*(англ.) навести порядок, разобраться в делах
– Белян, ты далеко ушла? – спросил Лют и поспешно отодвинул переговорник от уха. Вовремя: трубка разразилась возмущенным хрипом. Особист дождался, пока градус экспрессии несколько поубавится, и опрометчиво спросил: – Можешь вернуться?
Я не выдержала и отобрала у него все еще ругающийся голосом Беляны переговорник.
– Не погуляешь с Тайкой? Недолго.
Кажется, именно с этого и следовало начинать. Возвращаться особистке, естественно, не хотелось – но одна рыжая морда всегда служила отличным аргументом.
Повторять эксперимент в присутствии Тайки я отказалась наотрез, хоть Лют и настаивал на том, что, возможно, именно собака усилила «сигнал». Хотен неожиданно поддержал меня, и особисту пришлось звонить напарнице.