— Ты в порядке? — беспокойство за парня взяло верх, заглушив другие эмоции.

— Теперь да, — он улыбается и крепко обнимает меня.

— Ты закончил на сегодня все свои дела? — я цепляю пальцами край его футболки и тяну за собой.

— Похоже, что да, — в его глазах то же желание, что и в моих.

========== 10 ==========

Пальцы Алека скользят по талии, бегут вниз, сжимая мои бедра и заставляя ускорить темпы. Я упираюсь ладонями ему в грудь, чуть надавливая ноготками, с его губ срывается стон. Мне нравится видеть его лицо затуманенное удовольствием, сводит с ума взгляд синих глаз, в которых столько страсти, желания, огня. Я выгибаюсь чуть назад, с губ срывается вдох удовольствия.

Но мне мало, внутри горит голод, острый, обжигающий голод. Алек резко переворачивает меня, оказывается сверху, проникновение становится глубже, жёстче. Я тянусь к его губам, наши языки сталкиваются, он стонет мне в губы и мир словно расплывается. Я отчётливо вижу, как сила бежит по его венам, чую запах его желания. Я делаю вдох, оплетаю руками его шею. Внутри меня что-то ликует, укол острого удовольствия затмевает разум.

«Так моя девочка! Все правильно, моя дорогая!»

Голос шепчет в моей голове, я ощущаю, как по телу разливается сила, энергия такая обжигающая, сладкая. Сильные руки Алека упираются мне в плечи, пытаются оттолкнуть, но я лишь сильнее прижимаюсь к нему. Она дурманит, сводит с ума. Голод внутри становится лишь сильнее, взгляд падает на лицо Алека. В его глазах страх, лицо посерело, опутанное мелкой сеточкой черных вен и сосудов.

«Выпей его до дна! Иссуши! Утоли свой голод, моя прекрасная малышка!»

Его страх возбуждает ещё больше, но я престаю ощущать сопротивление. Я резко поддаюсь назад, в ужасе наблюдая, как Алек падает на бок, будто сломанная кукла. Крик вырывается из меня против моей воли, коснувшись Алека, напугано отдернула руку. Он был ледяным. Я не слышала его дыхания, а сердце в груди билось все медленнее.

— Нет! Нет! — я затрясла парня за плечи. — Алек!

«Закончи. Испей его до дна! Его энергия такая сладкая, ты ведь хочешь ее всю до капли!»

— Нет! Нет! — закричала я. — Алек, умоляю!

Я почти не ощущаю его энергии. За спиной раздается грохот, но я не обращаю на него внимания. Я вскидываю руки, тянусь к Лиа-линиям. Боль обжигает, оглушает, рвет меня на части. Энергия бежит с моих пальцев к сердцу Алека. Я заставляю его забиться, разгоняя кровь по телу. Сильный удар отшвыривает меня к стене.

«Непослушный ребенок!»

Меня рвет кровью, рядом на колени падает Джейс, срывает штору, закатывает меня в нее. Но я смотрю только на Алека. Изабель помогает ему сесть на кровати, и я расслабляюсь в руках брата. Жив. Успела. Дрожь сотрясает все мое тело, в груди не хватает воздуха. Мир рассыпается на какие-то кадры. Я не слышу звуков, я словно в глубокой вязкой темноте.

Джейс несёт меня в Лазарет, одевает в свою футболку, что-то говорит, но я не могу разобрать его слов. На его лице написана паника, страх, он трясет меня за плечи. А я словно только сейчас осознаю, что только что совершила. Я чуть ли не осушила всю энергию в Алеке. Я его едва не убила. Ужас накрывает с головой, мешает думать связно. Я хватаюсь за руки Джейса, он удивлённо замирает.

— Убей, — выдыхаю я и давлюсь собственной кровь, — убей меня!

Кровь отливает от лица брата, он в ужасе отскакивает от меня, смотря на меня как на сумасшедшую. Я чувствую, как слезы бегут по лицу, но одна единственная мысль пульсирует в голове, оглушая, затмевая все. «Едва не убила того, кого люблю!» Я слышу шаги, вскидываю взгляд, и скрываюсь с кровати, вжимаясь в угол стены.

— Убери его! Убери его отсюда! — я скольжу по стене, вжимаясь в нее закрывая лицо ладонями. — Прогони его!

— Магнолия, — в голосе Алека звучит растерянность.

— Джейс, — мой голос дрожит, звенит от слез.

Джейс оказывается рядом и обнимает, я больше не могу сдерживать рыдания. Перед глазами стоит посеревшее лицо с сетью черных вен. Я чудовище, созданное Валентином. Монстр. Мне хочется просто перестать дышать, провалиться сквозь землю. Исчезнуть. Чувство вины, страха, ненависти к себе захлёстывает меня с головой.

— Отойди от нее, — я слышу голос отца над собой, руки Джейса отпускают меня, и я чувствую холод, который постепенно расползается по всему телу, — бедный мой цветочек.

Отец набрасывает мне на плечи свой пиджак, берет на руки. Я прячу лицо у него на груди, боясь даже взглянуть в лица окружающих. Я знаю, что увижу там, страх и отвращение. Я не переживу если увижу с каким омерзением будет смотреть на меня Алек. Я глотаю слезы, стараюсь сжаться ещё сильнее, раствориться в воздухе, стать незаметной.

Отец опускает меня на кровать, осторожно приподнимает руками и заглядывает мне в лицо. Я ищу в его глазах хоть каплю страха или отвращения, но в них только нежность и сожаление. Я жмурюсь, не в силах вынести этого. Он должен ненавидеть меня, должен бояться. Чудовища не достойны любви. Я отворачиваюсь, прячу взгляд.

— Покажи мне, что случилось цветочек, — тихо просит отец.

Я отрицательно трясу головой, отползаю от него в угол кровати. Сжимаясь в комок, я хочу умереть. Хочу, чтобы по моим венам перестала течь эта отравленная кровь. Хочу, чтобы мое проклятое сердце остановилось. Хочу перестать дышать, раз и навсегда. Я тварь, которая не достойна жизни после того, что совершила. Я должна умереть раньше, чем это повторится снова. Взгляд падает на канцелярский нож, что лежит на небольшом столике рядом с мольбертом.

Один надрез на шее и меньше чем за минуту вся ядовитая кровь, что в меня вливал Валентин, вытечет. Я бросаюсь к ножу, голову пронзает адская боль. Я падаю на колени, схватившись за голову. Отец медленно опускает руку, на кончиках пальцев которой гаснет магия. Я заваливают на бок не в силах пошевелиться даже пальцем. Слезы бегут по лицу, стараюсь не смотреть в глаза отца и зажмуриваюсь.

Он снова укладывает меня в кровать, накрывает одеялом и щелкает пальцами над ухом, погружая меня в сон. Но даже там я не нахожу нужного покоя. Меня преследуют видения. Я убиваю Алека. Раз за разом, выпиваю его энергию до дна. Держу его холодное тело в своих руках, а вокруг нас ещё тела. Джейс. Отец. Рафаэль. Все, кто мне дороги. А надо мной стоит довольный собой Валентин.

Кошмар отпускает меня нехотя, я медленно открываю глаза. Я все ещё в своей комнате. Откуда-то доносятся голоса. Закутавшись в одеяло, пытаюсь встать с кровати. Ноги держат плохо, и меня как будто качает из стороны в сторону. Подойдя к двери, резко распахнула ее. В гостиной Джейс, отец, Алек, Изабель. Алек тут же встаёт на ноги, в его синих глазах тревога и беспокойство и это ранит сильнее, чем, если бы там была ненависть.

— Не подходи ко мне! — я вскидываю ладонь в защитном жесте. — Я хочу, чтобы ты ушел! Сейчас же!

— Послушай, Магнолия, — Алек делает ещё один шаг ко мне, я отшатываюсь назад, — не надо так, прошу тебя!

— Я чуть тебя не убила! — мой голос дрожит, и я с трудом сдерживаю слезы. — Я чудовище, Элдэтри был прав.

— Цветочек, — отец подходит ко мне, обнимая за плечи, — ты драматизируешь.

— Я едва не осушила его! — отшатываясь отца, выдохнула я. — Едва не убила!

— Садись, — отец усадил меня в кресло, щёлкнул пальцами, и в моих руках появилась большая кружка с каким-то травяным отваром, сев на диван, коснулся моего колена, — а теперь послушай, то, что случилось не твоя вина, никто не мог знать, что такое вообще возможно. На моей памяти только один демон способен питаться сексуальной энергией.

— Лилит, — Джейс опускается передо мной на корточки, заглядывает в глаза, — похоже Валентин использовал кровь Лилит во время своих экспериментов на нас.

— Когда Валентин разрушил печать на тебе… — отец поднялся с дивана.

— Какую ещё печать? — я уставилась на отца, пытаясь понять, что вообще происходит.

— Послушай, — отец отошёл к окну, спрятал руки в карманы, — тебе было шесть, когда Рагнер Фэл привел тебя ко мне. Маленькая прекрасная малышка, моя малышка. Все, что я знал, это то, что Тесса, моя давняя подруга, нашла тебя. Спустя два года она ко мне пришла и рассказала о том, что твоя мама была Сумеречной Охотницей, но про то, кем является твой отец, она не сказала ни слова. Она так же рассказала о том, что поставила тебе печать, которая сдерживает в тебе ангельскую сущность и часть демонических сил. Но Валентин разрушил печать и твои силы пробуждаются.