— Не больно-то вы похожи на профессора, — поделилась мнением консьерж.
— Наука омолаживает, — решила вмешаться Рей. — Граф Дуку разрешил нам пожить пару дней, пока он в Париже.
Упоминание имён и мест подействовало благотворно.
— Надеюсь, вы не принесёте проблем. Двор у нас тихий…
— Конечно нет, что вы! — крикнула Рей, догоняя Бена.
Дворик был умилительный. К каждому дому ютилось по ухоженной клумбе с кипарисами, центр был выложен серой брусчаткой; всего парадных входов было шесть. Магнитным ключом Бен открыл дальнюю правую дверь. Рей еле успевала рассмотреть зелёный ковролин и выкрашенные в бежевый стены, поднимаясь по крутой лестнице на второй этаж. Железная дверь уже была приоткрыта, и, едва Рей переступила порог, Бен подхватил её на руки и прижал к стене. Вдоволь нацеловавшись, он понёс Рей в спальню и уложил на кровать.
— Нет! — вдруг решил Соло, оглядевшись.
Он перекинул смеющуюся девушку через плечо и понёс в другую комнату. Там стояла огромная круглая кровать с белоснежным покрывалом и чертовски удобным твёрдым матрасом.
====== London ======
Рей проснулась у него на плече. Было даже круче, чем она себе представляла. Соло был тёплый и удобный, его размеренное дыхание старалось убаюкать обратно, но Рей призвала силу воли и, пощекотав ресницами чуть загорелую кожу, подняла глаза к его лицу. Бен не спал.
— Ты храпишь, — с широченной улыбкой сообщил профессор.
— Ох!.. Сильно? — смутилась Рей.
— Не-а. Очень мило. — Бен погладил спину Рей рукой, на которой она лежала.
— Давно ты проснулся?
— С полчаса. — Соло мягко сопротивлялся поцелуям в ключицу. — Мне нужно освежиться.
Бен в чём мать родила ушёл в коридор, там повозился в сумке и скрылся в ванной комнате. Рей наконец осмотрелась. Интерьер спальни в лучшем случае вызывал улыбку. Лучи утреннего солнца освещали белую со светло-розовым отделку стен, лепнину на потолке и объемную люстру в стиле Прованса. Или Ренессанса — Рей в таком плохо разбиралась. Вычурные белые кресла, мраморная каминная полка с электрическим, к слову, камином, шкура полярного медведя на полу и венец творения — низкая круглая кровать с балдахином. Рей будто провела ночь в музее. Или увеличенном кукольном домике. Она выпорхнула из-под одеяла, набросила на плечи рубашку Бена и вышла в зал. Тут в бело-розовую обстановку вмешивались хай-тек-детали типа угловатых настольных ламп или минималистичных полочек на стенах, что смешило ещё больше. От голода у Рей скрутило внутренности, желудок уже начал переваривать сам себя. Было опрометчиво отказываться от ужина в пользу секса. В квартире не было еды. Левый угол зала был отведён под кухню. Холодильник пуст, в шкафчиках Рей нашла бутылку вина, капсулы для кофемашины и сахар. Бен вышел из ванны в чёрных джинсах, топлесс, с мокрыми волосами и чисто выбритым лицом, принял чашку бодрящего напитка из рук Рей, в благодарность поцеловав её в шею.
— Теперь твоя очередь в ванную.
— Со мной нельзя! — предупредила Рей.
Бен сложил бровки домиком в притворной досаде.
Они жадно поглощали уступающий стряпне Леи завтрак в ресторане на верхнем этаже небоскрёба с отличным видом на город.
— Расскажи мне про Марту, — с набитым ртом сказала Рей.
Бен сглотнул и непонимающе уставился на неё.
— Как вы познакомились?
— Мы одноклассники, — повёл плечом Соло.
— Твоя первая любовь? — не отступала Рей.
— Да нет, в детстве мы не особо общались.
Рей отпила апельсинового сока и подпёрла подбородок, приготовясь слушать. Бен медлил.
— Я не ухаживал за ней, если ты об этом. Сам не до конца понимаю, как так вышло. Не то чтобы я был в восторге, хотя она…
— Горячая штучка, — с улыбкой закончила за него Рей.
— Вроде того. Прошлым летом мы с Марком зависали в баре, она там была в компании уже изрядно пьяных мужчин, подошла поздороваться. Я тоже, мягко говоря, был не трезв. Признаться, мы с ней даже ни разу не разговаривали, всё происходило как-то само собой. Совру, если скажу, что мне не нравилось. У меня даже её номера нет. Она просто появляется в нашей компании… Вот сейчас начинаю погано себя чувствовать. — Бен поменялся в лице.
— Мне показалось, ты ей не безразличен, — предположила Рей.
— Как и Малек… И Марк.
— А-а! Но всё-таки поговори с ней.
Бен кивнул. Нежная игривость во взгляде вернулась, Рей так до конца и не могла поверить, что именно она так сильно преображает поведение профессора. Утолив голод, они в обнимку побрели к станции метро. Раньше их разница в росте не была столь ощутима, а в постели — так вообще исчезала, но во время прогулки Рей едва ли не под коленку обнимала Бена, даже на носочках ступая на тёплый асфальт. Бен остановился по требованию немедленно сделать селфи на фоне стеклянного небоскрёба, напоминающего гигантский огурец. Он снял с Рей тёмные очки, переодел на себя и отвёл руку подальше, захватывая в кадр как можно больше. Рей обняла его за шею, заставляя присесть, и прижалась губами к щеке. Потом похихикала и не отстраняясь смешно надула щёки. Фото получилось уморительным. На прогулочном кораблике они осматривали лондонские достопримечательности с воды. На корме, открытой площадке, Бен сидел на бортике, руками и ногами обнимая прислонившуюся к нему спиной Рей. Подбородок Бена покоился на её плече, иногда рукой он указывал на объект на берегу и комментировал, возвращая ладонь к девушке.
— А ты долго с парнем своим встречалась? — внезапно спросил Соло.
— Это ты в отместку за Марту спрашиваешь?
— Ага. И я, между прочим, тебе честно ответил.
— Какие мы злопамятные. — Рей потёрлась щекой о его ухо. — Уговорил. Только тогда ты тоже расскажешь про свои серьёзные отношения.
— И это я злопамятный? — посмеялся Бен.
— Его зовут Финн. Учится в параллельной группе. Спортсмен. Честно, я понятия не имею, почему он обратил на меня внимание. Серьёзно! Он встречался с черлидершами модельной внешности, а потом вдруг подкатил ко мне. Я согласилась больше от удивления, чем от симпатии. Иногда нам было даже хорошо вместе. Это длилось два месяца, он не торопился меня бросать, хотя до идеальной пары нам было далеко. Кажется, ему было со мной легко, а я наслаждалась завистью девчонок. Эгоистично, согласна. Потом я уехала, и он изменил мне с Роуз. Оказалось, он ей нравится. Не вижу смысла мешать, — грустно закончила Рей.
Следующим утром они курили на лавочке в Гайд-Парке у Кенсингтонского дворца, Рей закинула ноги на колени Бена, нежась на солнышке.
— Ты обещал рассказать про своих девушек, — напомнила Рей.
— Ревнуешь?
— Нет, мне интересно, в чьи сети я попала, — улыбнулась Рей.
— Так себе сети, — пошутил Бен. — Прямо СЕРЬЁЗНЫЕ отношения у меня были только однажды.
— С мамой знакомил?
— Да. Совместные выходные, всё такое.
— Кто она была? — заёрзала Рей.
— Её звали Фазма. Мы познакомились в университете, я был на первом курсе, она постарше. Она была просто гигантского роста!
Рей рассмеялась.
— Все парни стеснялись к ней подходить, — продолжал Соло, — хотя она была очень привлекательной: стройная, блондинка, широкая улыбка. Я бы в жизни не отважился, но она первая меня заметила, просто наши взгляды были выше голов большинства людей. Я восхищался ею. Умная, целеустремлённая, внимательная. Мама с Люком её обожали, а отец даже заигрывал, не скрываясь.
— Почему вы расстались?
Бен вздохнул.
— Мы были вместе четыре года. Я был уверен, что женюсь на ней. Она закончила учёбу и получила место помощника в казначействе, в Лондоне, что сулило отличную политическую карьеру. Фазма сказала, что уезжает и подождёт здесь, в Лондоне, год, пока я присоединюсь. А я хотел остаться в Оксфорде и стать профессором. Она знала это.
— Мне жаль, — опустила глаза Рей. — Судя по всему, вы были отличной парой… Бен!
Соло повернулся и погладил её подбородок.
— Бен, почему ты сказал, что мы не пойдём кататься на колесе обозрения?