Бьёрн предостерегающе вскрикнул – видимо, он заметил, что Ольга встала в боевую стойку и подняла меч. Яростно, с криком выдохнув, он отклонился назад и, восстановив равновесие, одной правой рукой нанес по Тени наискосок удар такой силы, что призрачная фигура будто бы сломалась пополам и отлетела к самому маяку. Теряя опаловую субстанцию, Тень коснулась оси маяка… и исчезла. На траве, в луже смешавшейся человеческой и потусторонней крови остался лежать длинный и широкий, в ладонь шириной, клинок, сквозь который просвечивала трава.

Бьёрн, не удержав равновесие, повалился на колени и вытянул обе руки вперед, чтобы опереться о землю. Меч отлетел на траву и скрестился с призрачным клинком. Ольга торопливо убрала свой меч в ножны и бросилась к Бьёрну. Упав перед ним на колени, она схватила его за плечи и заглянула в забрызганное кровью лицо.

– Теперь… ты… видела, – прохрипел Бьёрн, глядя Ольге в глаза, затем веки его опустились, и он повалился на левый бок, прижав обе руки к правому, из которого ручьем лилась кровь, образуя возмутительно красивую яркую лужицу на зелено-буром ковре взрытой ногами воинов земли.

Ольга в голос плакала от ужаса, разрывая на Бьёрне рубашку и осматривая две параллельные глубокие раны от подмышки до нижнего края ребер. Она совершенно не представляла, что ей делать, и тихо выла, как от нестерпимой боли, понимая, что каждая секунда ее растерянности и каждая капля стекающей в бурую землю крови убивают ее учителя. Она стянула футболку и изо всех сил прижала ее к ранам, но ткань мгновенно пропиталась кровью, а ведь кровоточила еще и рана на бедре. Обшарив трясущимися руками заплечный мешок Бьёрна, Ольга нашла бинты, но приподнять его, чтобы как следует перевязать туловище, у нее не хватало сил. Бьёрн оставался без сознания, лицо его приобретало все более и более землисто-серый оттенок. Ольга поняла, что все кончено, и до боли сжала кулаки.

– Где вы?.. – хрипло простонала-прорычала Ольга, садясь на пятки и поднимая глаза к небу. – Он ведь нужен вам! Вы, Четырехглазые! Мария! Помогите… – она чувствовала, как по щекам стекают горячие капли, и уже не понимала, что это – слезы или кровь. Капли падали на колени и словно бы прожигали ткань брюк и кожу насквозь.

Зажмурившись и бессильно откинув голову, Ольга подняла руки к лицу и застыла в немой молитве. Под закрытыми веками проносились лиловые вихри, сновали серебристые искры, извергались кровавые гейзеры. В ушах зашумело, вибрирующий гул налетел, как шквальный ветер, и поглотил ее сознание, милосердно подарив короткую передышку.

Очнувшись, Ольга открыла глаза и испуганно заморгала: вместо яркого солнечного дня вокруг, казалось, были серо-желтые сумерки или, скорее, тусклое искусственное освещение. Когда глаза привыкли к полумраку, Ольга первым делом нашла взглядом Бьёрна. Он так же лежал перед ней без движения, черты лица его пугающе заострились. Ольга похолодела и склонилась к нему, вслушиваясь и вглядываясь, ловя малейший намек на дыхание. Услышать она ничего не смогла, но грудь Бьёрна, как ей показалось (показалось?..), медленно и очень слабо приподнималась и опускалась.

Подняв голову и осмотревшись, Ольга отстраненно отметила (измученное сознание уже не имело сил на удивление или недоверие), что они находятся уже не на поляне под открытым небом, а в пещере с невысоким сводом, неподалеку от входа – полукруглой арки высотой около полутора метров. Стены и потолок пещеры выглядели как пористый желто-серый песчаник, а пол был усыпан сухой травой. Напротив выхода в стене пещеры зияла круглая дыра диаметром около двух метров, ведущая, судя по всему, вниз. Покосившись на Бьёрна, Ольга поднялась на ноги и шагнула к выходу из пещеры. Выглянув наружу, она отшатнулась и судорожно вцепилась в камень арки.

За порогом была пустота. Точнее, пол пещеры обрывался в пропасть. Напротив, приблизительно в километре, виднелась отвесная скала, на вершине которой лежала зеленая шапка – то ли луга, то ли лес. Немного в стороне на скале висела белая ниточка водопада. Осторожно высунув голову наружу, цепляясь за край и борясь с головокружением, Ольга обнаружила, что выглядывает из отверстия в такой же отвесной скале, а внизу – на высоте примерно пятисот метров – виднеется узкая долина, заросшая деревьями. Отступив от края пещеры, Ольга судорожно вдохнула. Как они здесь оказались? И где они оказались, если уж на то пошло? И как теперь найти помощь, если Бьёрна вообще еще можно спасти? Спуститься по этой скале она не сможет. Ни веревок, ни альпинистского снаряжения. Ни навыков, ни сил, в конце концов…

Оставался только один путь. Ольга подошла к отверстию в глубине пещеры и осторожно заглянула туда. Это, как она и предполагала, оказался вход в туннель круглого сечения, вниз вели вырубленные в камне ступени. Снова с тревогой оглянувшись на Бьёрна, она решительно шагнула на лестницу и начала спускаться. Буквально через пять шагов вокруг стало совершенно темно. Ведя рукой по стене и нащупывая ступени ногами, Ольга упрямо продолжала спуск, считая шаги. Спустя тридцать пять ступенек она почувствовала слабый запах нагретого металла и заметила, что окружающая тьма стала чуть более проницаемой. Двигаясь дальше, она вскоре начала различать ступени под ногами. Запах раскаленного металла усилился, вдобавок снизу потянуло горящим маслом и… воском и ладаном?.. Сердце Ольги гулко забилось. Еще десять ступеней, стало совсем светло – и она оказалась перед сводчатым проемом, ведущим в залитое ярким светом помещение. Не замедлившись ни на мгновение, Ольга шагнула в проем и едва не столкнулась с фигурой в черном длинном плаще и старомодной шляпе, поля которой скрывали лицо.

– Здравствуй, Белоглазая, – сказал знакомый голос. – Где твой спутник?

На ходу выхватив факел из кольца на стене, женщина быстро взбежала по ступеням к пещере. Ольга едва поспевала за ней. Увидев лежащего на полу Бьёрна, женщина, не глядя, сунула факел Ольге и без лишних слов опустилась на колени. Достав из кармана плаща короткий нож, она уверенным движением рассекла неумело наложенную, пропитанную кровью повязку и осторожно отвела бинты с ран.

– Раны сами по себе не опасны, но он потерял много крови, – в голосе женщины послышалось удивление, – наверняка порченный клинок… – она сняла с пояса небольшую сумочку и порылась в ней. – Ну, хотя бы это… – достав флакон с темно-фиолетовой жидкостью, она открутила пробку и капнула по нескольку капель на каждую рану. Далее из сумки были извлечены два маленьких мешочка, из одного женщина достала щепотку бурого порошка и посыпала раны, из другого вытянула две завивающиеся ленточки, похожие на тонкие полоски березовой коры, и ловко наклеила на рассеченную кожу. – Кровь остановили, – пробормотала женщина, – но как вернуть на место ту, что вылилась?.. – она поднялась с колен, отряхнула руки и подол плаща. – Надо перенести его в святилище, – сказала она, наклонилась и подхватила Бьёрна под мышки. – Помогай!

Ольга растерянно положила факел на землю и неуклюже ухватила Бьёрна за ноги. Женщина, пятясь спиной вперед, начала спускаться по лестнице.

В первое мгновение, войдя в проем арки, Ольга не успела ничего рассмотреть – женщина буквально вытащила ее назад в туннель. Теперь же, войдя в залитое ярким желтым светом помещение, Ольга наконец окинула его быстрым взглядом и отметила круглую форму зала, размер – метров двенадцати в окружности, рассмотрела множество факелов в кольцах на стенах, несколько скамей и что-то вроде высокого стола напротив входа.

– Сюда, – тяжело дыша, проговорила женщина, мотнув головой вправо от прохода. Собрав все силы, Ольга и хозяйка пещеры подняли Бьёрна повыше и уложили на высокую каменную скамью. Осторожно опустив голову и плечи Бьёрна на холодную гладкую поверхность камня, женщина сразу же наклонилась проверить повязку на ранах. Убедившись, что кровотечение не возобновилось, она удовлетворенно вздохнула и опустилась на соседнюю скамью.

– Что произошло? – строго спросила она.