В первом небольшом помещении, где накануне был Венедикт с убитым ученым секретарем, все вокруг было залито кровью. На полу в неудобной позе лежал пожилой мужчина. Его пиджак валялся на полу в нескольких шагах от тела. Голубая рубашка, в которой ученый был на встрече с ним вчера, была вся разорвана и залита кровью. Труп был окружен криминалистами. Чуть в сторонке стоял и нервно курил Верещагин.

Поздоровавшись негромко с присутствующими криминалистами и начальником отдела полиции, Венедикт с Алексеем встали несколько в стороне от места преступления. Сосредоточенно наблюдая за действиями бригады криминалистов, Венедикт время от времени внимательно осматривал все вокруг, бросая иногда взгляд то на копошащихся у трупа криминалистов, то на что-нибудь в комнате, то на труп, лежащий в луже крови.

После продолжительного времени, криминалисты разрешили подойти к трупу Венедикту. Детектив встал на колени рядом с телом и начал внимательно рассматривать труп. Пальцы его были переломаны. Венедикт задрал штанины. Коленные чашечки были разбиты. Среди месива крови и плоти торчали обломки костей. Рядом валялся молоток, которым, вероятно, истязали несчастного.

- Антон Павлович, - Венедикт, не поднимаясь, поднял голову и взглянул на молчаливо стоящего рядом Верещагина, - по всему видно, что человека изощренно пытали, пытаясь получить у него какие-то сведения. - Венедикт на несколько мгновений задумался. - И я даже догадываюсь, о каких сведениях идет речь. Надеюсь, я не ошибаюсь.

- Ну, вот! Явился мистический детектив Струкачев и все сразу же стало становиться на свои места. А мы-то простые смертные полицейские ломаем тут головы, чего потребовалось кому-то от простого научного работника нашего провинциального музея? И что бы мы делали без тебя? А мы можем узнать, о каких сведениях идет речь? В конце концов ты являешься свидетелем этого преступления. А если быть совсем уж точным и откровенным - первым подозреваемым в убийстве, - мрачно спросил Верещагин, пытливым взглядом осматривая залитое кровью место пытки. - В твоих интересах сразу же расколоться.

Венедикт с удивлением взглянул на Верещагин.

- Вы это серьезно, Антон Павлович? - поднимаясь с пола поинтересовался Венедикт.

- Хорошо, хорошо. Считай, что я пошутил. Я тебя уже давно знаю и надеюсь, что это не ты прикончил несчастного старика. Но все, что ты знаешь ты должен мне откровенно рассказать.

- Спасибо, Антон Павлович, за оказанное мне высокое доверие. Я уж хотел звонить своей дочери, чтобы она привезла мне сменные подштанники.

- Не тяни резину, Венедикт. Мне что-то совсем не до шуток сейчас. Выкладывай давай все как на духу и уматывайся отсюда. У меня совсем мало времени.

- Я постараюсь коротенько, Антон Павлович, - Венедикт с усмешкой взглянул на Верещагина, который нервно курил одну сигарету за другой. - Если я не ошибаюсь, то преступник или преступники хотят узнать все сведения о нефритовой чаше. Но это побочные сведения. Преступник и сам знает много о ней. А вот сведения о том, кто еще интересуется о чаше для него значительно интереснее. И ее местоположение. Как говорится, противника нужно знать в лицо. К сожалению, теперь он знает, что чашей интересуется некий частный детектив.

- То есть, ты хочешь сказать, что этот законно непослушный гражданин теперь знает, что чашей интересуешься ты? - Верещагин бросил очередной окурок на пол и ожесточенно растер его. - А, следовательно, твоя жизнь теперь не стоит и пачки сигарет? И о какой нефритовой чаше идет речь?

- Можно сказать и так, - Венедикт, встал с колен и, наклонившись, отряхнул пыль с брюк. - А чаша... Я просто не успел вам сообщить о том, что у меня новое дело. Дело касается пропажи отца моей клиентки. Он ученый и занимается поисками легендарной нефритовой чаши. Эта чаша замечательна тем, что изготовлена она в незапамятные времена неизвестными мастерами. Но самая большая ее ценность заключается в том, что она обеспечивает бессмертие человеку, испившему воды из нее.

- Это что, снова мистика?

- Если я не ошибаюсь, то да. Я склонен верить своей клиентке, поскольку, как вы знаете, в своей жизни я сталкивался с подобными вещами.

- Знаю, знаю, - заворчал Верещагин. У тебя все связано с мистикой. Спасибо, что ты назвал нам причину преступления. Буду тебе бесконечно благодарен, если ты мне назовешь и фамилию преступника?

- Антон Павлович, должен вас огорчить, но фамилии преступника я не знаю. Но клятвенно обещаю, если я ее узнаю, я тотчас же сообщу ее вам.

- Жаль, я так на тебя надеялся, - Верещагин достал очередную сигарету и, несколько раз нервно щелкнув зажигалкой, с трудом закурил. - Но, сам понимаешь, работаем с тобой, как всегда. Ты занимаешься поисками этой замечательной чаши и пропавшего мужчины. А мы будем искать преступника. Мешать тебе в твоем деле не буду, а понадобится помощь, обращайся. - Верещагин на мгновение задумался. - Венедикт, мне тут пришла в голову своевременная мысль, что, кроме твоей жизни, опасности подвергаются еще два человека, если я не ошибаюсь.

- Вы не ошибаетесь, Антон Павлович. Поэтому, предвидя это, я и увезу их в гостиницу. Но их придется сегодня же забрать оттуда и переселить в другое, более надежное, место.

- Венедикт, так может моя полиция займется охраной твоих девушек?

- Ни в коем случае. Чем больше народа будет задействовано в этом процессе, тем больше вероятность, что преступник нас вычислит.

- Венедикт, тогда у меня другое предложение. Моя жена будет рада вас принять. А на всякий случай я вам выделю для охраны знакомого тебе старшего лейтенанта Корнилова. С ним ты уже знаком. Помнишь?

- Да разве такое забудешь? Спасибо, Антон Павлович. Я вам сообщу, когда потребуется ваша помощь. Пойдем, Алексей. Антон Павлович меня пока отпускает. А будущее покажет, что да как.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ТРЕТЬЯ

Детективы вышли из музея, несколько подавленные увиденной картиной. На улице было солнечно и жарко. Мужчины отошли в тенек. Алексей достал сигарету и закурил. Венедикт с тоской смотрел на курящего товарища. Чтобы отвлечься от этой раздражающей его картины, Венедикт сообщил другу:

- Алексей, теперь заедем в офис, заберем Полину Алексеевну и Александровну и съездим домой к Романовским. И мне кажется, что там мы увидим не менее удручающую картину.

"Лексус" мягко подкатил к воротам старого дома. Следом за ним почти бесшумно двигалась "Тойота". Венедикт заглушил двигатель. Их поглотила тишина. Несколько мгновений присутствующие молчали. Хлопнула дверь "тойоты". К ним подошел Алексей и сел на заднее сиденье.

- Ну, что ж, - бодро проговорил Венедикт, после взаимного представления Полины и Алексея. - Девушки посидят в машине, а мы с Алексеем сходим в дом. Посмотрим, что там и как.

- Ну что там может быть? Это же мой дом. Я в нем родилась и выросла.

- Вот и прекрасно, Полина Алексеевна, - спокойным голосом проговорил Венедикт. - Надеюсь, что там ничего криминального нет. Но на всякий случай вы посидите здесь, пока мы вас не позовем. Леша, пошли!

Детективы вылезли из машины. Струкачев заглянул в салон.

- Не скучайте, девочки. Мы скоро вернемся. Полина Алексеевка, можно у вас взять ключ от дома? Не ломать же нам замок при его наличии.

Полина протянула ключ.

- Венедикт Игоревич, ключ немного заедает, - смущенно пробормотала женщина. - Все никак не могла собраться поменять замок.

- Разберемся, - Венедикт протянул ключ другу.

Друзья подошли к дому и остановились на крыльце.

- Что-то мне здесь не очень нравится. Я чувствую, что здесь что-то произошло. И произошло что-то очень криминальное, - задумчиво произнес Венедикт, стоя у дверей.

- Произошло там что-то или нет, а заходить в дом надо, - философски спокойно произнес Алексей, отодвигая плечом друга и вставляя ключ в замок. - Сейчас мы откроем дверь и нам все станет ясно.