Так хочется просто почувствовать его рядом. Уткнуться носом в изгиб его шеи и вдохнуть свежий травяной запах. Немного расслабиться от ощущения его близости.
Я тут же вскочил с кровати и побежал к шкафу. На одной из полок я положил те вещи, что омега забыл в своей квартире. Взяв одну из футболок, я вдохнул ее аромат.
«…тот самый запах. » — разнеслось в моем сознание.
В очередной раз перебравшись на кровать, я обнял тонкую узкую ткань. Почувствовав долгожданную, желанную легкость и умиротворение я наконец-то спокойно уснул.
Pov Автор.
На следующий день Бернард смог проснуться только к обеду. На телефоне было несколько пропущенных от отцов, но разговаривать с ними ему сейчас не хотелось. Ведь Берн прекрасно знаю о чем пойдет речь. Мужчина совсем не горел желанием слушать их поучения и снова чувствовать свою вину. Он и без того прекрасно осознает ее.
Вместо этого альфа решил еще раз попытаться пробиться к своему омеге.
Напялив на себя первые попавшиеся джинсы и какую-то старую футболку с мультяшным роботом, Брайс выскочил на улицу. Запрыгнув в машину, он завел мотор и надавил по газам.
До «Уинстона» Бернард добрался меньше чем за пол часа. Удивительно, что при это никто не был убит. Выбравшись из машины, он сразу направился к входу, не обращая ни на кого внимания. Даже когда одной ногой мужчина угодил в лужу, продолжил также спокойно, целенаправленно идти.
Омеги-продавцы пытались было состроить глазки привлекательному покупателю, но он беспрестанно высматривал кого-то. Принюхивался и шел на запах.
В молочном отделе Берн озяб и, наконец-то, перестал походить на безэмоциональную машину. Обняв себя руками, растирал кожу на замерзших конечностях. Там-то он и нашел Яна, что, не заметив его, расставлял бутылки с питьевым йогуртом.
— Ян, — грозно послышалось из-за спины брюнета.
Парень обернулся и, узнав обладателя голоса, сжал нивчем неповинную бутылку так, что она чуть было не лопнула.
— Чего тебе здесь надо? — прочти с рыком спросил он.
— Скажи мне, где сейчас Элион? Нет. Лучше позови его. Нам надо поговорить. — настойчиво говорил альфа.
— Ни-за-что! — четко парировал омега.
В глазах Марвина читалась явная неприязнь. Брайс начинал закипать. Ян, не желая больше вести беседу, хотел было уйти, но мужчина не дал ему это сделать, схватив за руку.
— И почему это? — с полу-рыком спросил он, чувствуя весь негатив в свою сторону.
Толпа зевак уже собралась вокруг ссорившейся парочки. Сотрудники перешептывались, считая что наблюдают на разборками любовников, а рядовые посетители негодовали. А менеджер, заметив неразбериху, погрозил Яну.
— Давай поговорим на улице, — почти шепотом произнес он и потащил не сопротивляющегося альфу к выходу.
Зайдя в переулок за зданием, Марвин отпустил Берна. Тот тут же затормозил и решил скорее перейти к делу.
— Так что? Почему ты не хочешь мне помочь?
— Да потому, что ты причинил ему боль! Я не дам тебе еще раз подступиться к Элу! — оппонент переходил на крик. — Ни за что не дам даже руки его коснуться!
Бернард изумленно замер. До него начала доходить вся картина происходящего.
— Вот только не говори мне, что ты…
— Да, я люблю его! — Ян не дал закончить, но подтвердил предположение Брайса. — Люблю и поэтому защищу от тебя!
— Защитишь? Да что ты можешь ему дать? К тому же ты слабый омега, — вчерашний пыл вновь дал о себе знать.
— Я окружу его любовью, заставлю полюбить себя. И с чего ты взял, что я слабее тебя? — с вызовом спросил парень.
Бернард только усмехнулся, закатывая рукава. Поняв намек, Марвин снял с себя форменный жилет и приготовился атаковать.
Pov Элион.
Половину вчерашней ночи я практиковался в писательстве. Поэтому под моими глазами весь день красовались серо-синие синяки. Надо сказать, что получалось у меня крайне паршиво. Еще бы, столько времени не брался за «перо». Все, что было написано мной, больше походило на сочинение первоклассника. Но так просто я не сдался.
Пока было свободное время на работе, настрочил то, что посчитал более-менее сносным в одной старой тетрадке, где иногда приходилось делать расчеты и, придя домой, уже успел отправить.
Было уже восемь, а Яна все не было. Когда он написал мне, не ждать и идти одному, я нисколько не переживал. Такой, как он не пропадет, но сейчас тревога закралась в мой разум. И как некстати именно в тот день, когда я решил наконец выдать ему свой вердикт, относительно наших отношений.
Сидя у себя в подсобке, я все же решился. Не хочу больше мучить ни его, ни себя. Окончательно поставлю точку в этом вопросе. Ведь я правда не могу встречаться с ним. Сердце не хочет этого. Душа рвется к Бернарду, но и с ним я быть не могу.
Что бы не говорил друг, все-таки ждать ответа на такой вопрос — больно и томительно. Чем дольше молчание, тем хуже. Конечно, иногда кажется, что лучше уж тянуть с таким до последнего. Но тогда в момент истины станет невыносимо плохо.
Не находя себе места, я наворачивал круги по узкому холлу. Крис посмеялся надо мной, сказав, что нервничаю зря. Вот только я к такому не привык.
Неожиданно дверь открылась и ввалился мой приятель. Его лицо было неплохо разукрашено. Под глазом красовался синяк, губа разбита, а на щеке ссадина.
— Кто это тебя так? — испуганно спросил я.
Ян не хотел говорить сначала. Потом он попросил меня выйти с ним на болко и уже там поднял на меня глаза и нехотя прошептал:
«Бернард».
Я не верил своим ушам. Неужели Брайс правда не тот человек, за которого выдавал себя? Ведь я считал его таким добрым и безобидным. Эдаким огромным плюшевым мишкой.
Опешив, я прижался спиной к стене и осел на стул, что стоял в углу.
— За что? — язык еле шевелился.
Омега вздохнул.
— С тобой поговорить хотел, но я не пустил.
«Из-за меня, » — пронеслось в сознание, я опустил глаза в пол.
— Зря, нам в правду стоит поговорить.
«Соберись, Элион, » — сказал я себе. — «ты видишь, к чему привело твое молчание, так что больше не медли».
— Ян, — обратился я к нему, когда парень достал сигарету. — я должен тебе сказать, — было как-то неловко, неуютно.
Набрав в легкие побольше воздуха, я на одном дыхание выпалил:
«Прости, но я не смогу встречаться с тобой.»
В душе все смешалось. Одновременно стало легко и тягостно. Как-то мерзко и спокойно. Непередаваемое чувство. Когда сбросил с себя оковы, но при этом сделал больно тому, кто дорог.
Ян же склонив голову вниз сделал очередную затяжку. Мне казалось, что он плакал. Но я не мог позволить себе даже дотронуться до него, чтобы утешить.
— Не то, что ты мне совсем не нравишься, — решился я пояснить. — Просто для меня ты, как брат. Как член семьи. Сердце не екает от прикосновений и слов. Боюсь, что такого никогда не будет…
— А от Бернарда екает? — с грустью спросил он.
Я промолчал. Тогда снова заговорил Марвин.
— Но ведь, ты все равно останешься рядом со мной, даже как друг?
— Если ты сам мне позволишь, — слишком тяжко говорить об этом.
Друг повернувшись ко мне улыбнулся и сказал:
« Элион, я правда хочу остаться рядом с тобой, даже если не возлюбленным, то другом».
— Это больно, — констатировал я.
— Переживу, — он выкинул один окурок. — Зайди лучше в квартиру — простынешь. А для ребенка это вредно.
Я послушно зашел домой, оставив приятеля одного. Понимаю, что это ему сейчас и правда нужно.
Pov Автор.
Ян закурив в очередной раз, смотрел куда-то вниз, на безлюдную улицу. Сердце неистово болело в груди, но он давил в себе слезы. Прогнать и забыть — был лучший для него вариант, только омега никогда бы так не поступил с дорогим человеком.
Лучше оставаться рядом, несмотря ни на что. Пусть это и глупо. Пусть это и тяжело.
— Эй, — послышалось сверху.
Марвин поднял глаза и увидел, что на балконе выше, курил Лу. Он, очевидно, был свидетелем всей этой сцены.