Ну а что, раз уж дочь барона, могу ведь по праву именоваться леди.
– Приятно познакомиться, леди, – на руке запечатлели поцелуй, отчего я покрылась румянцем стеснения.
– Ни разу не видел столь очаровательную гостью у дядюшки? Вы, наверное…
– Я невеста виконта Нарвано, – поспешила сообщить, как и спрятать руки за спину. – Прибыла только сегодня.
Наверное, тень, мелькнувшая на благородном лице Ольдо, мне только показалась, потому, как барон тут же одарил меня улыбкой. Ни снисходительной, как граф, ни вызывающе откровенной как его сын, кузен жениха улыбался открыто и добродушно. Я даже на миг пожалела, что так поспешно вытащила ладонь из его пальцев. Впрочем, сразу же одернула себя, не дело это заглядываться на родственника будущего мужа.
– Барон, – опустила глаза к полу. – Понимаете, я…
И замялась, не зная, как объяснить Ольдо тот факт, что меня, в общем-то, бросили на произвол судьбы. Однако новый знакомец без объяснений пришел на выручку.
– Понимаю, вы гуляли и немного заблудились?
Я судорожно кивнула.
– Что и немудрено. В здешних коридорах и я хорошо так поблуждал в детстве.
Ольдо рассмеялся. Я подозрительно глянула на него исподлобья, но насмешки не увидела. Взгляд барона блуждал, скорей всего, он просто вспомнил один из забавных случаев из своего детства. Впрочем, предавался воспоминаниям он недолго.
– Что ж, леди, вы позволите вас проводить? Я как раз шел на встречу с дядей, уверен, нам будет по пути, – он галантно предложил руку.
Я мучительно долго соображала, но все же решила помощь принять. А вдруг в этих коридорах никого больше не встречу? Так и буду блуждать, пока по-настоящему не превращусь в Призрачную Деву.
От барона шло приятное тепло, я согрелась и стала вновь с интересом смотреть по сторонам. Так, не торопясь, мы вновь преодолели зал с оружием и свернули в один из побочных коридоров, который я не заметила, когда шла одна. После спустились на два пролета вниз и выбрались на центральную галерею. По галерее сновали слуги, горели магические светильники и, главное, здесь было тепло.
– Леди, вы сориентировались? Узнали место? – спросил Ольдо.
Я неопределенно пожала плечами.
– В каких покоях вас поселили?
И на этот вопрос у меня не было ответа.
– Понятно, – кивнул сам себе барон. – Будьте добры, леди Айя, отдохните вот здесь.
Он довел меня до небольшой комнаты, уставленной креслами и мягкими диванчиками, и со всей осторожностью усадил в одно из кресел. Я тут же утонула в его приятной мягкости.
– Никуда не уходите, леди. Я скоро.
А после развернулся и унесся в неизвестном направлении. Некоторое время я беспокойно ерзала, выглядывала барона в проеме двери, в нетерпении кусая губы. Затем нервничать и переживать мне надоело. Смысл волноваться, когда так вкусно пахло ягодными пирожками, а в кресле было удобно и тепло. Я облокотилась на спинку и закрыла глаза, обещая самой себе, что ни за что не усну, отдохну, и только. Да не сумела, поддалась зову сна и, убаюканная голосами слуг, уснула.
– Леди, – кто-то аккуратно дотронулся до руки. – Леди Айя.
Просыпаться категорически не хотелось. Во сне никто не принуждал меня к браку, не унижал и не обижал. Я бегала с сестрой по васильковому полю и была невероятно счастлива.
– Леди.
Некто осмелел и прикоснулся к лицу. Провел пальцами от подбородка до виска, огладил волосы, чуть сжал плечо.
– Леди, вам нужно просыпаться.
– Уйдите, не мешайте, – простонала я, сбрасывая чужую руку. – Приходите позже.
– Хорошо, леди, – в смутно знакомом голосе послышался смешок. – Раз вы не можете проснуться, мне придется нести вас до комнаты на руках.
В одурманенном сном мозгу началась работа. Извилины со скрипом зашевелились, и мне, наконец, удалось открыть глаза.
Рядом стоял барон, смотрел на меня и улыбался.
Помоги Всесветлая! Я едва не опозорилась. Сколько было бы разговоров у слуг, видевших как в первый же день невесту одного брата, тащил на руках другой брат.
– Пришли в себя? – спросил он.
Кивнула, вновь ощущая, как покраснели щеки.
– Что ж, могу сообщить вам, леди, хорошую весть. Мне все-таки удалось узнать, где вас разместили: в сиреневой гостевой. И знайте, это было невероятно сложно.
Он вновь улыбнулся, я ответила. Не ответить было просто невозможно. Ольдо весьма располагал к взаимности.
– Я в неисполнимом долгу перед вами, барон, – сказала хрипловатым ото сна голосом. – Прошу вас о последней услуге.
– Ради вас, что угодно, госпожа, – Ольдо вновь приложился к ручке.
– Без вас я не сумею отыскать сиреневую гостиную и опять заплутаю в здешних коридорах, – чувствуя себя донельзя глупо, объяснила я. – А слуги здесь имеют свойство пропадать в самый неподходящий момент.
Барон буквально расцвел и с жаром принялся убеждать, что моя просьба – сущий пустяк. Помог подняться и снова предложил руку. Я то краснела, то бледнела, но за его локоть держалась крепко. Оказалось, покои располагались на том же этаже, только в правом крыле. Мне и нужно было, что пройти прямо до самого конца коридора. Там возле двери топталась служанка, мое появление она встретила с криками радости.
– Вот мы и на месте, – в голосе Ольдо я услышала печаль. – Я выполнил свой долг, теперь невесте моего кузена ничего не угрожает.
Напоминание о женихе моментально испортило настроение, я натянуто улыбнулась и поспешила расстаться с бароном. Тот не удерживал, лишь пожелал удачного дня, да взглянул на меня тоскливо. Тоску во взгляде Ольдо я списала на свое разыгравшееся воображение.
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
Айя Майлини
Вещи прибыли в комнату раньше меня и уже были разложены расторопной служанкой. В том числе и платье: роскошное, но нелюбимое. Лежало подготовленным на кровати, поджидало своего часа. В нем я казалась себе неживой, кукольной, ненастоящей, фарфоровой статуэткой из отцовской коллекции.
– Простите, леди, – служанка была не только расторопна, но и умна. Вмиг заметила недовольство, хотя я только и позволила себе, что чуть поморщиться. – Его сиятельство велел подготовить вас к ужину. Я имела смелость подобрать платье. Времени-то осталось всего ничего, а еще лекарь, когда же вам все успеть.
– Я понимаю…эм…
– Виви, леди, – подсказала служанка – юная симпатичная мисс, возраста моей сестры.
– Виви… хороший выбор. Спасибо тебе.
Девчушка вспыхнула от похвалы, но тут же сделала вид серьезный, донельзя деловой.
– Вы не переживайте, леди, мы все успеем. Вы будете самой очаровательной на ужине, самой яркой и красивой.
Я только головой покачала, девчонка ойкнула и прикусила говорливый язычок. Впрочем, ее хватило ненадолго, спустя полчаса она уже вовсю болтала. Но дело свое Виви знала хорошо, к приходу лекаря я успела не только принять ванну и перекусить, но даже осмотреться.
Почему сиреневая гостевая называлась сиреневой, так и не поняла. В оформлении комнат этот цвет не использовался, букетиков сирени я тоже не видела. Виви на вопрос только пожала плечами. Ее подобное никогда не интересовало, да и служила в замке она совсем недавно, с месяц не более. Впрочем, а не все ли равно, как сказала Виви, после свадьбы мне придется занять покои, специально приготовленные для супруги виконта Нарвано.
Лекаря – тучного лысого мужчину лет пятидесяти – я встретила в халате и с мокрыми волосами. Тому, правда, до моего внешнего вида дела не было, его волновал только один вопрос: сможет ли будущая виконтесса родить мужу детей и желательно побольше? Он был готов начать осмотр прямо на пороге, заявив властным голосом:
– Ну-с, раздевайтесь, милочка.
Я опешила. Беспомощно оглянулась на Виви, та виновато пожала плечами. Я снова взглянула на лекаря.
– Леди, мне нужно звать вашего жениха, чтобы он помог вам с халатом? – он возмущенно поднял брови. – Меня, знаете ли, еще граф ожидает. Его сиятельство, надо полагать, огромным терпением не отличается.