Литмир - Электронная Библиотека
A
A

Изумрудные волны

Глава 1. Балы, ракушки и берега

Водоросль в темно-коричневой высокой вазе тоскливо качалась из стороны в сторону, поддаваясь течению воды.

— Дочь, не грусти, а посмотри лучше, как хорошо сегодня выглядит Мириэтта. И какие у неё чудесные бусы из желтого жемчуга…

Лицо русалки, произносившей эту фразу, было серьезным и величественным, словно у королевы, каковой та и являлась. Ее высокая прическа, казалось, не страшилась воды или танцующих неподалеку пар… Русалочка же, изредка взмахивающая хвостом рядом с ней, хмурилась. Ее волосы — такие же, как у королевы, беспорядочно плавали за спиной, и их не спасали даже нити из золотых ракушек, вплетенных в прическу.

— О да, необычайно хорошо, — отозвалась говорившая недовольно. Мириэтта, старая русалка с противным характером и не менее противным писклявым голосом, которая сейчас как раз чему-то возмущалась, усиленно жестикулируя руками, ей до ужаса не нравилась, пусть на ней будет хоть десяток бус с жемчугами самых различных цветов.

Русалка откинула прядь волос, коснувшуюся щеки, за спину. Она не грустила: ей просто было скучно. Немного.

— А Фидиор! До невозможности чудесный представитель нашего народа и достойный житель королевства, — произнесла королева, хвост которой благодаря светлячкам, плавающим в воде, отливал золотом ещё ярче, чем обычно.

— Да, мам, необычайно чудесный представитель, где только берут таких, — согласилась её дочка с язвительностью, легко читаемой в насыщенных зеленых глазах. Фидиор ей не нравился. Он — тот ещё зазнайка: только и умеет, что махать хвостом во все стороны.

— А какой у него замечательный отец! Очень умный, образованный и вежливый. Высокую должность занимает. И сын, видно, в него пойдет. Ты не рассматриваешь Фидиора, как своего будущего жениха? Я думаю, он был бы неплохой парой для тебя. Подумай над моими словами, Велесса. И…

— Мама! — воскликнула Велесса. Терпение у неё начинало заканчиваться, и она боялась наговорить лишнего, как это часто случалось. — Я сплаваю к Тимиру.

Велесса не стала дожидаться ответа, развернулась и, проплывая мимо гостей и кивая им, направилась к своему другу. Находиться с матерью, слушать её бульканье о том, как прекрасны гости на балу в Подводном дворце, а в особенности — русалы, что способны стать отличной парой Велессы, у самой Велессы уже не было сил.

Надоело. Эти балы, которые в последнее время стали проводиться иногда чаще двух раз в сто двадцать приливов и на которых Велесса должна присутствовать целыми приливами и бесконечно стоять с матерью, королевой Подводного королевства, давно начали её утомлять. Утомляли ее и гости, которым приходилось любезно улыбаться, и похожие водоросли в одинаковых вазах, и бусы из жемчуга — одни чуднее других. Велесса с радостью не посещала бы балы, дайся ей такая возможность; но разве принцесса, будущая Подводная королева, может пропускать такие мероприятия?

Тимир, давний друг Велессы, находился тут же, в бальной зале, украшенной вазами, водорослями и ракушками, заставленной столиками с закусками и освещенной мелкими желтыми светлячками. Он стоял в окружении двух очаровательных русалок, хвост одной из которых был синим, а другой — розовым, и по какой-то причине радостно смеялся. Тимир всегда улыбался так, что никто не мог сопротивляться этой улыбке, и потому русалки веселились вместе с ним. Велессе же, наоборот, захотелось загрустить. На этот раз — по-настоящему.

Она возмутилась, хоть и не показывала это внешне. И не может Тимир хотя бы сотую часть прилива побыть один, что ли? Особенно сейчас, когда Велессе так хочется кому-нибудь пожаловаться. Она уже устала жаловаться мысленно…

Заметив подплывающую Велессу, по пути отдающую гостям кивки, Тимир воскликнул:

— Велли! Давай к нам.

Как будто она плыла не к ним, подумала Велесса.

Радушное приглашение Тимира услышала одна из окружавших его русалок, Лимира, розовохвостая, черноволосая, с ниткой коралловых ракушек в волосах. Велесса считала ее очень самовлюбленной представительницей русалок, и в этом отношении Лимира отвечала ей взаимностью. Заметив Велессу, русалка не стала скрывать своей неприязни: она скривилась и протянула:

— Кого я вижу…

— И я очень рада повстречать тебя, — соврала Велесса.

— Я так и подумала. Слушайте, у меня идея. Тимир, — она произнесла имя медленно и соблазнительно, — ты пока с Велессой пообщаешься, ладно? Как Золотой Карасик вернется к мамочке, я приплыву обратно. Просто мне из-за ее радости от встречи глаза режет…

«Можешь не приплывать. Глаза ей режет, видите ли. Да тебя вообще сюда никто не приглашал!» — мстительно отметила Велесса, а вслух произнесла доброжелательно:

— Смотри, не растеряй по дороге чешуйки, Лимира! — Сама Лимира недовольно поджала пухлые губы ярко-розового цвета и, развернувшись, поплыла прочь. Надо же, даже избавляться от нее не пришлось… Велесса повернулась к гостям Подводного дворца и произнесла с улыбкой: — Добрый вечер, Тимир, добрый вечер, Ниллена. Как вам у нас нравится?

Последний вопрос, заданный Велессой, являлся традиционным, тем самым, который хозяева обязательно должны были задать своим гостям. Мама с самого детства говорила, что спрашивать его — правильно и культурно, и эта маленькая истина прочно поселилась в голове Подводной принцессы.

— Добрый вечер, Велесса, — Ниллена улыбнулась: улыбка ее была искренней, а глаза, хоть и имели серый цвет, лучились теплом. Русалка сразу располагала к себе и наверняка умела этим пользоваться. До этого Ниллена с Велессой встречались всего пару раз, и те мимоплавом. Будь Велесса простой русалкой, её имя Ниллена точно бы не запомнила. А Подводная принцесса обязывалась знать имена всех своих будущих подданных. — Мне необычайно у вас нравится. Так красиво вокруг, все эти украшения…

— Благодарю, — Велесса кивнула. — Мы стараемся.

К этому балу, как и ко всем прочим, залу изысканно и со вкусом украсили лучшими подводными ценителями красоты: здесь виднелись и зелено-синие композиции из водорослей, и панно из ракушек, сложенные в форме подводных существ, и морские светлячки, новейшее изобретение подводных ученых. На темно-коричневых столиках с ножками в виде щупальцев осьминога стояли различные угощения, приготовления которых начались ещё шесть приливов назад.

Все это, конечно, казалось великолепным. Особенно тогда, когда виделось впервые. Но после многократных повторений вся эта красота стала какой-то обыденной, что ли… Так считала Велесса. Для гостей, которые посещали балы выборочно, новое панно, конечно, являлось чем-то удивительным.

— Пирожные из ламинарии — вообще чудесные! — с восхищением произнесла Ниллена. Она всплеснула руками, не в силах выразить эмоции словом. — Где вы их берете?

— Это фирменный рецепт нашего повара, которым он ни с кем не собирается делиться, — произнося заученный ответ, Велесса пожала плечами.

Эти ответы она знала наизусть ещё тысячу приливов назад и могла по памяти произнести их даже среди ночи.

— И я, как приближенный к королевской семье, могу постоянно питаться одними ими, — вступил в разговор Тимир, до того просто наблюдавший за разговором русалок с некоторой несерьезностью и дурашливостью. — Эй, Велли, ты почему такая печальная?

И что её настроение никому не дает покоя?

— Устала, — Велесса скромно улыбнулась, и, когда Ниллена отвернулась, с недовольством посмотрела на Тимира. Это же какую наглость надо иметь, чтобы назвать Подводную принцессу «Велли» целых два раз, к тому же перед гостями? Это недопустимо, даже несмотря на то, что Тимир «приближенный к королевской семье»! Вернее, нет, не так чтобы недопустимо — в законах это, все-таки, никто не прописал. Но все равно это звучит очень-очень некультурно. Что могут подумать о Велессе?

Тимир подмигнул подруге, явно не собираясь исправляться. Благодаря светлячкам его волосы обрели серебристый оттенок, отметила вдруг Велесса. Он поинтересовался с самым безразличным видом:

1
{"b":"599553","o":1}