Он живет.

Ровно до того момента, пока кто-то не прикладывает к его носу влажную, плохо пахнущую тряпку.

Локи даже не успевает отбиться. Сознание меркнет.

+++

Первое, что он видит, открыв глаза — неизвестный потолок неизвестной машины. Попытка сесть заканчивается провалом. Все вокруг отправляется в полет, он отправляется назад на сиденье.

Тут же засыпает.

Очнувшись второй раз, действует более разумно. Приподнимается медленно, неспешно. Пытается найти телефон, находит бутылку с водой.

Сухой язык наждаком режет небо. Он пьет, будто заплутавший в пустыне.

Оглядевшись, понимает, что авто явно было взято на прокат. Также понимает, что через дорогу от него дом Одинсонов.

Вернувшись в лежачее положение, продолжает искать мобильник. Тот где-то​ в ногах. Где-то чуть выше его голых пустых щиколоток.

Информация о том, что он нарушил домашний арест, не вызывает эмоций. Все его эмоции остались там, на лесной вписке в доме на балках.

Дотянувшись, наконец, до мобильника, Локи тут же находит с миллиард непринятых звонков и с триллион сообщений. Не тратя время попусту, он заходит в электронную почту.

Возможно, у него похмелье. Еще более возможно, что позавчера, — да-да, вечеринка была именно позавчера, — его до отвалу накормили дурью.

Однако, Локи все же не идиот. Это подстава, и он понимает это сразу.

Электронная почта тоже завалена письма, но одно из последних явно с неизвестного адреса. Так всего пара слов и куча фотографий, видео.

«Будь хорошим мальчиком, иначе это будет в сети.»

Ну, конечно. Как прозаично.

Он доверился ей. Она его предала.

Это уже не удивляет, не пугает и совершенно не причиняет боли. Вокруг него всегда были одни предатели.

Все фото, что он видит — чистый оригинал. Тут и куски его дикого танца, тут и он, целующийся с Дарси…

В какой-то, — определенно большей, — степени, ему нет дела до того, кто, куда, как и зачем сольет это в интернет, однако… Теперь он замечает этот тревожный узел. Да, пора бы, черт побери.

Ему все еще все равно и по боку, кто может увидеть эти фото, но… Все же кое-кому их лучше не видеть никогда. И дело не в танце. Дело не в дури. Дело в компании.

Мальчишка действительно не знает, как вообще мог поцеловать Дарси. Это же дикость. Бред. Иллюзия.

Вздохнув, протерев глаза, он переворачивается на живот и пытается сосредоточиться. Сейчас бы ему не помешал активированный уголь или несколько литров воды/зеленого чая, только бы вывести весь шлак из организма. Сейчас бы ему не помешал покой и здоровый долгий сон.

Только вот смысл мечтать об этом?.. Он нарушил закон, потерял устройство слежения… Как только переступит порог дома, «родители» обязаны будут вызвать полицию, а затем его загребут. Отправят в вытрезвитель или обезьянник. Задержат на сотню суток.

Локи вздыхает и набирает давно заученный номер. Лениво царапает тканевую обивку сиденья, пока ждет ответа.

Раз уж у него нет способа спастись от копов, почему не сделать все еще хуже?.. Почему бы не сделать все настолько плохо, чтобы стало действительно хорошо?..

Гудки обрываются, на той стороне еще даже слова вымолвить не успевают.

— Здравствуйте, мистер Беннер. Я готов заключить с вами сделку. — он лениво растягивает буквы и ухмыляется.

Время прокрастинации кончилось. Пора приниматься за работу.

+++

Комментарий к Глава 20.3

Что ж… Мне даже сказать вам нечего.

М. Зяблик.

========== Глава 21.1 ==========

Комментарий к Глава 21.1

Tamer - Beautiful Crime

+++

Он кладёт трубку, и связь с Филлом разрывается. Локи вздыхает.

Борясь за собственную свободу, связывать себя по рукам и ногам… Не самое верное решение на данный момент. На любой момент вообще.

Возможно, позже окажется, что это лучшее его решение, но сейчас оно выглядит, как подстава самого себя. Остаётся лишь надеяться, что Джейкоб, маленький отпрыск Филла, его не подведёт, что небо не упадёт на землю и что никто не решит внести своей самодеятельности.

Локи поднимается в положение «сидя», несколько секунд ждёт, пока всё вокруг прекратит кружиться, а затем неспешно выбирается из машины. На нём всё ещё его джинсы и толстовка, рюкзак всё ещё лежит на переднем водительском. Локи забирает и его с собой тоже.

Определённо точно то, что, как только он войдёт в дом, мимо по улице пройдёт прохожий и случайно увезёт машину туда, где её взяли.

Определённо точно, что это, хоть и косвенно, дело рук его отца и его отец всегда заметает следы.

Чуть приведя всклокоченные волосы в порядок, мальчишка открывает входную дверь и разувается на коврике. Из кухни тут же выбегает Фригга, за ней выходит Тор.

Что интересно, хоть и не удивительно, Одина вновь нет дома. И он даже не может вспомнить, когда видел его последний раз. Да уж…

Не семья — американская мечта. Никак иначе.

— Л-локи?.. Локи, где ты был?! Мы с ног сбились, пока тебя искали?! Ты нарушил домашний арест, приходили полицейские, ты!..

Она, хоть по виду и держится на грани истерики, повышает голос почти сразу, и это удивляет. Обычно такое происходит лишь, когда «мать» очень и очень рассерженна.

Что, в свою очередь, тоже не удивительно. Его не было дома довольно долго. А ещё при условии того, что вернулся его отец, и все те две недели он ходил якобы слишком спокойный, якобы сам не свой…

Тут любая, — и мать, и «мать», — рассердится, скрывая за этим своё беспокойство. Тем более его не было всю субботу. Да уж…

Даже не поднимая глаз, медленно обходя их обоих, мальчишка говорит:

— По закону вам нужно вызвать полицию…

— Какая полиция, идиот?! Ты хочешь, чтобы тебя посадили? Совсем из ума выжил?! — подключается Тор.

Его громкий бас врезается в черепную коробку, и будто бы миниатюрные взрывы начинаются по окружности его головы.

«— Здравствуйте, мистер Беннер. Я готов заключить с вами сделку, — по ту сторону трубки он слышит голоса полицейских, громкие и твёрдые. Раньше, чем куратор успевает хоть что-то произнести, говорит: — Вы сейчас в полицейском участке. Лучше вам не произносить моё имя в слух, не так ли?

Секунда тишины. Такой ошарашенной и недоверчиво вязкой.

— Допустим… — мужчина насторожен.

Мягко растягивая гласные, он идёт в более тихое место. Голоса заднего плана медленно растворяются.

— Ваше благоразумие невероятно. С вами приятно работать. Пока что, — он ухмыляется и лениво потягивается.

Голова пульсирует, тело не желает слушаться… У него нет права показывать, насколько он слаб. Брюс — всё ещё собачонка Лафея.

— Что ты предлагаешь?

— Я?.. О, сомневаюсь, что вам понравится, но у вас там много вариантов, чтобы отказываться, так что. Ближе к делу. Я задаю вопросы, а вы отвечаете: „да“ или „нет“. Нам обоим не нужны ни лишние уши, ни проблемы, правда?.. — медленно выдохнув, он ложится щекой на сиденье и прижимает телефон к другому уху. Задаёт первый вопрос: — Меня не было больше суток, я принял наркотики и потерял устройство слежения. Могу ли я ухудшить ситуацию так, чтобы меня посадили в окружную тюрьму к моему отцу?..»

Локи кривится. Фыркает:

— Я могу и сам позвонить. Тогда с вас потребуют штраф.

Они в шоке отшатываются. Тор сжимает челюсти и дёргает рукой, но так его и не останавливает, не бьёт. Он свободно идёт дальше.

Скорее всего Фригга всё же вызовет копов, а, значит, у него около двадцати минут на то, чтобы привести себя в нормальный вид. Локи тратит это время с умом: успевает вымыться, сменить одежду и намотать чистые бинты на корочки на костяшках. Спустя две недели его тело уже не фиолетовое, а бледно-желтоватое. Следы, оставшиеся от синяков, почти не ощутимы.

Замерев, уже собравшись, он поскальзывается взглядом на своём отражении и тут же пугливо/жалко зажмуривается. Одёргивает себя тут же…

Нельзя расслабляться. Это ещё не конец, только самое-самое начало, а, значит, впереди много работы.