Когда у тебя вся комната увешана чьими-то лицами, — мультяшными, комиксными или человеческими, — то любая рокировка их расположения — целая перестановка и чуть ли не главная перемена в жизни.

Спустя полтора часа он уже где-то плакате на двадцатом из тридцати пяти. Вдруг раздается стук в дверь. Заглядывает Тор.

— Снимаешь?.. — он аккуратно прикрывает за собой дверь, задирая голову к лицу Локи, что на стуле и как раз находится около входа.

— Неа, вешаю… — он качает головой и берёт ещё одну булавку из коробочки, что удерживается его коленями.

Чуть кривится, надавливая на булавочную голову и ощущая, как она впивается в итак уставший/болящий палец.

— Перестановка?.. — Тор кивает, усмехаясь, и опирается спиной на дверь. Смотрит на мальчишку из-под прикрытых век. — Думал раньше перевесишь… Или вообще снимешь…

— Я скорее с тебя шкуру сниму, чем избавлюсь от этой красоты… — Локи качает головой, посмеивается с ошарашенного лица «брата».

Спустившись на пол и отложив коробочку с булавками, он подходит к Тору и, выводя его из оцепенения, целует.

Тот отвечает почти мгновенно, но втянуть себя надолго Локи не позволяет. Мягко хлопает увлёкшегося Тора по плечу и выпутывается из его объятий.

В последнее время в них обоих до ужаса много нежности. И ещё больше игривости. Ссор с каждым днём всё меньше, а ласки, лёгких подтруниваний всё больше…

Локи пытается держать хотя бы себя в узде, но рядом с Тором это, мягко говоря, сложно. Как отец и говорил, он — большая светловолосая кошка… Он — лев.

Ласковый, мягкий и сыто, тихо урчащий. Особенно по вечерам, когда они остаются одни и Локи может позволить себе отдаться ему полностью.

— Эй, ну, постой… — парень хватает его за запястье и, аккуратно взмахнув рукой, дёргает на себя. Локи врезается в его грудь, тут же упираясь в неё свободной рукой и пытается вырваться.

Тору всего и нужно, что коснуться двумя пальцами его подбородка, чтобы прекратить любое сопротивление. Каждый раз в такие моменты, Локи замирает, засматривается ему в глаза и даже дышать перестаёт. Его губы чуть удивлённо приоткрываются, а глаза становятся рассредоточено прозрачными.

Тор улыбается краешком губ, целует его в кончик носа, а затем… Сгибается пополам от не сильного удара в пах. Локи даёт ему подзатыльник, забирает стул и булавки и идёт в другую часть комнаты к пустому участку стены.

— Сядь на кровать и угомонись. Я ещё не закончил.

В его голосе ни капли сострадания. Тор всё ещё жмурится, не в силах разогнуться. Дышит через раз.

— Ты… Очень… Очень… Г-грубый… — парень пытается проморгаться, но перед глазами белые пятна.

Он стискивает челюсти, надеясь, что лёгкая тянущая боль скоро поутихнет.

— Правда, так больно?.. — мальчишка успевает повесить уже три плаката, когда понимает, что Тор всё ещё стоит у двери.

Вздохнув, он возвращается к нему и опускается на корточки. Берёт его лицо в ладони.

Видя действительно скорбную и болезненную гримасу, Локи вздыхает вновь и, чтобы хоть немного загладить свою вину, целует его. Медленно и откровенно проскальзывая языком в его рот, он поднимается и помогает выпрямиться Тору. Его ладонь аккуратно опускается на пах, и парень тихо скулит в поцелуй, сильные руки ложатся на тонкие бёдра.

— Тшш… — Локи оттягивает резинку чужих домашних штанов и проскальзывает пальцами внутрь. Сквозь ткань нижнего белья он касается мягкого не возбужденного члена и поглаживает его, ощущая, как тот медленно начинает твердеть. Тор прижимает его ближе, исступленно отвечает на поцелуй, позволяя вылизывать свой рот. И он уже хочет толкнуться бёдрами в такую настойчивую, но ласковую ладонь, но мальчишка отступает. Ухмыляется. — Вот. Теперь ты в порядке. Иди сядь на кровать и дай мне закончить, иначе можешь даже не рассчитывать на продолжение.

Вскинув подбородок, он разворачивается, а Тор недовольно насупливается.

— Нельзя шантажировать сексом. Это против правил.

— Ага. Я знаю.

С лёгкой полуулыбкой он возвращается к стулу и всё ещё пустым кускам на стенах. Тор неразборчиво бормочет что-то гневное, пока идёт к его постели и садится на неё.

Пару минут проходит в тишине, но Локи знает, что Тор пялится на его зад. Его взгляд настолько проницателен, что почти ощутим. Неожиданно парень говорит:

— И всё же, почему ты их не снял, мм?.. — его тон немного задумчив.

Мальчишка хочет обернуться, чтобы увидеть его чуть сведённые к переносице брови и закушенную губу, но сдерживает себя. Берёт в руки последний плакат.

— Я уже сказал тебе, они мне просто нравятся, и всё тут. Тем более они… Они, мм… Да. Они мне просто нравятся, — Локи закусывает губу, отводит глаза и чуть не роняет булавку.

Тор, конечно же, замечает это. Говорит:

— Ты же хотел сказать что-то другое, да?.. А я хотел бы это услышать, — он ставит локти на колени и упирается в ладони подбородком. Видит, как мальчишка напрягается, нарочно, лишь бы не отвечать, зажимает пару булавок губами. — Тебе всё равно придётся ответить мне, Локи. Ты знаешь ведь.

Хмыкнув, он расправляется с последним плакатом, но не оборачивается. Прочищает горло.

— Я хотел сказать, что… Они дороги мне, потому что их подарил, мм…ты. Да… — он переминается с ноги на ногу на стуле, опускает взгляд в пол.

Тор молчит некоторое время.

Внутри него борется страх и такое острое желание… Сделав глубокий вдох, парень берёт себя в руки и решает, наконец, сделать это. Сделать то, над чем думает уже почти месяц.

— Я хотел поговорить с тобой об этом… Давно уже на самом деле и… Может, ты повернёшься ко мне лицом, Локи?.. Я, конечно, люблю твой зад, но пока не настолько сильно, чтобы разводить с ним долгие увлекательные беседы.

— Я всё ещё занят, но я тебя слушаю, так что…

— Сделаю вид, что поверил тебе, ага, — Тор качает головой, улыбается краешком губ. Он всё ещё не понимает, как мальчишке удаётся быть таким пугливым, но всё же таким стойким одновременно… — Так вот… Я же тебе нравлюсь, да?

Локи дёргается и чуть не падает со стула. Хватается за стену.

Тор делает рывок к нему навстречу, но тот спускается со стула сам. Говорит:

— Что ты хочешь этим сказать?..

— Я просто подумал, что ты… Ты же свободен сейчас и… Мм, было бы неплохо…

Локи догадывается быстро. Еле сдерживая смех, он поджимает губы и оборачивается к покрасневшему, смущённому Тору. Делает пару шагов к нему.

— Я всё никак не могу расслышать… Ну-ка скажи громче, — он подходит к парню, а затем неспешно седлает его бёдра и толкает в грудь, заставляя упасть на кровать.

— Ты же издеваешься, да?.. — Тор глядит чуть хмуро, всё ещё смущённо. Он перехватывает его руки своими и переплетает их пальцы. Локи тут же прижимает их руки по бокам от светловолосой головы. — Я просто хочу сказать, что ты… Ты не хотел бы, мм… Не хотел бы…

— Стать твоим парнем?.. — его губы медленно растягиваются в усмешке, а бёдра ненавязчиво проезжаются по бёдрам Тора.

Тот, всё ещё возбуждённый, прочищает горло и бормочет:

— Да…

Они смотрят друг другу в глаза, а затем Локи пожимает плечами.

— Почему бы и нет.

Тор теряет дар речи и с силой сжимает челюсти. Молчит, молчит, а затем рявкает:

— И это всё, что ты можешь мне сказать?! «Почему бы и нет»?! И почему же ты не сделал этого раньше, раз это «почему бы и нет»?!

Локи смотрит во все глаза. Его взгляд блестит весельем и какой-то лёгкой игривостью. Он шепчет:

— А почему этого не сделал ты, мм?..

Тор перестает дёргаться, останавливается и поджимает губы.

— Нечестно так переводить стрелки, — он нервно отводит глаза в сторону.

Мальчишка сжимает их сплетённые руки, а затем наклоняется к чужому уху.

— То есть я теперь, мм, твой парень, да?.. Интересно-интересно… И какие же у меня есть на тебя права, а?.. — его таз опускается ниже, и Локи чувствует, как Тор вздрагивает под ним.

Уже хочет что-то ответить, но…

— Локи, я хотела бы… — Фригга стучит негромко, они даже не успевают услышать.