В глазах что-то такое… Такое неожиданное/необычное… Такое блестящее, озорное…

И тело, оно целиком и полностью уже не кажется таким уж отвратительным…

Всё немного ноет и побаливает от их с Тором сегодняшних «игрищ», но это так приятно, что хочется прикрыть глаза и вдохнуть глубже. Хочется, чтобы Тор снова целовал/гладил/смотрел так, будто бы в нём действительно есть что-то прекрасное и…

Даже неприятные ощущения от мыслей о Тюре отходят на задний план. Он закусывает губу, пытаясь убрать эту слишком счастливую улыбку, и чуть приглаживает волосы. Откашливается, прежде чем направиться к выходу.

Локи как раз спускается на первый этаж, как раз проходит мимо библиотеки, как вдруг кто-то хватает его за локоть и затаскивает внутрь. Довольно мягко прижимает спиной к закрывшейся двери.

— Что не так?..

Глаза Тора немного напряжённо поблёскивают, он не разводит долгие предисловия, сразу ныряет в самую суть разговора.

Локи хмурится. Более менее приподнятое настроение пропадает в момент. Говорить о своих собственных дурацких заморочках не хочется, ему кажется, что всё это чертовски глупо.

Немного непонимающе он пытается пожать плечами, но те прижаты чужими ладонями к деревянной двери, и всё, что ему остается, — лишь спокойно и по-глупому вскинуть бровь.

Он почти уверен, что Тору подсказал Бальдр. Ну, почти… Процентов на пятьдесят…

Хотя, даже если и так, он не злится на буку-Бальдра. Если он и дальше будет так ненавязчиво подталкивать их друг к другу, вряд ли это кому-то из них навредит. Главное, чтобы он не лез и не навязывался, всё-таки это именно их дело.

— Я не понимаю о чём…

— Эй, перестань, — Тор мягко оглаживает его плечи. Где-то за дверью, по коридору вышагивает Бальдр, переговариваясь с Сигюн по телефону, поздравляя её с Рождеством. Их он не слышит точно, но Локи всё же напрягается. Тор спокойно, как ребёнку, объясняет: — Как приехал Тюр, ты сам не свой. Я тебя ещё никогда таким шумным не видел… Что не так?..

— Тор, — он тоном очерчивает границу и поднимает глаза, сжимает губы в ниточку. Ненавязчиво давит на сильную грудь, пытаясь отстранить «брата». — Тебе не нужно переживать по каждой мелочи. Я просто немного утомился и…

Он очерчивает границу, но здесь нет никого, кто стал бы её соблюдать. Парень поднимает руку, заводя непослушную прядку ему за ухо, а затем аккуратно касается пальцами подбородка.

— Я, конечно, ещё не очень опытен в этом, но… Я уверен, что прямо сейчас ты лжёшь мне, — его глаза прищурены, взгляд неощутимо пронизывает насквозь. — Что?..

— Тц, — Локи чуть дёргает носиком и отводит глаза. Говорит, почти не слышно: — Я ему не понравился.

— Оу… — Тор понятливо хмурится, кивает, кивает, а затем безразлично пожимает плечами. — И ладно. Это всё?

— В смысле «и ладно»?! Ты… Ты не понимаешь, я… — мальчишка дёргается, вскидывает руки, пытаясь объяснить, но парень перебивает.

— Это. Не. Важно, — он говорит медленно, с расстановкой. Локи надуто фыркает, а Тор невольно улыбается. Поясняет: — Тюру не нравятся очень многие люди. Тебе не стоит на этом зацикливаться.

— Но ты… Ты же равняешься на него!.. — мальчишке кажется, что это важно, кажется, что Тор просто не понимает, кажется… Он стискивает челюсти, уже готовясь разъяснить Тору его же самого на пальцах, но…

Парень оказывается не так прост, а точнее намного проще, чем Локи думал. Он в очередной раз показывает, что ещё может удивить, говоря:

— И что?.. Мне-то ты нравишься, — пожав плечами, он делает шаг назад, чуть наклоняет голову вбок, смотря на вдруг растерявшегося Локи. Спокойно продолжает: — Тюр — мой брат, но моя личная жизнь его не касается. Так же, как не касается и Бальдра. Так же, как не касается и матери, и отца. Это моя личная жизнь, и… — он чуть фыркает, даёт мальчишке лёгкий щелбан по лбу, наклоняясь к самому его лицу и объясняя: — Ты моя личная жизнь. И меня не волнует мнение других о тебе. Меня волнуешь лишь ты и моё к тебе отношение. Тебе пора прекратить волноваться об этом.

— Ты… Ты… Ты где такой умный взялся-то, а? — Локи прикладывает ладонь к его лбу, будто пытаясь измерить температуру, хмурится, а затем даёт звонкий ответный щелбан.

Тор отскакивает, потирая лоб.

— Я, между прочим, бил не так сильно!.. — он надуто поджимает губы, переплетает руки на груди.

Локи тихо смеётся, подходит и привстает на носочки, целуя в губы. Тор отвечает почти тут же, мягко обнимает.

— Нам нужно за стол… Все уже заждались, я думаю… — он отрывается от мальчишки первым, чувствует, как тот утыкается носом ему в шею и шумно дышит, щекоча дыханием.

— И всё же… — Локи прочищает горло, прикрывает глаза, прижимаясь сильнее. — Я ведь… парень и…

Тор хихикает, перебивая его, и вздрагивает всем телом от смеха.

— А ты думаешь, Джейн им всем больно нравилась? Я тебя уверяю, это было не так. Мама была полностью против, Бальдр не выказывал ненависти, но и слышать о ней ничего не желал, а Тюр лишь однажды сказал, что она очень и очень скрытная, и больше вообще о ней не говорил, — он всё ещё улыбается, целуя надувшегося мальчишку в висок. Тихо-тихо шепчет напоследок: — Думаешь, мне никто не говорил, что она может предать, мм?.. Думаешь, никто не говорил о том, что она возможно спит с кем-то на стороне?.. Я знал о слухах, я спрашивал у неё, ожидая честности, но она говорила: «нет», и я верил. Пока сам не убедился.

— И тем не менее ты всё ещё не считаешь нужным прислушиваться к другим? Ты такой… — Локи вздыхает, совершенно не видя логики в чужих действиях.

Тор лучезарно улыбается, отстраняясь и поворачиваясь к двери.

— Уж лучше я паду жертвой предательства, чем сам сломаю всё подозрениями. Ты думаешь, почему я тебе не доверяю? — уже у двери он оборачивается, спокойный и непробиваемый. Прямо в этот момент Локи чувствует себя чертовски защищённым, стоя за его спиной. — Потому что, когда я, наконец, смогу верить тебе, моё доверие будет безграничным…

Он уже делает шаг в коридор, как мальчишка вдруг отмирает. Дёргается.

— Стоп. Подожди-ка, так ты мне что, всё ещё не доверяешь?! — в его голосе возмущение и недовольство. Тор отвечает на них лишь смехом.

+++

Снег валит, будто бы из ведра. Большие, мягкие хлопья всё сыпятся и сыпятся. Весь задний двор уже давно спрятался под пушистым слоем.

Праздничный ужин как раз прервался: Фригга ушла доставать сладкий пирог; Один поднялся в кабинет, чтобы разобрать кое-какие бумаги и созвониться с партнерами; Тор с Локи и Бальдром остались сидеть за столом, обсуждая предстоящие каникулы.

Он же, подхватив плед и налив себе глинтвейна, вышел на крыльцо. Уселся на ступеньках, укутался и так и замер, смотря на засыпанный, полностью белый двор и всё ещё продолжающийся снегопад.

Спустя пару минут с тихим шорохом открылась дверь позади. С таким же тихим шорохом она почти тут же закрылась.

— Сидишь?.. — Бальдр мягко, будто кот, опустился на ступеньки крыльца и укутался в свой огромный свитер с оленями.

Посмотрел, как и всегда, пронизывающе.

— Сижу, — Тюр кивнул и отпил всё ещё тёплый глинтвейн.

Глянул на домик на дереве, который стал уже почти незаметен — настолько побелел.

— Ясненько… — парень кивнул и, чуть приподняв бёдра, вытащил из кармана зажигалку и сигарету.

Неслышно вздохнув, прихватил кончик губами и поджёг.

Он, услышав щелчок, повернулся. Посмотрел на брата, откидывающегося на перила и глубоко затягивающегося. Нахмурил брови.

— Мама ругаться будет. Вредно же, — он прищуривается, а Бальдр негромко и звучно смеётся.

Отмахивается.

— Рождество нынче, не будь занудой, Тюр… Тем более мама на кухне, пирог достаёт, — он качает головой, подтягивая колени ближе к груди.

Натягивает рукава на кончики пальцев.

Пару секунд они смотрят друг на друга, а затем старший отворачивается. Бальдр невесело хмыкает.

— Ты сегодня тихий…

— Обычный.

— Неа. Обычно ты хмурый. Сегодня же ещё и тихий… — парень качает головой, с опаской смотрит наверх, на навес.