– Надо отнести его в участок, – сказал законник, поднимая бездыханного бандита.
– Отлично, – согласилась Мараси. – Но ты разве не собираешься спросить, как он это сделал? Где побывал?
– У Уэйна свои методы. И в таком месте, как это, они куда действеннее моих собственных.
– Ты знал, – проговорила Мараси, наставив палец на Ваксиллиума. – Ты знал, что наши расспросы ни к чему не приведут!
– Подозревал, – уточнил Ваксиллиум. – Но чтобы Уэйн мог пустить в ход эти свои методы, ему нужно дать волю…
– …раз я такой потрясающий, – ввернул Уэйн.
– …и поэтому я изо всех сил старался отыскать Меткого Стрелка своими силами…
– …раз уж он не может смириться с тем, насколько я в таких делах круче его самого…
– …если вдруг у Уэйна не получится.
– Чего еще ни разу не было. – Уэйн ухмыльнулся, откусил от яблока и, спрыгнув с крыльца, зашагал рядом с Ваксиллиумом. – Если не считать того раза. И еще одного раза. Но эти два раза не считаются, потому что я достаточно часто получал по башке, чтобы их напрочь забыть.
Мараси подавила вздох и ускорила шаг, чтобы догнать эту парочку. Они так много пережили вместе, что действовали сообща подсознательно, как два танцора, которые выходили на сцену бесчисленное множество раз. От этого новичку, пытавшемуся выступать вместе с ними, приходилось ой как несладко.
– И все же, – не отставала от Уэйна Мараси, – ты мог бы хоть мне рассказать, что сделал. Может, я могла бы у тебя чему-нибудь научиться.
– He-а. У тебя не получится. Ты слишком хорошенькая. Осмелюсь напомнить – не по моим меркам. Давай больше не будем водить хоровод вокруг этого дерева.
– Уэйн, иногда я от тебя в полной растерянности.
– Только иногда? – поинтересовался Ваксиллиум.
– Ну не могу же я обрушить на нее всю силу своего таланта, дружище. – Уэйн сунул большие пальцы за подтяжки. – Надо и для всех прочих приберечь чуток. Я его распределяю, невзирая на привилегии, класс, пол или умственные способности. Я святой, ржавь меня побери, да-да.
– Но как?! – не унималась Мараси. – Как ты его нашел? Разговорил кого-то из местных?
– Не-е-ет. Заставил их держать рот на замке. Это у них получается куда лучше. Опыт – всему голова.
– Вот бы тебе у них поучиться, – прибавил Ваксиллиум.
Мараси вздохнула. Они приближались к выходу из Глухомани. Человеческий мусор, ранее облепивший лестницы и переулки, растаял, – возможно, внимание нескольких законников показалось здешним обитателям чересчур неприятным. Это…
Ваксиллиум застыл. Уэйн последовал его примеру.
– Что… – начала было Мараси, но Ваксиллиум вдруг бросил Меткого Стрелка и потянулся к карману своего туманного плаща.
Ударом плеча Уэйн оттолкнул в сторону Мараси, и что-то со свистом прилетело с неба, ударившись о плиты мостовой в том месте, где они стояли мгновение назад. Потом прилетели и другие снаряды, хотя Мараси на самом-то деле за ними не следила. Она позволила Уэйну оттащить себя в относительное убежище за угол здания, откуда потом оба осторожно выглянули, пытаясь понять, откуда стреляли. Ваксиллиум бросил монету и взлетел, превратившись в темный вихрь колышущихся лент туманного плаща. В такие моменты в нем просыпалось нечто древнее и он делался похожим на рожденного туманом из старых легенд. Переставал быть слугой закона и становился осколком самой ночи, который явился забрать то, что ему причитается.
– Ох, проклятье… – Уэйн кивком указал на Меткого Стрелка.
Из безвольно лежавшего посреди улицы тела теперь торчало деревянное древко.
– Стрела? – спросила Мараси.
– Арбалетный болт. Не видел их уже много лет. Вообще-то, они нужны только для сражений с алломантами.
Уэйн поднял голову. Ваксиллиум за кем-то гнался, направляясь к верхушке какого-то здания.
– Оставайся здесь, – приказал Уэйн и бросился вдоль переулка.
– Постой… – вскинула руку Мараси.
Но он уже исчез.
«Ох уж эти двое…» – с досадой подумала она.
Что ж, некто явно не хотел, чтобы Меткий попал к констеблям и рассказал о том, что знает. Возможно, арбалетный болт или сам труп сумеют ей о чем-то поведать.
Мараси присела рядом с мертвым телом и первым делом проверила, действительно ли умер бандит. А вдруг арбалетного болта для этого не хватило? К несчастью, Меткий Стрелок и впрямь испустил дух. Болт накрепко засел у него в голове. Кто же знал, что из арбалета можно вот так прострелить череп? Мараси покачала головой и запустила руку в сумочку, чтобы достать блокнот и записать, в каком положении лежит мертвец.
«А ведь убийце повезло, – подумала она. – Он так быстро удрал, что не мог знать наверняка, достиг ли удар цели. Если бы мне требовалось удостовериться, что Меткий больше никому ничего не скажет, я бы точно…»
Позади раздался щелчок.
«…вернулась и проверила».
Мараси медленно повернулась и увидела, как из переулка, наставив на нее арбалет, выходит мужчина в лохмотьях.
«Какой у него пронзительный взгляд…»
Дальнейшее произошло быстро. Не успела Мараси и шагу ступить, как незнакомец ринулся к ней. Выстрелил из арбалета через плечо – из переулка раздался вопль, очень похожий на голос Уэйна, – потом схватил попытавшуюся бежать Мараси. Развернул и прижал к шее что-то холодное.
«Стеклянный кинжал!»
Окруженный развевающимися лентами туманного плаща, на землю опустился Ваксиллиум. В правой руке у него была монета, которую он потирал большим пальцем.
«Вспомни, чему тебя учили на отработке захвата заложников, женщина! – приказала себе Мараси. – В большинстве случаев к заложникам прибегают от отчаяния».
Может, воспользоваться алломантией? Она могла замедлить вокруг себя время, но для всех за пределами ее скоростного пузыря оно по-прежнему текло в нормальном темпе. Их с Уэйном силы были противоположными.
Но она не проглотила никакого кадмия. Вот дура! Друзья ни за что бы не сделали подобной ошибки. Пора прекратить стыдиться своих способностей, пусть они и слабые. Тем более, она уже не раз использовала их с толком.
Мужчина прерывисто дышал, его щека находилась настолько близко к ее щеке, что Мараси кожей чувствовала щетину на небритом лице.
«Люди, которые берут заложников, не хотят убивать, – лихорадочно размышляла Мараси. – Это не входит в их планы. Можно его заговорить, сказать что-нибудь утешительное, отыскать общность взглядов…»
Вместо этого она вытащила из сумочки руку, сжимавшую маленький однозарядный пистолет. Не успев даже сообразить, что делает, Мараси прижала дуло к подбородку бандита, нажала на спусковой крючок…
И вышибла ему мозги.
4
Вакс опустил руку, уставившись на новый труп рядом с Мараси. Выстрелом незнакомцу снесло значительную часть лица. Опознать его будет почти невозможно.
Впрочем, к этому и шло. Тот факт, что приспешников Костюма было трудно выследить, отличался печальной известностью.
«Не стоит об этом тревожиться прямо сейчас», – подумал Ваксиллиум, вытаскивая носовой платок и протягивая его Мараси.
Ее лицо покрывали капли крови и частицы плоти. Пистолет выпал из руки. А широко распахнутые глаза смотрели не вниз, а куда-то в пространство.
– Это было… – заговорила Мараси. – Это было… – Она перевела дух. – Это ведь было неожиданно с моей стороны?
– Ты отлично справилась, – похвалил Вакс. – Люди обычно уверены, что пленник в их власти. Частенько лучший способ спастись – это дать сдачи.
– Что? – спросила Мараси, наконец-то взяв у него платок. – Ты разрядила пистолет чуть не у самого уха. У тебя могут быть проблемы со слухом. Ржавь… Надеюсь, это пройдет. – Что?
Вакс жестом указал на ее лицо, и Мараси посмотрела на носовой платок, будто увидев его впервые. Моргнула, глянула вниз. Тотчас же отвернулась от трупа и начала вытирать лицо.
Из переулка ворча приковылял Уэйн – с новой прорехой на рукаве и с арбалетным болтом в руке.