Литмир - Электронная Библиотека

– Зачем ты угрожаешь нам огнём? – послышался глухой голос. Черты одного из деревянных лиц пришли в движение. – Мы не собирались причинять тебе вред.

– Про огонь оставь, про вред вырезай, – скомандовал Антон помощнику. В его репортаже не было места безобидным жителям этой планеты. Публике требовались монстры. – Вы убийцы и заслуживаете этого! – громко и чётко произнёс Бешеный Пёс Динго.

Лица деревьев замерли. Глаза-дупла расширились.

– До тебя здесь было мало людей, но никто не обвинял нас в этом, – брови коренного жителя сошлись у переносицы.

– Потому что они все мертвы! – Антон всматривался в глуповатые лица аборигенов. – Вы убиваете каждого, кто к вам прилетает? Или у меня есть шанс спастись?

– Ты можешь спастись, – губы аборигена двигались медленно. – Тебе ничего не угрожает.

– Про угрожает убери, – тихо сказал репортёр помощнику. – Вы убиваете гостей или едите живьём? – громко произнёс он. – Как вы будете меня делить? Сколько вас?

– Нас много, – ответило одно из деревьев. – Но мы не будем тебя делить.

– Значит, используете меня как удобрение.

– Мы не питаемся людьми.

Антон собрался скомандовать «Вырежи», когда из динамика раздался голос помощника:

– Полетели пингвинов или котят снимать. Они агрессивнее будут. Просмотры падают.

– Вырезай их последнюю фразу, – тихо произнёс Бешеный Пёс Динго. – Будут сейчас просмотры.

– Что ты шепчешь? – прищурилось одно из деревьев в тот момент, когда Антон закричал. Он попытался вложить в этот крик всю боль, страх, ярость и отчаяние, которые мог бы испытывать в этой ситуации, будь она правдива.

– Не на того напали! – выпалил Антон.

Помощник догадался дистанционно включить огнемёт. Репортёр сжал кулак. Мощная струя пламени подожгла ветви, удерживавшие его. Листва в кронах мгновенно превратилась в пепел. Бешеный Пёс Динго приземлился на ноги. Первым делом направил огнемёт в деревянные лица. Глухой вой разнёсся над планетой. Кричало не несколько деревьев.

Кричал лес.

Антон шёл в сторону посадочного модуля. Левый кулак сжат. Смертоносный огонь пожирал всё вокруг. Окружающая температура поднялась и ощущалась даже в скафандре. Земля дрожала от боли своих детей. Репортёр выбрался на поляну. Отошёл подальше от деревьев. Повернул кольцо на левом запястье. В динамике шлема щёлкнуло – пламя потухло.

Антон остановился и равнодушно посмотрел на умиравших в мучениях живых существ.

– С вами Бешеный Пёс Динго! И я снова жив! Не по зубам оказался деревьям-людоедам с планеты Отау! А людям здесь всё так же лучше не появляться. До встречи на Прямом Канале в следующем выпуске шокирующих фактов из жизни обитаемых планет!

Он развернулся и быстрым шагом направился к посадочному модулю.

– Гроза. Гроза. Я Буран, – раздалось в динамиках. – Просмотры зашкаливают. Ты как всегда неподражаем. Может, теперь поищем что-нибудь действительно опасное?

– Это мне решать, – огрызнулся репортёр. – Твоё дело – монтаж.

И перед тем как связь прервалась Бешеный Пёс Динго услышал слова пилота: «Забирай этого Гондураса, пока он всю планету не спалил».

Спящие

Слово автора:

Данный рассказ является оригинальным и законченным произведением из которого, в последующем, родился роман «Спящие».

В десять утра Вика проснулась. К одиннадцати позавтракала, перелистывая рекламу с канала на канал, пока не наткнулась на выпуск новостей. Центральной темой стал сюжет о беглом спящем в США. На западе их называли «зомби» и обвиняли в таких зверствах, на которые человек не способен. Так и в этот раз. Власти советовали жителям Агасты, штат Мэн, не выходить на улицу после наступления ночи. Спящему уже приписывали убийство двух бомжей и байкера. Правда, западные СМИ не удосужились объяснить, зачем ему вообще было убивать. Видимо решили, что большинство людей отвыкло думать и их достаточно напугать.

Вика выключила телевизор и подошла к шкафу. Прикусив нижнюю губу, критически оглядела вещи на полках.

С прошлой жизнью она решила покончить самым радикальным способом – устроиться на работу. Весь предыдущий день просидела в интернете, обзвонила понравившиеся вакансии. Однако о собеседовании договорилась лишь в загадочном спецхранилище. По телефону никакой вразумительной информации не дали, женщина сказала, что подобные вещи обсуждаются при личной встрече. И назначила время. Вика сразу согласилась. За ту зарплату, что обещали в этой организации, многие бы маму собственную продали. Были, конечно, подозрения, что это попросту очередной развод, однако интернет про это молчал.

Она надела белую блузку, черные расклешенные брюки, покрутилась перед зеркалом. На великолепной фигуре, ради которой палец о палец не ударила, а поэтому не ценила, этот офисный вариант сидел идеально. Возникла мысль сходить в парикмахерскую, прямые черные волосы отросли и отказывались красиво спадать на плечи. Удрученно вздохнув, собрала их в хвостик. В целях репетиции постаралась придать лицу миловидное выражение. Но, как ни старалась, а холодный взгляд серых, как бетонная стена, глаз все перечеркивал. Бросила эту затею и несколько раз крутнулась перед зеркалом. Сообразила, что закованная в блузку и брюки, как рыцарь в латы, начнет изнывать от жары через три минуты. За окном плюс двадцать пять. Сменила брюки на короткую юбку и минуты три разглядывала себя в зеркале. Черная юбка хоть и вполне официальна, но все же коротка для такого ответственного события, как собеседование.

«Сойдет, – решилась она. – Высокий каблук, размалюю мордашку и все будет просто шик!»

Пока собиралась, вспоминала события последней недели, хоть и поклялась их забыть. Ссора с любым человеком, который из-за пристрастия к алкоголю, перестал быть любимым, выслушивание упреков с его стороны. А вдвойне обидно из-за того, что все упреки были правдой. Наверно поэтому Вика его и не простила, когда он протрезвел и извинялся.

В ушах до сих пор стояли его последние и самые обидные слова: «Целыми днями ничего не делаешь, разве тяжело мне хоть ужин приготовить?! Тяжело следить за собой? Тяжело краситься? А улыбаться вообще умеешь? А одежду кроме спортивных костюмов знаешь?»

Путешествие в душном метро навеяло тоску. За последний год жизни, когда ее везде возили на автомобиле, Вика отвыкла от этого шумного подземного мира. Выбравшись на Бибирево, она закрыла глаза и подставила лицо летнему солнышку. И несколько минут так простояла, наслаждаясь теплом и светом. Поездка в автобусе закончилась на северной окраине Москвы, в Алтуфьевском районе. Одноименное шоссе встретило огромным количеством автомобилей и десятками людей, спешащих по важным и не очень делам. Тут и там виднелись разнообразные магазины и отделения банков. Пахло выхлопными газами, которые в жаркое время года чувствуются еще острее. На одном из газонов три алкоголика кричали и размахивали руками, явно что-то не поделили.

Жизнь кипела и бурлила, как и в любой московский четверг.

По карте гугла все выглядело легко: выйти из автобуса, пройти немного вперед и нырнуть во дворы, где отыскать тот самый спецхран. На практике же все оказалось сложнее. Пока искала нужное здание, два раза толкнули плечом, наступили на ногу, а из лужи обрызгала машина. В довершении пристала цыганка, предлагая снять венец безбрачия.

Отвязавшись от цыганки, Вика отыскала нужный дом. Спецхранилище напоминало формой приплюснутую и растянутую букву L. Отделанное голубыми панелями необъятное здание без окон и с единственным входом. Возле двери звонок – нажала. До слуха донеслась приглушенная казенная трель. Через минуту дверь, загрохотав запорами, открылась. На пороге стоял мужчина лет сорока, в черных брюках и зеленой рубашке, с надписью на кармашке «охрана». На поясе висели фонарь с рацией.

– Вы к кому? – его верхняя губа нервно подергивалась, отчего неаккуратно подстриженные рыжие усы походили на бьющегося в припадке ежика.

9
{"b":"587347","o":1}