— Бу бессмертна? — спросила я, надеясь, что мой голос звучит не слишком удивленно.
— Да бессмертна, так же как и я. Возможно, когда-нибудь, она превратиться в следующего аватара Хаоса. Вот так вот, если конечно ты не возьмёшь эту роль на себя. Ты проявила себя, как исключительный агент Хаоса, — произнесла она, широко улыбаясь, и получила от меня очередной хмурый взгляд. — Но как бы там ни было, не смотря на то, что я хоть и бессмертен, вечность это уже совсем другое дело. Ничто хорошее не длиться вечно. Ты наверное уже заметила, что недавно я чутка похудел? — Она ухмыльнулась. — Тем не менее, несмотря на то, что меня победили, со мной ещё до конца не покончено.
— Так почему же он хочет тебя убить? Можешь ли ты… ну даже и не знаю… управлять Отродьями Койотла, поскольку они тоже сделаны из Флюкса? — спросила я, представляя себе, как на Легата набрасывается цела армия.
«Это было бы интересно… но то, что Дискорд сделает с ними после этого будет, конечно же, ещё более интересным».
— А вот ЭТО уже мысль! — произнесла она, лучезарно улыбаясь. — Император Бу! Правящий Пустошью с помощью своей армии… — её лицо передёрнулось, и глаза Бу вновь стали блёклыми, а сама она нахмурилась. — Пьйикати Дискод! Я ни сабиаюсь быть зъюкой! Я сабиаюсь быть как Бвэкжек! — Она ухмыльнулась мне, а я улыбнулась ей. Спаси меня Селестия, я была примером для подражания. Пару раз моргнув, глаза Бу опять стали глазами Дискорда, она надула губы. — Ух. Ладно. А я уже и забыл насколько слащавыми могут быть пони. Но как бы то ни было, ответ на твой вопрос — я не знаю. Когда мы в прошлый раз находились рядом с Отродьями, они, казалось, не узнали меня.
— Как ты думаешь, Легат знал, что ты находишься на территории Гримхуфа?
— Я в этом более чем уверен. И даже более того, точно знаю, что это именно я был главной причиной его появления там. Он и я работаем на схожих частотах. Мы из века в век повторяем это, снова и снова.
— Из века в век, — спросила я, нахмурившись. Если у него бы талисман как у Рампейдж, то я могла в это поверить. Ведь во время нашей последней встречи он отрегенерировал собственную голову.
— О да, — произнесла она с блаженной улыбкой. — Он скрывается под маской многих личностей уже на протяжении веков. А в качестве весельчака он был почти столь же хорош, как и Селестия. Она, разумеется, была симпатичней, да и чувство юмора у неё было чутка получше, но он находился поблизости почти столь же долго. Манипулируя. Прячась. Организовывая. И я тоже был поблизости, мешая, надоедая, и внося беспорядок. Всё это было невероятно весело.
— За исключением того случая, когда тебя превратили в камень за то, что ты слишком сильно досаждал пони.
— Я оскорблён, Блекджек! — сказала она, притворно дуясь. — Разве я не сказал, что меня вынудили быть злодеем? Что меня заставили играть эту роль силы вне твоего понимания?
Она села и приложила копыто ко лбу, улыбнулась и закатила глаза.
— Я признаю, что я, возможно, время от времени причинял совсем немного боли разным пони по всему миру, но это для их же блага. Я не злодей, Блекджек. Я создаю хаос! — Она раздражённо нахмурилась. — Ты действительно ещё не поняла, что это значит?
— Это первый раз, когда я смогла поговорить с тобой, и ничто не пыталось меня убить, — ответила я. — И хаос, по моему опыту, является довольно злой штукой.
— Ну что же, тогда ты испытала на себе совершенно не тот вид хаоса! — Она оскорблено фыркнула. — Если бы я был злым, то тогда, я бы щёлкнул когтями и взорвал голову Твайлайт. Это разумеется в моих силах, но совершенно вне моей природы. — улыбнулась она. — Хаос — это перемены. Это избавление от статуса-кво. Хаос — это изобретательство. Это искусство! Это неопределенность. Это риск. Это взмах крыла бабочки, движение электрона, и химические реакции в твоём мозгу. Без хаоса, жизнь станет обыкновенной, никогда не меняющейся рутиной от рождения и до смерти. Я манипулировал и досаждал расе пони… и зебрам… и грифонам… и ещё множеству других рас… чтобы вынести их из однообразности.
— Ну, война точно стимулировала инновации, но я бы не назвала их хорошими. А что касается хаоса в Пустоши…
— Да… — сказала она, нахмурившись. — Я признаю, когда началась война, я был весьма счастлив. Конечно, не всё шло по плану, но со всем небольшим раздором, который создавали пони и зебры, они бы скоро вернули большого Дискорда, чтобы поставить всё на свои места! Даже после того, как Солнечный Круп предала меня забвению. Вот только, как ты и сказала, война стимулировала нововведения… в направлении к плохому концу. До того, как я это понял, милая маленькая Луна приковала меня, чтобы питать её военную машину, и явно бескрылая Твайлайт, её друзья, и старый учитель геологии делали всё, чтобы помочь Лунной Попке превратить Эквестрию в самую упорядоченную катастрофу, которую видала эта планета. Я был бы довольно впечатлён, не будь это всё так неправильно.
Это было ещё мягко сказано. Интересно, знал ли он, что именно натворила Луна. До того как я успела спросить, он продолжил говорить.
— Так или иначе, война начала становиться всё более и более жестокой и всё менее и менее весёлой! Война, без сомнения, худший вид хаоса, из всех! Война, настоящая, жестокая, без ограничений, та, которую они воевали, кончалась только смертью. Смерть чередуется разложением. Я, в худшем случае, делал пони несчастными. Несчастье, может быть, и плохо, но по крайней мере в конце дня ты жив. — Она закрыла глаза. — Когда бомбы упали, я почувствовал тишину во всех концах мира. Я рыдал, Блекджек. Я знаю, ты мне не поверишь, но я плакал.
Если он притворялся, то делал он это чертовски хорошо. Всё же… думать, что война — это плохо не значит, что ты хороший, это лишь значит, что ты не плохой.
— Если твой хаос так хорош, — поинтересовалась я, — почему Селестия и Луна превратили тебя в камень на тысячу лет, а Твайлайт и её подруги снова вернули тебя туда, когда ты выбрался?
— Ох, что ж, — сказала она пренебрежительно. — Это потому, что хаос — Злоооо, не так ли?
Она неодобрительно посмотрела на копыта, которыми размахивала перед лицом.
— Без пальцев, болтание чувствуется совсем не так. Так или иначе, но стоило только приглядеться к ним повнимательней и ты понимал, что Селестия и её друзья являются, или по крайней мере были, «Законопослушно-добрыми»[14]. Даже дорогая Пинки была огорчительно предсказуема. Что, разве у них не было достаточно порядка? Порядок ради порядка, это не выгодно. Это застой. Вспомни свой дом, Блекджек. Стойло Девяносто Девять, и Эквестрия. Оба были основаны согласно хорошим, упорядоченным правилам, но через некоторое время, «хороший порядок» гниёт. Порядок становится важнее, чем благо, и единственные изменения, это извращение и разложение первоначальных идеалов. Я надеюсь, ты понимаешь это, Блекджек. — На мгновение, он стал странно серьёзен. — В Исследовательском Центре Гиппократа, ты сказала, что в Пустоши было достаточно хаоса, и сказала, чтобы я стал лучше. Я понятия не имел, о чём ты говорила, до тех пор пока я не осознал, что ты действительно освободила меня… но ты надеялась, что я стану более порядочным. Конечно, так я и сделал!
Он внезапно наклонился ко мне, ухмыльнулся, и потёр копытом мою гриву. Я посмотрела на него, он отодвинулся и покашлял.
— Ну, как бы мило это ни было, ты освободила Бога Хаоса, и приказала ему повиноваться законам, или чему-то там ещё, ты делала это потому что считала, что это хорошо. И если посмотреть на весь тот жалкий хаос, с которым ты встречалась, я думаю, что нельзя винить тебя слишком сильно. Ты делала хорошие дела и сеяла беспорядок, но ты ещё не получила искру в своей голове, которая связывает эти две вещи. Осмотрись повнимательнее. — Она взмахнула своим копытом по широкой дуге. — Весь этот город — доказательство неизменного упадка и застоя, он воплощение того, что случается, когда порядок заходит слишком далеко. И это даже не упоминая того, что находится под ним…