— Эй, поработай с огнём всю свою жизнь, и мы посмотрим, сколько ты будешь выдавать связанных с ним плохих шуток, — произнесла она, повернувшись, чтобы сжечь мехаспрайтов, только что появившихся из другого вентиляционного отверстия, которое мы миновали, и превратила облако в град шипящей шрапнели. — Какая же мерзкая у этих Поджигателей огнесмесь. Какой кретин смешивает топливо с окислителем?
— А какой кретин им пользуется? — улыбнувшись, спросила я.
— Туше, — небрежно ответила пони в броне. Мне действительно очень хотелось иметь больше времени, чтобы узнать её. Я просто хотела, чтобы со мной был огнемётчик, но я ничего не знала о пони, которая им являлась. Искрящиеся огненные цветки распустились ещё пару раз, поглотив последние остатки роя, и Эйрис спросила: — Почему разведка не докладывала ни о чём подобном?
— А потому, что на тот момент Пожиратель не старался по-настоящему, — объяснила Пифия. — А вот сейчас, да. Его душа извращает и превращает эти опасности в реальность, — продолжила кобылка, ведя копытом по карте красных тоннелей. — К счастью, планировка особо не изменилась. Мы уже почти достигли срединного транзитного кольца. После чего мы попадём на внутреннее… — Она умолкла. — Булыжник!
— Внутренний булыжник? — нахмурилась я, после чего посмотрела вглубь тоннеля, где вниз падал огромный кусок свода. — Поднимаем!
Рога единорогов вспыхнули, и плита, покачиваясь, зависла в воздухе. В это же самое время Эйрис взобралась на предохранительную решётку и уперлась грудью в передний поручень.
— Приготовьтесь! — проревела она, а затем плита оказалась перед нами. Задние копыта Эйрис врезались в плиту буквально за миг до того, как в неё впечатались мы, и она устремилась вглубь лежащего впереди коридора, по-прежнему вися над полом в нашем магическом поле. Широкие металлические колёса дрезины с неприятным стуком проскочили загрязнённый участок путей, но с рельсов мы не сошли.
— Ты в порядке? — спросила я, продолжая вместе с Псалм удерживать в воздухе плиту. С наших лбов потёк пот, когда напряжение начало утомлять. Тем не менее, впереди был поворот, и не случится ничего плохого, если этот гадски огромный булыжник впечатается в морду какой-нибудь таящейся за ним мерзости.
— Земнопони лучше всех, — ответила она, и принялась переминаться с одной задней ноги на другую и двигать ими из стороны в сторону. — Однако, я более чем уверена, что Эпплджек никогда не планировала делать подобного.
— Ну, это немного превосходит то, что можно запланировать, — ответила я. — «Однако, это не остановило некоторых пони…»
— Ась? — обернулась ко мне Эйрис. — Я имею в виду, использование силовой брони в качестве строительного оборудования. — Затем она низко рассмеялась. — Я просто уверена, что старина С.С. обосрался бы, увидь он меня в тот момент.
Я бы продолжила её донимать, но летящий впереди нас кусок свода был внезапно разрезан пополам, затем были разрезаны уже эти половинки, а то, что получилось, продолжило разрезаться на всё более мелкие кусочки. Там виднелось очень тусклое серебристое сияние.
— Проволока! — прокричала я. Колёса завизжали, и из-под них посыпались искры, когда я вскочила на ящик с припасами, чтобы ничего не загораживало мне обзор. Мы никак не смогли бы остановиться вовремя, поэтому я вытащила бутылку и пролевитировала из неё облачко искрящейся, мерцающей белой пыли. Соприкоснувшись с облачком, звёзднометаллические нити зашипели и взорвались будто фейерверки, и прежде натянутые концы защёлкали, стегая воздух вокруг дрезины. Пегасы начали отступать сразу же после моего окрика, но замедленная бронёй Даск не совсем успела это сделать. Проволока, будто нить паутины, обернулась вокруг её передней ноги и сжалась, с лёгкостью пройдя сквозь конечность. Отрезанный кончик ноги упал вниз, а сама Даск рухнула на пол дрезины, из её раны хлестала кровь.
Потянувшись магией, Псалм поймала отрезанную конечность прежде, чем та свалилась с дрезины и немедленно вернула её раненной кобыле.
— Шшшш, — произнесла аликорн, прикасаясь рогом к ране. — Не шевелись. Разрез чистый, и если я буду достаточно расторопной… — Магия вспыхнула на краткий миг. — Получилось? — невозмутимо спросила она, смотря на пегаску.
— Покалывает, — произнесла Даск, изучая сквозь броню линию разреза. — И броня повреждена.
— Уж всяко лучше, чем ноги лишиться! — прокричала Виспер. — Обмотай её изолентой и возвращайся в бой.
Предохранительная решётка снесла в стороны битый камень оставшийся от упавшей, отброшенной пинком, и разрезанной плиты, и, миновав нити, мы сразу же прибавили в скорости. Вскоре наш тоннель слился под углом с другим, более пещеристым, нежели остальные, и слегка закруглённым. Здесь располагались уже три тянущихся параллельно друг другу железнодорожных пути, со всевозможными стрелочными переводами, идущими от каждого пути к остальным двум. Это казалось мне смутно знакомым.
— Вот оно! — прокричала Пифия. — Срединное кольцо! Нам нужно попасть на крайний левый путь!
И при этом не умереть, подорвавшись на чём-нибудь, или будучи порезанными на кусочки, или в результате аварии, или от того, что нас изрешетят пулями. Хоть эти пути были номинально неповреждёнными, но их покрывала кровавая грязь, уже виденная мною прежде под городом. Гротескные, покачивающиеся продолговатые штуковины взрывались кроваво-красной гадостью, когда мы врезались в них. Залатав силовую броню полоской серой изоленты, Даск вновь поднялась в воздух, и я вновь уселась у заднего борта дрезины.
— Блекджек! — прокричала Крампетс, и я уставилась на то, что творилось позади нас. За нами гнался сам тоннель, образуя вывернутых чудовищ, похожих на крабов и скорпионов, щёлкающих в нашу сторону клешнями, когда мы проносились мимо них. Другие участки биомассы формировались в пятилапых волкоподобых существ с пастями в половину длины их собственного тела, которые устремлялись вслед за нами, или в рои хлопающих крыльями, щелкающих зубами носекомообразных птиц, пытавшихся не отстать от нас. Дрезина подпрыгивала и скакала, когда о предохранительную решётку ударялась выползающая на пути перед нами мерзость. — Во что мне стрелять?
«Вот дерьмо. А крышу-то мы и не сделали. К тому же, что это ещё за далекий желтый свет и визг, исходящие из-за находящегося позади нас изгиба тоннеля?»
— Во всё, — пробормотала я, широко раскрыв глаза. Мы мчались вперёд, и гранаты Крампетс проделывали огромные бреши в преследующих нас стаях, но они постоянно формировались и улучшались. А впереди распускались раскалённые цветы, когда взрывались зажигательные гранаты Эйрис. — Стреляйте во всё! — Дрезина накренилась, когда мы расплескали по путям что-то размером с брамина. — Выведи нас с этих путей!
— Кнопки трудно разглядеть, — пробормотал сидящий возле меня Лансер, целясь в глубь тоннеля.
— Они расположены через каждые девяносто метров, как мне кажется, — произнесла Пифия. — Просто посчитай.
— Посчитать, — прорычал Лансер. — Ты, скорее всего, везёшь нас прямо ему в пасть.
— Эх. Это было бы скучно. И стереотипно. Фанатик, — непринуждённо ответила кобылка. Он собирался было возразить, но она прокричала: — Переключатель будет прямо сейчас!
Поскольку я была занята несколькими из тех плоте-псов, что мчались за дрезиной, то не видела, препирался ли он с Пифией, или стрелял. Подняв дробовик, я зарядила барабан со стреловидными пулями и открыла огонь. Являвшаяся их головами мясистая масса разлеталась кровавыми клочьями, но всё больше мясистой массы извергалось из находящихся возле путей комков и падало на них по дуге, собираясь в ткани, мускулы, кости, и клыки… много клыков. И я пыталась отстреливать их прежде, чем они получат назад свои клыки.
Даск повезло чуть больше. В её силовой броне имелось небольшое приспособление рядом со шлемом, прекрасно удерживавшее радужный бластер её сестры. Семицветные лучи обращали чудовищ в искрящуюся пыль, одного за другим. Эйрис расстилала у нас над головами огненные полотнища, превращавшие летающих монстров в горящие искры, которые трещали и лопались, сгорая. Ракеты и гранаты Крампетс при каждом взрыве раскидывали в стороны целые орды плоте-зверей, а ракеты полностью испаряли стаи… эм… рои… огромные облака крылья-махательных всё-покусательных штуковин! Выскочившие из свода турели исторгли потоки несущих смерть пуль и магических лучей, и Псалм подняла щит, чтобы защитить нас от их огня, пока мы их не минуем.