Человек из сумрака вернул взметнувшегося Кирилла на землю. Словно дернул за цепь, прикованную к ноге и придавил взглядом зеленых огоньков. Завороженный, не в силах отвести глаз, Кирилл смотрел на зеленые огоньки во мраке. Огоньки, читающие его мысли.

Глава 22. Удав

После ученого совета в Министерстве науки, Кирилл вместе с профессором Данилевским отправились обратно в лабораторию. Профессор оставил Константина в Министерстве, на всякий случай. Ольга выполнила свое предназначение и вернулась к своим обязанностям в резервацию. Кириллу и Данилевскому было поручено приступить к исследованию гриппона и «белой язвы». Лаборатория микровирусов переводилась на полуосадный режим. Теперь за каждым движением всех сотрудников будут следить сверху.

По возвращении в институт, Данилевского встретил почтительный высокий человек в черном костюме. Это был Александр Винбург, присланный во главе наблюдательной группы из Министерства. Он мило улыбался, но вместе с тем не скрывал, что его добродушие фальшиво, чем вызывал неприязнь Данилевского. Кирилл сразу почувствовал, как воздух вокруг сгустился и моментально превратился во взрывоопасную газовую смесь. Достаточно было искры, чтобы профессор вспылил. И она не заставила себя долго ждать.

- Профессор, вы уже вернулись? - лицемерная ухмылка тут же заговорила, - Вам должно быть уже сообщили, что теперь ваша лаборатория берется под особый контроль?

Человек не представился. «Скорее всего, они знакомы», - пролетела мысль у Кирилла. Профессор изо всех сил пытался не реагировать.

- Рад сообщить, что отныне мы будем работать в тесном сотрудничестве. Совет постановил, что пока известная всем информация о родстве не будет передаваться наверх. Мы же не хотим, чтобы началась паника среди «белых рубашек».

- Контроль со стороны абсолютно не нужен, - профессор сдерживал себя как мог. - Мы проведем опыты и без вас...

- Без нас это конечно. Мы ведь прекрасно знаем, что не ради процесса мутации я здесь. Но ради того, чтобы результаты мутации не отклонились от цели.

- Вы меня в чем-то подозреваете? - Данилевский зло посмотрел на человека в костюмчике.

На секунду наглую ухмылку смазало с лица чиновника. Но она незамедлительно украсила его физиономию вновь.

- Как можно. Вы все неправильно понимаете. Научный мир взорвется, если родство двух самых опасных вирусов подтвердится, впрочем, взорвется не только мир ученых. И вы прекрасно это осознаете.

- Не смейте говорить мне, что я не понимаю всей важности нашей работы! - профессор повысил голос, заставив обернуться на них нескольких человек в холле.

Кирилл сжался. Вот-вот грянет буря.

- Тогда вы понимаете зачем я здесь. И это не проверка вашей лояльности, а страховка на правильный результат.

- Что значит «правильный»?!

- Что вы не станете фальсифицировать результаты опытов, - чиновник надменно ухмыльнулся и взглянул на Кирилла за спиной профессора.

- Господин Винбург как всегда всех по себе мерит. Напрасно. От ответственности бегать никто не будет.

- Что вам известно об ответственности? Вы ведь непогрешимый гений и всегда идеально выполняете свою работу. Вы - непрошибаемый танк науки, которому все нипочем...

- Что за игры? - скривился Данилевский.

- Бросьте. Скоро мы все узнаем, насколько вы всемогущи. С одной стороны, возможное родство, которое нужно доказать. С другой - возможная ошибка, в которой вам придется признаться перед советом. Смешно то, что и в том и другом случае вы будете выглядеть самым неподобающим образом.

- Вы слишком много на себя берете. Вы лишь наблюдатель, о юрисдикции которого мне еще предстоит узнать.

- Для чего же мне еще быть здесь? Или вас задело, что совет не сообщил вам лично о моем назначении? Быть может, вы потеряли свой статус ученого-небожителя?

Данилевский смотрел на Винбурга с дикой ненавистью. Кирилл не видел его взгляда, но чувствовал, как с каждым выдохом воздух вокруг профессора раскаляется. От удушающего жара и слов чиновника становилось только страшнее. Будто он нарочно подливает масло в разгорающееся пламя. Но сам при этом держится в стороне. И все же самую сочную фразу чиновник припас напоследок. Смакуя, как изумительный десерт, он четко проговаривал каждое слово.

- Если родство вирусов не подтвердится, вас сочтут неспособным руководить лабораторией, в которой любой лаборант способен испортить столь важный эксперимент. Кроме прочего, я возложу на вас ответственность за срыв самых масштабных за последние десять лет исследований гриппона. Это еще не все...

Винбург прервал вырывающуюся реплику Данилевского выставленным вверх пальцем.

- Во-вторых, если все произойдет с точностью до наоборот и родство опасных вирусов нашего времени подтвердится, на совете будет поднят вопрос о вашей компетентности как ученого не сумевшего открыть его. За вас это сделал простой лаборант, который возможно является гением. И вашим долгом как мастера науки было доложить о нераскрытом таланте в Институт соционики. Ваш долг дать Министерству самые лучшие кадры, а не гробить их.

- Перед агентами соционики я ответил два года назад, господин Винбург. И мой статус дает мне всяческое право заткнуть ваш рот и чей-либо другой. Мое право определено нормами. Не вам меня пугать. Насколько я знаю, вы были лишены статуса мастера науки в тот же год, когда я свой продлил.

- Но так я и не работаю в сфере практической науки. Моя работа стала куда изящней. Я внимательно слежу за вами, профессор. Мой долг сообщить в соционику о ваших огрехах. Мы ведь все заботимся о величии Федерации, - Винбург широко улыбнулся.

Довольству чиновника не было предела. Он во всех красках демонстрировал это Данилевскому. Профессор жаждал продолжения спарринга. Но Винбург лишил его удовольствия и, подрезав его на полуслове, ушел в сторону правого лифта.

- Мы еще встретимся, - попрощался чиновник.

Профессор проводил его пылающим взглядом, ругая про себя весь свет. Чиновник спиной чувствовал обжигающий взор Данилевского. И сейчас его улыбка была искренней. Войдя в лифт, он развернулся, желая еще раз взглянуть профессору в глаза, но подоспевшие сотрудники института закрыли от него лакомую жертву.

Вскоре чиновник оказался в кабинете директора центра - Ожина Антона Исаевича. Войдя в просторный кабинет, отделанный теплым деревом, он увидел сидящего в кресле перед директорским столом майора Саврасова. Ожин сидел, наклонившись к столу. В тонких пальцах он сжимал несколько электронных листов, которые быстро очутились в руках майора. Он ловко положил их в черную папку. Приметив чиновника, майор прикрыл ее руками и аккуратно заправил все выпирающие уголки. Взгляд Винбурга скользнул по папке и устремился к директору. Ожин решил идти в атаку первым - ему не хотелось, чтобы Винбург задал вопрос о майоре.

- Ну и что? Как он отреагировал? - поглаживая белесый затылок поинтересовался глава БиоНИЦ.

- Да, собственно, ничего особенного. Все прошло достаточно предсказуемо, - чиновник прошел в кабинет и остановился возле большой схемы молекулярного соединения на стене.

- Он разозлился? - уже зная ответ, спросил директор.

- Антон Исаевич, вы проработали с Данилевским больше пятнадцать лет, и вы знаете его как никто другой. Конечно, он разозлился. Данилевский никогда не питал уважения к чиновникам вроде меня.

- Я говорил вам, что не следует его встречать, - директор понурил голову. - Я пригласил бы его сюда и все объяснил сам.

- Антон Исаевич, довольно, - оборвал Винбург. - Я прекрасно понимаю, вы - друзья, но Данилевский человек себе на уме. Единственный способ заставить его работать так, как необходимо нам - это загнать его в рамки дозволенного.

- Кому «нам»? - вмешался майор.

Чиновник неодобрительно посмотрел в сторону офицера, который даже не обернулся, чтобы задать вопрос.

- Министерству науки, - ответил чиновник.

Он оторвался от созерцания формул на стене и стал медленно подходить к столу.