— С кем ты заключила сделку? — спокойно спросил Клинт, стараясь выяснить, к чему она клонит.
— Не думаю, что это имеет такое уж важное значение, — заметила Лаки и, двинувшись в сторону Бартона, продолжила: — Сейчас тебе необходимо подумать о себе. Вспомни о цели, с которой примкнул ко мне. Теперь Ана полностью в твоих руках. Нам удалось настроить девчонку против собственного отца. Она совершенное орудие мести.
— К чему весь этот спектакль, Лаки? — хмуро поинтересовался Клинт. — Я и без лишних слов прекрасно знаю, что должен сделать, и какие цели преследую.
— Мой договор положил начало чему-то новому, — поведала Лаки. — А ты, я думаю, рассчитывал на то, что в обмане сможешь провести совершенно новую жизнь? Так не бывает, Бартон. Запомни это раз и навсегда, прежде чем подводить меня и придаваться человеческим эмоциям.
— И что это значит? — холодно спросил Клинт.
— Не понимаешь? Ладно, тогда я скажу напрямую, — хмыкнула Лаки и, заглянув мужчине в глаза, громко заявила: — Когда в следующий раз решишь прижать Ану к себе в поисках чего-то потерянного, не забывай о том, как совсем недавно хотел свернуть ей шею, в погоне за собственной местью.
На последних словах Лаки сделала особый акцент, и Анастейша прикрыла глаза, ощутив, как одинокая слеза скатилась по щеке. Только что её мир снова рухнул; разлетелся на части, острыми осколками впиваясь в душу, проходя сквозь сердце, местами застревая, обволакивая в невидимый кокон отчаяния. Сколько ещё боли она готова вынести, чтобы, наконец, осознать — все вокруг лгут. Лаки и Бартон намеренно привёл в этот дом, они оба использовали её в достижении собственных целей, а Клинт и вовсе хотел убить! И что же остановит его теперь?
Оттолкнувшись от стены, Ана открыла глаза в неистовом желании распахнуть эту чёртову дверь и предоставить такую возможность. На что Клинт готов ради мести? Интересно, а он мог бы пристрелить из пистолета, или же предоставить такую возможность Лаки? Прогнившие, тёмные души. Круговорот мыслей в голове. Отчаяние и ненависть. Её снова предали самые близкие люди, а ведь Анастейша доверилась и даже оставила родного отца, который пытался уберечь от всего этого обмана. Боже, какой же нужно быть идиоткой, чтобы поверить словам малознакомого человека!
«Ты во всём виновата. Сама загнала себя в этот капкан».
Тяжело дыша, Ана уже не вслушивалась в разговор. Девушка медленно двинулась к входной двери, ощущая, как гнев разгорается внутри, готовый вот-вот вырваться наружу. Нет, она не станет возвращаться в гостиную, не сможет даже взглянуть на них без страха быть растерзанной собственной болью. Слишком сильный удар, неожиданный и жестокий.
Анастейша вышла за порог и спокойно спустилась по ступеням на крыльце. Казалось, словно внутри её все замерло. Не осталось ничего, кроме ненависти, расползающейся по венам в диком пламени. Едва сдерживаясь, Ана стиснула зубы, но с губ не слетело ни звука. Она молча шла вперёд по дороге, не замечая ничего перед глазами, застланными пеленой из слёз. И Анастейша хотела исчезнуть, испариться. Только в этом случае все вокруг получат долгожданное удовлетворение, и она перестанет ненавидеть себя.
***
Тем временем в гостиной Лаки все ещё стояла перед Клинтом, изучая напарника взглядом. Она предугадала, что Ана станет свидетелем их разговора. Девушка намеренно позволила узнать правду, тем самым отбрасывая бывшую союзницу назад не только от Бартона, но и от своих планов. Лаки преследовала собственные цели. Не позволяя Клинту сблизиться с Аной, она рассчитывала на дальнейшее плодотворное сотрудничество. Ледяная девушка не была заинтересована в его пробуждающихся человеческих чувствах. Она хотела лишь одного — мести. Даже испытывая к Ане дружеские эмоции, Лаки не могла позволить себе расслабиться и поступиться собственной целью. Она не была человеком и не ставила чувства на первое место. К тому же учитывая, что Ана не была посвящена в её планы, Лаки незачем опасаться за сохранность конфиденциальной информации. Даже вернувшись к Старку, девушка ни о чём не сможет разболтать, чего нельзя сказать о Бартоне, ведь ему известно слишком много. Лаки рассчитывала на помощь лучника, поэтому и поспешила вернуть к истокам. Только похоронив чувства, Бартон вновь сможет быть марионеткой в её руках, ведь без его помощи Лаки будет намного труднее осуществить задуманное. Со стороны, идея казалась идеальной, но Ледяная Ведьма не учла одного — за все в этом мире приходится платить, даже за собственные помыслы.
— Ты прекрасно знаешь, что я отказался от этого плана ещё несколько недель назад, — сухо напомнил Клинт в тот момент, когда Ана уже отошла от гостиной.
— Не спорю, но ты же не станешь отрицать, что именно Ана встала на пути у заветной цели, а, точнее, те странные чувства, которые внезапно пробудились в тебе. — Лаки насмешливо посмотрела на Бартона.
— Мой план, а также чувства к Анастейше не имеют ничего общего с тем, что задумала ты.
— Хорошо, что всё-таки признался в этом хотя бы самому себе, — заметила Лаки, приподнимая уголки губ в искренней улыбке.
— Не стоит связываться с Коллекционером, — предупредил Бартон, старательно игнорируя слова собеседницы. — Ничем хорошим это не закончится.
— А кто сказал, что я связалась именно с ним?
— Что ты имеешь в виду? — встревожено уточнил Бартон, отдалившись от стены.
— Разве не кажется, что Анастейши слишком долго нет? — наигранно удивилась девушка, пропуская вопрос мимо ушей. — Она же не могла потеряться на кухне, ты так не считаешь?
Задержав на Лаки испытывающий взгляд, Клинт в одно мгновение ощутил, как что-то ёкнуло в груди. Бартон все понял. Раздражение и гнев одолели мужчину, но он не успел и слова вымолвить, как вдруг Лаки отошла от двери.
— Ты можешь попытаться догнать Ану, — предложила ледяная девушка, небрежно поправляя волосы, — если, конечно, она не испепелит раньше, чем ты сделаешь это.
Бросив на Лаки переполненный ненавистью взгляд, Бартон сорвался с места и, выскочив за порог, обнаружил входную дверь распахнутой настежь. Значит, его опасения оправдались, и Ана все слышала. Наверное, это было худшее, что только могло случиться: снова остаться одному, лишиться человека, которого совсем не желал отпускать. Быстро сбежав по ступенькам, Клинт осмотрелся по сторонам, в поисках девушки. Куда она могла уйти? Вернуться к отцу ещё не успела, а машина стоит на месте. Выругавшись, Бартон бегом направился вперёд по дороге. Миновав проезжую часть, он свернул за угол и, рассмотрев вдалеке россыпь огненно-рыжих волос, поначалу, вздохнул с облегчением. Ускорив шаг, он практически сразу догнал девушку, негромко окликнув:
— Ана!
Расслышав собственное имя, Анастейша замерла, ощутив, как сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Зачем Клинт пошёл следом, почему просто не оставил все как есть?! Это был довольно опрометчивый поступок. Ана почувствовала, как силы просыпаются внутри, обволакивая тело. Она была слишком раздражена и неспособна здраво мыслить. Сглотнув, девушка стёрла слезы со щёк, но так и не обернулась.
— Анастейша, — повторил Клинт на выдохе и сразу замолчал.
Подбирая нужные слова, он запутался в собственных мыслях. Бартон прекрасно осознавал, что сейчас не лучшее время для разговора. Кожа девушки местами покрылась алыми пятнами, а из ладоней, опущенных вниз, выскальзывали редкие языки пламени. Клинт даже не представлял себе, что она чувствует, но не собирался отступать. Бартон хотел объяснить девушке ситуацию, рассказать, как сожалеет и что все это осталось в прошлом, но вот поверил бы он себе на её месте? Скорее всего — нет.
— Ана, — повторил Клинт, но на этот раз сдвинулся с места, осторожно приближаясь, — то, что ты услышала не совсем правда.
— Не подходи, — попросил девушка и, вскинув руку в сторону, почувствовала, как колкие языки пламени выскальзывают наружу.
— Хорошо. — Бартон остановился, а затем вновь обратился к Ане. — Мне очень жаль, что так вышло. Я хотел тебе рассказать уже давно. Просто не знал, что…