Этого могло и не случиться.
— Удивительно, что вы ещё не вымерли, — позволил себе замечание дракон.
— Понимаю твою растерянность, — кивнул сержант. — Все, кто попадает сюда снаружи, не сразу втягиваются. На самом деле всё просто, если копнуть поглубже. Пока омега молод, он хочет активных отношений и готов давать потомство. Но, видишь ли, вести себя необдуманно и делать что придёт в голову, когда о личном пространстве не может быть речи, чревато. Для всех. Получая один день в неделю, все молодые находятся в равном положении. Всем приходится терпеть, — цедил Диерт, едва ли желая растолковывать прописные истины половозрелому альфе. — Со временем омега определяется с выбором и, как правило, не меняет партнёра. По достижению тридцати лет он может заключить долговременный союз, если от выбранного партнёра у него появился хотя бы один ребёнок. Или оставаться свободным.
«Как романтично», — подумал Шайс, но вслух ничего не сказал.
— Соответственно, ты понимаешь, что ни о каких метках в короткие встречи думать не стоит.
Диерт смотрел в упор на новичка, ожидая понятливости, и Шайс кивнул для успокоения сержанта, не догадываясь, что имел в виду тот, говоря о метках.
— Метка ставится только после заключения союза. Иначе — изгнанье. — Диерт взял паузу. — И ещё кое-что. Если во время течки омега хочет видеть кого-либо рядом, с альфы временно снимают все служебные обязанности, и пару дней он… свободен.
— Тебя отправляют в рай, — вклинился Левс, переодевавшийся в чистую отглаженную форму у своей койки. — А потом ты возвращаешься в ад.
— Вопросы? — вернул себе внимание Диерт, стремившийся поскорее окончить разговор.
Шайс отрицательно покачал головой и сержант, удержав вздох облегчения, поторопился по своим делам.
Площадь в самом центре бункера была освещена сотнями тусклых желтых огоньков, похожих на пламя свечей. Света было достаточно для того, чтобы обозреть уходящее в глубину пространство и сравнительно низкий потолок, неприятно нависавший над головой огромной глыбой. На ум пришли воспоминания о тронном зале…
На какой-то момент Шайс поразился тому, что за всё это время ни разу не вспомнил о доме. Он не скучал по семье и его не тянуло обратно. Его реальная жизнь вдруг потянула вялой зыбью, обретая расплывчатые черты сна.
Это казалось странным, но он ни секунды не сомневался в причине своей забывчивости. Эта причина только что проплыла мимо него в гордом одиночестве.
Шайс ускорил шаг.
— Привет, — отчётливо поздоровался он, оказываясь у Алияса за плечом.
— Привет, — обернулся Алияс.
На нём, как и на всех окружающих, была всё та же чёрная форма. Приталенная куртка скрывала футболку, штаны, свободные в бёдрах, сужались книзу, уходя в высокие ботинки. Именно таким наблюдал его Шайс каждый день в оранжерее до начала рабочего дня, за обедом, садясь напротив столов омег, и вечером в оранжерее, на короткой прогулке перед отбоем.
Единственным отличием, резко цеплявшем глаз, были волосы. Обычно собранные в высокий хвост, сейчас они струились по плечам, спадая до пояса. Удивительный пепельный цвет завораживал так, словно Шайс видел это чудо впервые.
— Как ты? — спросил он, поняв, что вот уже какое-то время глазеет на Алияса молча.
— Замечательно. А ты?
Дракон подёрнул плечами.
Всё плохое, что могло случиться с ним, давно случилось. Для обсуждения планов побега из Холделы место и время были не самыми подходящими. А больше говорить было не о чем…
— Потанцуем? — предложил Шайс.
Алияс кивнул, подавая руку.
Как и немногие другие пары, успевшие выбрать первого партнёра для танцев, Шайс и Алияс вышли на середину зала. Повернулись друг к другу, и Шайс, положа руку на спину Алияса, прижал его к себе.
— Слишком близко, — заметил Алияс, но тон его не выражал никакого протеста. Равно как и радости.
Шайс не ответил.
Светлая макушка уткнулась под нос. Шайс втянул восхитительный аромат и сердце забилось чаще.
Его мир рухнул в Хаос. Шайс затруднялся сказать, когда именно это случилось.
Может, когда они с Алиясом заблудились в незнакомом мире. Или это могло произойти, когда он сбежал подальше от Нагорий, не желая связывать свою жизнь с отталкивающей Парой. А может, когда решил оттолкнуть учителя новой истории, зацепившего своей заботой и простотой… Но как же удивительно, что, теряя всё кроме жизни, существо продолжает надеяться.
Вот и Шайс, осторожно сжимая в объятьях вторую половину, радовался тому, что всеобщий душок вожделения, проявлявшийся в каждом запахе без исключения, не тронул аромат Алияса, оставляя его таким же чистым, как и всегда.
— Разрешите пригласить на следующий танец, — прогремело над самым ухом. Погрузившийся в раздумья Шайс не сразу понял, что случилось.
Рядом с ними возник альфа. Молодой, на вид чуть старше его самого. Гладко выбритый, с серьёзным выражением лица.
— Следующий танец, — настойчиво повторил он.
— Дайте нам минуту, — ответил Алияс, увлекая Шайса немного в сторону. — Здесь принято менять партнёров каждый танец.
Шайс хотел сказать всё, что думает, по поводу ещё одного идиотского правила.
— Тише, — оборвал его Алияс, не дав раскрыть рот. — Не порти вечер.
Последнее замечание заставило Шайса растеряться на миг, и этого времени оказалось достаточно, чтобы Алияс мог отнять руку и вернуться к прервавшему их альфе.
Оставалось только наблюдать, как Алияс позволяет вести себя какому-то мужлану.
Эльф оставался эльфом, жрец жрецом, и повадки бывшего регента не оставили Алияса в новом воплощении. Он подал свою руку так, словно оказывал величайшую честь. Осанка была безупречна, как и подъём головы, опущенные глаза, легкая улыбка, не выражающая более положенного. Совершенство.
Неизвестный альфа застыл на мгновение, чуть не позволив рту открыться от удивления, но вовремя спохватился, клацнул зубами, поклонился коротко, будто собирался клюнуть Алияса в затылок, и схватил протянутую руку как оголодавший пёс.
Смотреть на это было смешно, но Шайс не отвернулся, следя за каждым движением недотёпы. Бревно и то двигалось изящнее. Болван дважды умудрился наступить Алиясу на ногу, судя по залившимся румянцем щекам и отрывистым словам, которые должны были быть извинениями за неуклюжесть.
— Наши пацаны быстро оприходуют твою зазнобу, — раздалось прямо в ухо — рядом с Шайсом стоял один из мудаков из Шестого. Альфа грязно ухмылялся, сделав языком какой-то недвусмысленный жест. — Вон, твой дружок, потёк уже.
Гнев накалял грудь. Шайс не до конца понимал, о чём говорит долговязый, но одной его мерзкой морды было достаточно, чтобы вывести из себя.
Но вместо этого он продолжал спокойно стоять на месте. На лице не дрогнул ни единый мускул.
— Исчезни, грязь, — холодно бросил дракон, отворачиваясь.
До его слуха донеслись смачные ругательства, когда урод убирался восвояси.
Удивительно, что тот был один — такие ходят сворой. Бросив незаметный взгляд вокруг, Шайс убедился, что остальных ублюдков рядом не наблюдалось.
— Можно вас пригласить? — к Шайсу тем временем подошёл омега.
Высокий, примерно его возраста по меркам этого мира, с бронзовым оттенком волос, едва доходивших до плеч. Весь в чёрном, но на шее Шайс приметил непривычный для Холделы аксессуар — ярко-красные бусы.
Шайс хотел отказаться (танцы занимали его меньше всего), но, подумав секунду, согласился. Пожалуй, так он сможет оказаться ближе к Алиясу и послушать, что ему рассказывает новый партнёр, не закрывающий рот вот уже вторую минуту.