— Кажется, да. Мы… как это называется, беженцы, — наконец выбрал верное слово Алияс. — Есть и другие, похожие на нас, — он вдруг встрепенулся, — мне пора.
Быстро поднявшись с края кровати, Алияс, не оглядываясь, покинул комнату, оставив за собой дурманящий шлейф.
Этот запах было не сравнить ни с чем, что когда-либо удавалось почувствовать Шайсу.
Запах… всё, что ему осталось от любимого.
========== Законы Холделы ==========
Через два дня произошло то, о чём говорил Алияс. Шайса, немного окрепшего, повели к местному старейшине.
Ожидавший увидеть уважаемого старца в летах, он был вынужден столкнуться с недружелюбным представителем чужого вида лет сорока, носившим отталкивающе-резкий аромат. Заматеревший, грубый мужлан общался короткими предложениями исключительно в повелительном тоне.
Его обращения в адрес дракона были оскорбительны и требовали сатисфакции с исходом плачевным соразмерено чужому поведению. Но Шайс словно не замечал ничего вокруг.
Вопросы едва доходили до его сознания.
Одиру то и дело приходилось повторять дважды. Его массивная с выдающимися скулами морда налилась кровью и загорелая кожа из песочной превратилась в кирпично-красную. Наконец, устав от допроса, причинявшего ему гораздо больше неудобств, чем новичку, случайно попавшемуся им под руку на одной из операций, Одир распорядился его дальнейшим пребыванием на базе (так он называл Холделу).
— Контуженый, чего с тебя взять, — махнул он рукой, с досадой оглядев новобранца.
Темноволосый выглядел крепко для своих юных лет и, возможно, сумел бы пригодиться со временем, может, даже в бою. Но вот всё ли у него было в порядке с башкой? Взрыв, конечно, прилично перемешал парню мозги, другого объяснения заторможенности парня Одир не видел, но неизвестно, что представлял из себя этот малый до контузии.
— Умудрился же ты потащить с собой омегу, — осуждающе пробубнил под нос капитан, продолжая размышлять вслух.
На замечание Шайс не обратил никакого внимания, продолжая вариться в собственных мыслях.
Длинными тускло освещёнными коридорами его отвели в просторное помещение. Высокие потолки, серые стены, натёртый подошвами пол. Два ряда двуярусных лежанок. Вернее, их подобие. На таком вряд ли можно было отдохнуть, уже не говоря о том, чтобы нормально выспаться.
— Блок 6Б, — гаркнул провожатый на ухо Шайсу и понёсся дальше по коридору, не забыв всучить ему в руки неприятно пахнущее сырое постельное бельё.
— Новичок! — раздалось воодушевлённое восклицание из глубины комнаты, и несколько мужчин, скатились с лежанок, уже спеша ко входу, где продолжал стоять столбом Шайс.
За спиной раздался голос провожатого, снова нырнувшего в дверной проём:
— Контуженый. Вы предупреждены.
— Ладно тебе, Терех. Чего мы, звери, что ли? — Но тот уже исчез за поворотом, о чём можно было с лёгкостью догадаться по любопытным взглядам, разом переключившимся на лицо новичка.
— Манэр у нас достаточно, — откликнулся худощавый парень с вытянутой мордой и лупатыми глазами, сгибаясь в насмешливом поклоне. — Добро пожаловать в могилу, салага.
Шайс не ответил, продолжая без интереса обводить взглядом обезьяньи лица. Как и от старейшины… капитана, от незнакомцев исходил резкий запах, но если Одир оставил его равнодушным, не вызывая ничего кроме желания отойти подальше, эта свора заставляла держать ухо востро.
Шайс ощущал угрозу, желание вцепиться и растерзать. Помимо воли инстинкты взяли своё, отодвигая мысли на задний план — сейчас следовало быть начеку.
— Оглох? С тобой поздоровались, — рявкнул бесформенный мужик с жирным пузом и вторым подбородком, хватая Шайса за майку.
— Эй-эй, Кэм. Тебе же сказали, контуженый. Он, может, вообще тебя не слышит, — одёрнул долговязый.
— А если слышит, то шестерёнки не поворачиваются, — зашёлся смехом третий.
Всё они были одинаково безобразны в своих одинаково чёрных тряпках. Так выглядел и сам Шайс. И даже если бы кто-нибудь сказал ему обратное, он бы не поверил — Шайс и сам себе был отвратителен.
Смех наконец утих.
— Ладно, парень, живи, — чья-то лапа хлопнула его по плечу. Рыжий с щербатым лицом и огромными мускулами схватил его за шею, притягивая, будто в дружеском подначивании.
— Чё это ты такой добрый сегодня, Мерт? — удивлённо спросил товарищ.
Шайс ухватился за руку и надавив на локоть, словно на рычаг, ловко вывернулся — пусть он не тот, что раньше, но навыки никуда не испарились вместе с опытом уличных драк в Сильёне.
— О, а парень шустрый, — одобрительно хрюкнул Длинный.
— Да, ладно, салага. Мы ж тебе друзья. — Остальные переглянулись, искренности в чужих словах не было ни на грамм. — Ты ж нам расскажешь про того котика, с которым пришёл, салага?
Шайс не понимал, о чём с ним говорят.
— Можт, у него всё напрочь отшибло? — шепнул Рыжему на ухо Жирный.
— Кто такой этот блондинчик? — медленно растягивал слова Рыжий, словно обращаясь к умалишённому. — Кто эта сладкая попка? — Желая придать доходчивости собственным словам, он схватился за пах и сжал покрепче, заставляя свору ехидно захихикать.
Чёрная пелена упала перед глазами Шайса. Он набросился на всех разом, раздавая пинки и удары направо и налево. Перевес сил был не на его стороне, и в конце концов всё закончилось разбитым в кровь лицом и градом ударов, сыпавшихся на него отовсюду…
Снова запах спирта, знакомая койка и два лекаря… доктора, суетящихся над ним словно мухи. Нос распух — похоже, перелом, поэтому Шайс не сразу почувствовал восхитительный запах: Алияс был в комнате, но оставался вне зоны видимости.
Стало легче.
Затем влетел Одир. Злой, словно хаос, он орал во всё горло. Доктора продолжали штопать рассечения и прикладывать лёд к ушибам, как ни в чём не бывало. Шайс лежал трупом — пытаться вставить слово не имело смысла, на это требовалось слишком много сил, которых почти не осталось.
Наконец запал пошёл на убыль, и капитан, исходивший потом и потративший приличное количество слюны, упал на стул. В воздухе стоял его одуряющий запах, забивавший всё вокруг, даже дезинфицирующие растворы.
— Парень, у меня и без тебя забот хватает. Что мне, за каждым новичком сопли подтирать прикажешь. Ну чего ты к ним полез?
Наконец получив слово, Шайс раскрыл рот — ему было что сказать.
— Пусть… — хрипло выдавил дракон, почувствовав что во рту не хватает пары зубов, — Алияса поселят со мной.
Одир фыркнул и покачал головой.
— Значит, ребята цепляли твоего друга? — Ножки стула скрипнули об пол — Одир повернулся и посмотрел куда-то. — Ох, парень. И всего-то? Ты что же, похабных шуточек не слышал? — тяжело выдохнул мужчина. — Они же тебя задирали, трепались просто. У нас ни одному омеге ничего не грозит.
Шайс молчал, не понимая, о чём говорит Одир.
Капитан хмурился, глядя на отекшее и покрасневшее лицо салаги. Может, там, откуда пришли эти двое, всё обстояло по другому? Увы, возглавляя Холделу годами, чего ему только не пришлось повидать.
— Давно я не нанимался учителем, — пробормотал себе под нос Одир, поднявшись, и стал мерять шагами комнату. — Не знаю, что ты там надумал, но в Холделе численный перевес альф, поэтому омеги имеют право свободного выбора. Никто не смеет указывать им с каким партнёром проводить время и уж тем более принуждать к близости. Мы считаем, что таким образом легче держать самих себя в узде и задавать положительную мотивацию. Хочешь омегу — веди себя хорошо, неси службу исправно и используй шанс отличиться. Тогда тебя заметят и пригласят провести время. А будешь вести себя как умалишённый придурок, ни один омега к тебе не подойдёт и на запах твой не посмотрит…