– О чем ты? – не понял он.
– О твоей реакции: тебе не понравилось то, что я сказала, но ты не был удивлен.
– Ты же не думала, что я оставлю тебя без присмотра, правда? – усмехнулся он.
Боже, он знает, он все знает, ему все про меня докладывали! А о Вове он тоже знает? Может поэтому он появился сразу после того, как я привела в дом другого мужчину? Нет, надеюсь, что нет, надеюсь, что это лишь совпадение.
– У меня все хорошо, тебе не стоит переживать за меня и не стоит меня опекать… – начала я, а потом запнулась, подумав, что моя жизнь и правда складывалась слишком гладко. – Ты помогал мне? – спросила я, и по его глазам поняла, что да, помогал.
– Давай не будем об этом.
– Нет, скажи, я хочу знать, – настояла я.
– Самую малость, – кивнул Микаэль.
– А если конкретнее?
– Конкретнее? Уверенна, что стоит это обсуждать?
– Да, я хочу знать, в чем именно не обошлось без могучей руки Микаэля Фаррелла.
– Я скажу, но только это тебе не понравится, – предупредил он.
– Ну, говори, не томи, я готова.
– Я помог с работой, ведь у тебя нет опыта, и позаботился о ежемесячных премиях, потому что зарплата небольшая. И раз уж ты решила пойти в автошколу, то я нашел для тебя лучшего инструктора по вождению…
– А сопрограмма, в которую якобы попал мой отец, где ему бесплатно выдают лекарства и та путевка в санаторий, где он проходил лечение летом?
Микаэль кивнул, а я уже даже не знала, злится мне или благодарить. Все это время я даже не знала, вспоминает ли он обо мне, а он был рядом, он поддерживал меня даже в том, чего не одобрял, он опекал меня, оберегал…
– Значит, все мои успехи, все, чем я так гордилась, всем этим я обязана тебе?
– Ты мне ничем не обязана, и ничего мне не должна. Я делал это не для того, чтоб просить что-то взамен, а потому что должен.
– Ты мне больше ничего не должен, Микаэль. Мы расстались, – напомнила я.
– Не важно, вместе мы или нет, я всегда буду заботиться о тебе.
Что ж, спорить с ним нет смысла, остается только принять это и поблагодарить.
– Спасибо, – сказала я, и он кивнул, принимая мою благодарность. – А как ты?
– Я нормально, – пожал плечами он.
– Ты одинок, или у тебя уже кто-то есть?
Я замерла в ожидании его ответа, почему-то боясь того, что он скажет, что встретил кого-то. Меня уже накрыла волна ревности, перед глазами промелькнула картина, как он с другой женщиной, как он ее целует, любит, как он с ней счастлив…
– Нет, мне кажется, после нашего расставания прошло слишком мало времени, для того, чтоб заводить новые отношения, – сказал Микаэль, как мне показалось с упреком.
Он знает о Вове, он знает…
– Ну, мы свободные люди… – как бы в свое оправдание сказала я. Микаэль снова нахмурился, весь напрягся, и я видела, как нервно играют его скулы. – Как Дон? – поспешила перевести тему я.
– Встречается с девочкой.
– Да? И что, у них все серьезно?
– Не знаю, он почти не делится со мной, но о свадьбе пока разговоров нет. Она модель, недавно приезжала в Париж на съемки, и я встретился с ней, мы поужинали вместе, после чего мне позвонил Дон, весь в истерике, требовал, чтоб я держался подальше от его девушек, – Микаэль засмеялся, я тоже улыбнулась, напряжение между нами наконец-то спало.
– Ну да, у него был горький опыт.
– Да, но я просто хотел побольше узнать о ней, понять, кто она, и что из себя представляет. Я беспокоюсь за Дона, он ведь мой сын…
– Тебе стоит почаще ему об этом говорить. Не все умеют читать твои мысли, некоторым нужно слышать, что ты их любишь и заботишься.
– Я стараюсь, но мне с ним тяжело, он очень упертый и…
– Он твое отражение, он такой же, как ты, но он мягче и он быстро забывает плохое, он умеет прощать…
– Да, он славный парень, и я горжусь им, горжусь тем, что он мой сын. И ладно, так уж и быть, я скажу ему об этом, как только представится удобный случай.
Я удовлетворенно кивнула, и протянула ему кусочек торта.
– Попробуй, очень вкусно.
Может он и не хотел десерта, но с моих рук съел всю порцию.
– Как Илья?
– Нормально, суд уже состоялся, опеку присудили ему. Ира может видеться с ребенком только по выходным и только в присутствии Ильи.
Мне на секунду стало жаль Иру, но потом я вспомнила, что и она отобрала у меня самое ценное, что у меня было, и жалость исчезла.
– Она это заслужила.
– Согласен, – кивнул Микаэль, – ты наелась?
– Да, очень, спасибо.
– Я тоже. Тогда попрошу счет, и пойдем, у меня есть еще кое-что для тебя. Расплатившись, мы сели в лифт, но не опускались вниз, а наоборот поднимались наверх.
– Только не говори, что мы поднимаемся на самый верх! Ты же знаешь, как я боюсь высоты.
– Не волнуйся, там ограждение, ты не упадешь, – улыбнулся он, – к тому же я буду рядом, я буду держать тебя за руку, если хочешь.
– Захочу, можешь не сомневаться.
Наконец мы вышли на смотровую площадку. Как Микаэль и говорил, всюду было ограждение, но я все равно испуганно схватилась за его руку, чувствуя, что ноги подкашиваются от страха, а внутри все холодеет. Но, несмотря на испуг, я была очарована прекрасным видом ночного города. С этой высоты все казалось невероятно крошечным, люди внизу превратились в движущиеся точки, а вдалеке мерцали тысячи огней. Это было невероятное зрелище, ничего красивее я в жизни не видела, хотя нет, красивее этого великолепия был только Микаэль.
– Здесь где-то 300 метров над землей, – сказал он, обнимая меня сзади. Я напряглась: он был слишком близко, я чувствовала жар его тела, его дыхание на моей шее, его сильные руки на моей талии, и я больше боялась не столько этой ужасающей высоты, сколько его близости, и того, что не смогу мыслить трезво, опьяненная его чарами, я боялась, что не смогу устоять перед мужчиной, который положил к моим ногам весь мир.
Я медленно повернулась в его объятьях, посмотрела в его глаза, и увидела, что он до невозможного доволен собой, доволен тем, что ему удалось поразить меня, и возможно покорить.
– Мико, зачем я здесь? – тихо спросила я.
– Ты скажи, – усмехнулся он.
