Но как только три чайки завернули за очередной поворот, то увидели стоящие на якорях вражеские корабли, а стрелки противника начали бить толстыми стрелами из странных приспособлений. Смертельный дождь сыпался на прикрывшихся щитами воинов первой сотни, а корабли лишенные управления начало сносить вниз по реке, никто не мог держать весла, все воины пригнулись за борат и прикрылись щитами. Никто из воинов ободриов даже не попробовал взять лук, так часто сыпались вражеские стрелы. При чем достать противника с берега, где стояли высаженные с чаек воины было невозможно.
- Уходите назад - закричал Радомир - уходите и передайте своим предводителям, что князь Чеслав собирает дружину, и когда мы придем, мы уже вас не отпустим, умрут все, все до последнего человека.
Через несколько долгих мгновений сотник ободритов махнул рукой, и те кто стоял на берегу побежали вниз по течению реки, а гребцы испуганно повылазили из-за щитов и взявшись за весла и начали отгребать вниз по течению реки.
Настроение у воинов Леща было мерзкое, все знали обычаи и приметы воинского дела. Не зря вначале большой битвы каждая из противостоящих сторон выставляли ратника на поединок. И чей ратник побеждал, тому воинству и улыбалась удача. А вот сейчас вернулись ратники из первого боя, первого боя за такой тяжелый и долгий поход, и этот бой был проигран. Вражеские суда ушли вверх по реке не потеряв ни одного человека, а сотня воинов родов, что сидели на реке Обра потеряли семерых убитыми и три десятка ранеными. Это очень плохой результат и этот результат показывал воинам, что бог войны не одобряет этот поход, и самое главное, что воевода Милослав не люб богам.
- Панкрелий, что будем делать? - спросил Милослав - может пойдем за ними по берегу до самого их селения.
- Ты, что Милослав совсем ума лишился? Тут не твоя земля, ты ведь помнишь что случилось с отрядом Тумира, у этого Чеслава есть минимум сотня конных воинов, налетят порубят всех. Тебе какую задачу поставили, установить крепость на входе в реку Янтарную, ну так и ставь крепость, а за стенами сидеть все интереснее, чем по лесам и болотам бегать. Отправь отряд фуражиров, пусть мяса побольше добывают, и солите сразу всё, к тому же рыбу ловите, я думаю, что долго нам тут в осаде сидеть придётся.
- А ты что Панкрелий думаешь, что Чеслав реально может большую дружину привести?
- Нет Милослав я ничего не думаю, но большая война нам не нужна, мы должны показать этим татям, что не позволим по нашему морю без разрешения ходить и купцов грабить. Чеслав должен ехать в храм с дарами, там пусть договариваются, вот когда верховный жрец примет дары, тогда мы крепость и отдадим Чеславу.
- Да как так? - возмутился Милослав - мы что крепость строим чтобы отдать этим татям болотным?
- Ты Милослав воин хороший, но жрецы Световита знают намного больше тебя, и они точно знают что делать с этими татями болотными. И не всегда врага нужно убивать, высшее искусство сделать так, что бы твой враг стал твоим другом и стал работать на тебя, а для этого мы должны показать князю песьеголовых людишек, что силой нас не взять и без нашего разрешения им в море не выйти.
Через три дня приплыл Тумир и рассказал, что произошло с тех пор как воины Тумира попали в плен и передал слова Чеслава о том, что реку нужно открыть, а крепость сдать.
Панкрелий был не просто сотником храмовой дружины, он был одним из посвященных, одним из тех, кто изучал знания древних, тех кто много читал и о войне, и о политике. Панкрелий знал такой тип предводителей как Чеслав. Такие люди пойдут на все ради своей цели, вот только нужно узнать какая цель, что нужно этому Чеславу? Он хочет торговать, или он хочет грабить, зачем ему море, что он готов отдать за выход к морю и на что пойдет если по добру договорится не удастся, а самое главное, какой силы у Чеслава дружина, а ну как он этот чудо гарнизон за день разгонит?
- Отдайте Чеславу паруса - сказал Тумир - серебро можете не отдавать, он вам еще тысячу сверху приплатит, если вы крепость оставите без боя и уйдете.
- Почему ты говоришь вы? - с неудовольствием спросил Милослав - неужели ты не с нами?
- Я Милослав в отличие от вас умею головой думать, Чеслав пока что нам не враг, а если вы начнете войну, то крови прольется много и он навеки станет нашим врагом. Чеслав сейчас покоряет племена песьеголовцев, что нападают на поморов и их соседей. Если мы разобем его дружину, то песьеголовцы захватят все болотные края и тогда мы с ними не справимся. Сколько людей мы потеряли в этих зимних походах, а теперь появился вождь, что возьмет все эти проблемы на себя, да и готландцев он ни к эстам ни к чудинам не пустит, уж можете мне поверить. Я знаю, что Чеслав с Радомиром ходили летом на Готланд и взяли там хорошую добычу, если мы сможет договорится, то этот болотный рикс станет проблемой не для нас а для свеев с готландцами. К тому же ты знаешь какие проблемы у нашего князя Воломирара, он до сих пор от Атли прячется за стенами Велиграда.
- Ты прав Тумир - сказал Панкрелий - я думаю, не гоже нам ворогов множить, пора высылать переговорщиков, как бы мы до большой войны не досидели на этом острове. Тумир, а пойдешь ли ты послом к Чеславу?
- Пойду, я не хочу, чтобы безполезно умирали наши люди, что передать?
- Скажи что мы хотим продать крепость за две тысячи гривен серебра, тысяча у Чеслава есть, и еще пусть одну привезет. Но передай, что мы должны вместе с ним отправится на Руян для переговоров со жрецами и с князем, а еще забери паруса, что ты обещал Чеславу.
Когда Тумир вышел Милослав посмотрел на Панкрелия.
- И что это было, что ты надумал, тебя за это накажут, мы не имеем право продавать эту крепость.
- Я Милослав в отличие от тебя знаю, что в бою нам дружину Чеслава не разбить, а вот на пиру мы сможем добиться большего.
- Ты говоришь о том, о чем подумал я? - спросил Милослав.
- Я не знаю о чем подумал ты, но готы нам показали как нужно побеждать своих врагов.
- Ты хочешь перебить всех людей Чеслава на пиру, как готы убили князя Буса и его людей?
- Мы должны учиться на чужих ошибках, ведь так Милослав?
- Так, так, только я сомневаюсь, что князь будет пировать с нами, мы кто - воеводы, а Чеслав все таки князь.
- Будет, будет, я не просто сотник, я представитель храма, а он обычный рикс.
- Так ты говоришь хотят перегововров? - я посмотрел на Тумира - не то лицо у воеводы, подозревает воевода, что дело не чистое, наверное он ничего не знает, но подозревает это точно.
- Мы уплывали к тебе, а приказа приостановить стройку так и не поступило - ответил Тумир - ты ведь понимаешь, что так не делается. Если Милослав хочет сдать или продать крепость, зачем работать в три смены, зачем тратить сколько сил и средств, ведь в лесах продолжают работать лесорубы, а охотники продолжают бить зверя и солить мясо впрок.
- Да Тумир, я в тебе не ошибся - я сел на бревно, встреча наша проходила на корабельных верфях Приморского. Хотя верфь, это конечно громко сказано, но четыре двадцати весельные шнеки и большая бирема под переделку, это достаточно серьезный заказ.
- Если ты не собираешься воевать, то зачем так упорно готовится к войне?
- Я думаю они оттягивают время и будут тянуть дальше - сказал Тумир - я видел сотника храмовой дружины Панкрелия и несколько его людей, так что вся эта операция проходит с согласия храма, и думаю они ждут подкрепление, вот и тянут время, ведь судов на острове нет, там только пять чаек.
- Так ты Тумир думаешь, что чайки ушли за людьми? Нет, я знаю где корабли, они на острове эстов, на берегу вытащенные лежат, мои соглядатаи уже все вызнали - я встал, прошел вдоль борта новой шнеки, погладил рукой свежие доски, что обшивали борта - я хочу спросить тебя, останешься ли ты со мной или вернешься в лагерь Милослава?
- У меня семья там в Велиграде осталась, если я перейду к тебе сейчас, то их продадут в рабство, как родственников предателя.