— Тише, Хэн, — одернула Лейя супруга вполголоса, не переставая тепло и приветливо улыбаться. Хэн не мог не признать, что в своем струящемся ярко-синем платье, прекрасно гармонирующем с цветом ее глаз и волос, она выглядит просто сногсшибательно.
Все участники возлагают на этот саммит большие надежды, — продолжала Лейя, по-прежнему улыбаясь. — Саммит очень важен для них — и для твоей планеты тоже, если ты вдруг забыл. Так что веди себя как следует и помогай им чувствовать себя как дома.
— Ну да, как дома, — проворчал Хэн. — Как будто у них дом — вечеринка с коктейлем. Вечные муки в представлении Хэна Соло.
— Привет, как дела? — оборвав монолог, приветствовал он очередного делегата — величественную селонианку, которая возвышалась над ним на шесть-семь сантиметров.
— Хорошо, капитан Соло. Рада с вами познакомиться.
— А я с вами, — отвечал Хэн. Дождавшись, когда селонианка удалилась, он добавил: — Эй, как тебя там? Проходи прямо к стойке, не стесняйся, выпивка бесплатная… Оп-па, пошла.
— Эй, привет, — сказал он пучеглазому мон каламари, который материализовался перед ним, и пожал протянутый плавник. — Добро пожаловать на нашу маленькую вечеринку.
Мон-каламари кивнул, что-то прожурчал на непонятном наречии и восторженно хлопнул Хэна по спине, отчего тот едва не полетел вверх тормашками. Когда Хэн пришел в себя, мон каламари уже исчез.
— Еще один великий эпизод в анналах межрасовых отношений, — прокомментировал Хэн. — Кто они такие?
— Торговцы, — ответила Лейя. — И тебе это отлично известно.
— Привет, мы так рады, что вы смогли прибыть, — сказала она следующему в очереди.
— Огромная честь познакомиться с вами обоими, — сказал дралл и поклонился так низко, что едва не упал. Очевидно, некоторые делегаты сначала заглянули к столам с угощением, не дожидаясь своей очереди к хозяевам саммита.
— Не надо так усердствовать, — произнес Хэн, поставив дралла на ноги и отправив его восвояси. — Меня уже тошнит от собственной дурацкой улыбки, — пожаловался он.
— Ну, а как насчет неподдельного изумления? — спросила Лейя. — Справишься?
— Предположим.
— Тогда взгляни на четвертую в очереди. Хэн взглянул и действительно поразился, да так, что даже не стал отпускать ехидных реплик в адрес трех следующих делегатов. По сути, если он с ними и разговаривал, то на автопилоте. Четвертой была Мара. Мара Джеид. Бывшая рука Императора. Бывшая контрабандистка. Женщина, которая поклялась убить Люка, но потом передумала. Она была здесь, одетая в длинное черное платье, в котором казалась еще более высокой, более стройной… и более опасной. Годы щадили Мару. Она сохранила и свою осанку, и красоту и выглядела, как всегда, смертоносно. В последнее время Соло с ней ладили, но сегодня Мара держалась как-то странно, и Хэн встревожился. Лучше быть с ней настороже, решил он.
— Добрый вечер, капитан Джейд, — сказала Лейя, протягивая руку.
Мара легонько сжала ее ладонь. — Добрый вечер, госпожа глава государства, И вам добрый вечер, капитан Соло. У меня для вас послание, — она повернулась к Лейе. — Для вас обоих и для генерал-губернатора.
— Послание? — спросила Лейя.
— Точнее, голокубик с посланием, — сказала Мара. — Я не смогла его открыть — к чему отпираться, я пыталась это сделать. Может, у вас с генерал-губернатором найдется славная спокойная комнатка, где мы могли бы собраться? Лейя мгновенно приняла решение.
— Мои апартаменты, — сказала она. — На пятнадцатом этаже. Их ежедневно проверяют на предмет <жучков> и подслушивающих устройств. Встречаемся там через двадцать минут. Хэн, дай ей пальцевый пропуск для турболифта.
— А? Да, конечно, — отвечал Хэн. Турболифт работал в защищенном режиме.
Чтобы войти в кабину, нужно было вставить в щель пропуск и приложить большой палец к считывателю отпечатков. Гостям выдавались специальные карточки, которые сканировали отпечаток пальца гостя и пересылали в карточку хозяина. Лейя обычно носила с собой несколько пропусков, но в ее длинном синем платье не было карманов. Хэн достал из кармана пальцевую карту — маленький белый прямоугольник из пластика, и нажал на две области сканирования. Вторая область засветилась.
— Приложите сюда палец, — велел он Маре, та повиновалась. Вторая область сканирования погасла. Хэн вручил пропуск Маре.
— Вот вам для входа и выхода из лифта, ну и в наши апартаменты, — произнес он. — Ждите нас там. Мы придем, как только разберемся с гостями.
Мара Джейд взяла карту и холодно улыбнулась.
— Я буду там, — сказал она, уходя. — Не волнуйтесь, я не трону ваше серебро.
— Да уж, — пробормотал Хэн жене. — Напомни мне потом, чтобы пересчитал ложки.
* * *
Теоретически дети засыпают быстро. На практике, поскольку взрослые были внизу, у троих младших Соло появилась отличная возможность засидеться допоздна. Впрочем, горький опыт научил их, что лучше оставаться в спальне при закрытых дверях и приглушенном свете. Взрослые имели отвратительную привычку возвращаться в неподходящий момент.
Но, несмотря ни на что, щелчок замка застал детей врасплох. Все трое мгновенно бросили свою настольную игру и нырнули под одеяла. Джейсен уже лежал в кровати, закрыв глаза и изо всех сил притворяясь спящим, когда до него дошло, что они оставили свет включенным. Мама с папой сразу поймут, что они играли, когда положено спать. Появилась идея попробовать Силу, но Джейсен знал, что его контроль для этого недостаточно хорош. Он может как нажать на выключатель, так и расколотить лампу. Джейсен решил рискнуть. Он соскочил с кровати, пробежал через комнату и выключил свет. Уже собираясь нырнуть обратно в свою постель, он вдруг услышал какой-то звук. Джейсен прислушался, дабы убедиться, что он не ошибся, и на цыпочках пробрался к кровати Джейны.
— Ш-ш! Джейна! — сказал он.
— Тихо! — прошипела та. — Ты что, хочешь, чтобы нас засекли?
— Послушай! Это не мама с папой. Там кто-то ходит, и шаги не похожи ни на мамины, ни на папины. В апартаментах кто-то есть.
Джейна стремительно села и прислушалась.
— Ты прав, — сказала она. — Пошли.
Она соскочила с кровати и бросилась к двери. Джейсен хотел было спросить, знает ли она, что делает, и каким образом она собирается справиться со взломщиком, сумевшим перехитрить охрану Дворца короны, но было поздно. Он понял, что придется тоже идти — иначе его всю оставшуюся жизнь будут обзывать трусом. Следом за сестрой Джейсен вышел в верхний в коридор и ничуть не удивился, когда Анакин спрыгнул с кровати и побежал за ними.
Семья Соло остановилась в двухэтажных апартаментах. Наверху размещались спальни, внизу — гостиная и столовая.
Потолок гостиной был расположен на той же высоте, что и потолок спальни, как будто комнаты над гостиной специально убрали, оставив свободное пространство. Лестница, которая вела с нижнего этажа наверх, заканчивалась галереей, проходившей вдоль всей северной стены. Чтобы никто не свалился с галереи вниз, по краям она была ограждена перилами. С противоположной от лестницы стороны находился тамбур, а за ним — узкий коридор, в который выходили двери спален. Детям потребовалось не больше восемнадцати секунд, чтобы понять: тамбур — идеальный наблюдательный пункт. Оставаясь в тени, оттуда можно было видеть практически все, что происходило в гостиной.
Трое Соло сгрудились в тамбуре, глядя вниз. То, что они увидели, мало напоминало кражу со взломом. Хотя бы потому, что квартирным ворам не свойственно работать при свете.
По комнате ходила взад-вперед красивая женщина с золотисто-рыжими волосами, одетая в длинное вечернее платье. У нее был встревоженный вид, и она то и дело поглядывала на дверь. Дама явно кого-то ждала. Понятно, кого: маму и папу.
Подумав, Джейсен дернул Джейну за рукав и жестом предложил возвращаться в спальню. Когда все трое вошли в комнату, он закрыл дверь, но не до конца, так как боялся нашуметь.
— Слушайте, — как можно тише прошептал он. — Что-то происходит. Эта женщина пришла поговорить с мамой и папой. Когда они вернуться, они первым делом зайдут удостовериться, что мы спим и им можно говорить спокойно.